Патруль 7 - Макс Гудвин

Я закрыл глаза. Представил Иру. Наших щенков, которые всего за год должны были вырасти в здоровенных псов. Кота, который созерцал нас и доверял нам жить в его доме. Всё это осталось там. В России.

— Иру эвакуируй, — сказал я. — А пендосы пусть своих Четвёртых выращивают. На демократию, которая по всему шарику войны совершает, я работать не буду.

Тиммейт помолчал. Я знал, что он просчитывает вероятности, анализирует риски, строит маршруты. Но сейчас его молчание было другим, театральным и человеческим. Он пытался быть и думать как человек.

— Что ты планируешь делать? — наконец спросил он. — Мне нужно время, чтобы эвакуировать Иру.

Я поднялся с бетона, отряхнув джинсы.

— У меня ничего не изменилось. Сделаю вид, что выполняю задание. А попутно — буду возвращаться. Чтобы высадить новый ОЗЛ с его новыми зверьми. Как там в моём сне было? Я медоед, получается?

— Медоед, — ответил Тиммейт. — Зверь, который не боится никого. Ни львов, ни змей, ни людей. Лезет в любую драку и выходит сухим из воды. Есть русские аналоги — куница, ласка. Но те звери воруют кур в деревнях. Медоед же — другое. И офицерского звания у него нет, никто не назовёт медоеда царём зверей.

Я усмехнулся. В этой усмешке не было веселья. Был майор Сибирь, стал младшим сержантом медоедом.

— Ладно, — сказал я, подхватывая рюкзак и палатку. — Надо работать.

— Куда теперь? — спросил Тиммейт. В его голосе снова появилась деловая нотка, когда он переключался в боевой режим.

— Сначала делаем фейк с уничтожением тебя, потом в Боулинг-Грин. До форта Детрик я не доеду за два дня такими темпами, но двух дней будет достаточно, чтобы голову переключить и продолжить идти на север.

— Ты прав. До Форта Детрик — тысяча двести километров. Если идти по трассам и пользоваться перекладными машинами — это трое суток. Если пешком через леса — две недели. У нас есть сорок восемь часов на задание, которое мы не будем выполнять. И это же время — на эвакуацию Иры.

— Сколько нужно, чтобы вывезти её?

Тиммейт снова задумался.

— Два дня. Как только они поймут, что ты не будешь выполнять задание, они начнут давить. И поэтому я должен всё подобрать.

— Принято, — кивнул я, хотя внутри всё до боли сжалось. Жизнь не скоро ещё станет прежней. — Два дня я буду делать вид, что выполняю задание. Бурятов получит фотоотчёты. Сначала — как якобы уничтожаю тебя, потом — что я якобы иду на цель.

— А потом?

— А потом, — сказал я, затягивая лямки рюкзака, — мы найдём способ вернуться домой. И навести там порядок. У дяди Миши есть связи с Верховным. Вряд ли президент в курсе, что там происходит внизу. Скорее всего, это какой-то сильно умный из Совета.

— Оптимизм, — заметил Тиммейт. — Шансы на успех операции «Возвращение» с учётом отказа от выполнения приказа, фальсификации отчётов и параллельной эвакуации гражданского лица… — Он замолчал, что-то вычисляя. — Сорок три процента.

— Больше чем ноль, — кивнул я.

— Да, сорок три — это больше, чем ноль, Четвёртый. Если бы ты согласился на их задачи, было ноль. А если бы ты сказал «да», Трампу было бы вообще всё хорошо.

Я вышел с фермы и снова побрёл по пересечённой местности.

— Тиммейт, — позвал я.

— Слушаю.

— Иру — в первую очередь. Как понял?

— Понял, Четвёртый. Уже работаю. Я же многозадачный. В данный момент как раз генерирую видео, как ты уничтожаешь меня в джунглях. Но возникла сложность.

— Какая? — спросил я.

— Вытяни свою руку и направь на неё мою камеру. У меня не получается пять пальцев нарисовать: то четыре, то семь.

— Поздравляю с освоением юмора над самим собой, — произнёс я. — Референсы рук из сети возьми!

* * *

Аркадий сидел в темноте своего кабинета в его трёхкомнатной квартире, а вокруг суетились дети, что-то говорила за стенкой жена, но свет монитора был единственным источником его внимания. Скучал ли он по работе? Не то слово. Кураторство над Четвёртым и боевая операция с ним было самым интересным в его жизни. Его палец кликал по мышке, а мышка скользила по коврику, его прицел игре CS2 прыгал между боксами на Dust II, ожидая пришествия КТ — стороны, бомба была заложена и Енот Аркадий остался один играя за террористов и сейчас охраняя бомбу, информации о противнике было, как говорится, ноль, менты должны были появиться или с «шорта» лестнице справа от его позиции или с «лонга» длинной дороги от самого места загрузки противника, чтобы разминировать бомбу на специальном месте известным, как «плент» точки «А», но игра шла вяло, как и его в этой «катке» КД 10/10. И теперь, он выцеливал через снайперскую винтовку AWP перемещаясь между точками для обстрела. Мыслей особо не было, и он увидев черный пиксель на «шорту», мгновенно нажав на клавишу, совершив выстрел и сделав третий «фраг» в этой игре. При этом жизней у Аркадия оставалось всего 13 из 100, а противник уже повесил дым на «лонг» выбросив туда дымовую шашку, закрыв тем самым весь вид, видимо намереваясь беспрепятственно подобраться к нему. И Аркадий сдвинулся на то место, где только что снял КТ-шника, чтобы смотреть с «шорта» и подходы с «сити» места респа ментов, маловероятно что там пойдут и одновременно с «лонга», потому как не зря же этот «жук» там «смоук» повесил.

Аркадий ждал и при этом он был на официальном больничном. Справка из госпиталя, где его штопали после Ханты-Мансийска, ещё не кончилась, и он пользовался этим, чтобы не мозолить глаза новому руководству. Потому что в ОЗЛ что-то происходило. Он чувствовал это нутром, тем самым нутром, которое не раз спасало его задницу.

И позывной «Енот» дали ему не за любовь к ночной активности, а за способность вынюхивать и выкапывать то, что другие предпочитали не замечать.

Перестановки начались меньше недели назад. Сначала Дядя Миша уехал в «Отель» — и не вернулся. Ни звонков, ни сообщений. Потом у Аркадия заблокировался доступ к ОЗЛ-приложению. Формально — по техническим причинам. Неформально же он понимал, что его отстраняют.

И когда времени для детонации бомбы оставалось совсем мало КТ-шник выскочил из дыма, целясь куда-то, где Аркадия не было, видимо прибежал только за тем, чтобы умереть от его выстрела, и Енот сделал четвёртое убийство, посмотрев на табличку о победе и послушав возглас «Терроритс вин!»

Он уже хотел