Рыцарь - Константин Петрович Черников

смерти от ран и заражения крови. Ещё раз — спасибо им обоим… Но, что в толку в этой отсрочке, если через полгода меня обезглавят? Вернее, даже сказать не «если», а «когда» меня через полгода обезглавят. Тут уж никаких «если» быть не может… Я ведь не барон и у моего отца таких денег на выкуп отродясь не было и никогда не будет. Да, уж… весёленькое дело.

Однако, вопреки моим ожиданиям, Георгий не выглядел расстроенным таким заявлением принца. Наоборот, он даже обрадовался:

— Отлично! Честно говоря, я не ожидал такого большого срока, — говорил он мне после ухода Сулеймана, — Побег отсюда — дело не простое. А теперь есть аж целых полгода, чтобы основательно всё подготовить. Ведь у нас будет только одна попытка….

— Эх, это всё моя вина, — сокрушался Ханс, — Тоже мне, придумал историю…

— О чём ты, друг, — положил я ему руку на плечо, — Ты мне жизнь спас.

— Да, только ненадолго, — продолжал казнить себя мой товарищ, — Я должен был придумать что-нибудь получше.

— У тебя времени было в обрез, а нужно было немедленно что-то предпринять. Иначе бы я уже давно помер бы. Помнишь?

— Всё равно…, - упрямился Ханс.

— Хватит вам спорить и выяснять, кто виноват, — решительно прекратил наш диалог Георгий, — Сейчас важно другое — подготовить наш побег.

— Погоди, ты сказал — НАШ?! — изумлённо переспросил я, не веря своим ушам.

— Да — наш, — твёрдо произнёс Георгий, — Я давно уже это планировал, но всё как-то не решался, а ваш случай меня только подстегнул. Я иду с вами. Разве, вас это удивляет?

— Конечно. Ладно мы — пленники. И нам нечего терять. Но ведь у тебя здесь всё хорошо, — продолжал я, — Свой дом, охрана, тебя ценят, да и доход, наверное, у тебя здесь хороший.

— Всё это так, — грустно вздохнул лекарь, — Но мой дом не здесь. Да я тут, по сути, такой же пленник, как и вы. Только более почётный, как птичка в золотой клетке. А охрана? Она больше стережёт меня, чтобы не удрал или чтобы завистники меня не прикончили. Я выжил тут только благодаря своему врачебному искусству. Но именно поэтому османы меня никогда и не отпустят. Я им нужен. А если откажусь или, по какой-то причине, не смогу больше их лечить — просто казнят. Я же для них всего лишь гяур — неверный. Нет! Пришла пора возвращаться домой. Теперь и подходящая компания появилась.

— Ну, что же — вместе будет веселее, — отозвался Ханс.

— Ну, уж нет! В дороге нам будет не до веселья, уверяю вас…, - прервал его оптимистичный тон Георгий, — Этот путь долог, труден и опасен. А перед этим ещё нужно постараться вырваться отсюда на свободу. Что тоже — не просто. Так что — нужна серьёзная подготовка, чтобы наш побег удался, и мы смогли бы потом благополучно добраться до дома.

— А если он не удастся? — озабоченно спросил вдруг Ханс, — Если османы нас поймают, что они с нами сделают?

— Об этом сейчас лучше не думать, — отрезал Георгий, — А заняться тщательной подготовкой. Тогда и не поймают.

Дальше потянулись томительные и довольно однообразные дни. Георгий и несколько его помощников каждое утро уходили заниматься врачиванием, а мы, с Хансом оставались в его доме, как почётные пленники под домашним арестом. За нами бдительно следила янычарская стража, приставленная принцем Сулейманом. Как и потребовал принц, я вскоре написал письмо отцу, которое забрали янычары. Уж, даже и не знаю, каким способом они собирались отправить его в Баварию… Возможно, с торговыми караванами? Но это была не моя проблема.

Благодаря врачебной магии Георгия, я уже практически полностью поправился. Рана зажила и опухоль на ноге спала. Только едва сросшиеся рёбра, при резких движениях, ещё иногда отзывались тупой болью где-то внутри. Но это были уже пустяки.

— Это скоро пройдёт, — уверял меня лекарь, — Будешь, как новенький.

А вот, в чём заключалась моя проблема — так это в подготовке нашего побега. Дни шли… И наше неизбежное разоблачение приближалось с каждыми минувшими сутками. Ведь никому неизвестно было — когда придёт ответ из Линдау… Это могло случиться в любой день. Поэтому, несмотря на полугодовалый срок, мы торопились.

Тем временем, в нашем заговоре появился и ещё один персонаж — серб Томаш. Он тоже — бывший пленник, которого, ещё примерно за год до нас, вылечил, а потом взял себе в помощники Георгий. За это время Томаш стал его верным другом, ассистентом и телохранителем.

Наконец, настал день, когда Георгий объявил нам, что подготовка закончена.

— Завтра в городе будет местный праздник, — заявил он, — Охрана будет не такой бдительной, как обычно. Это — самый подходящий случай. Другого такого можно ожидать долго, а у нас время ограничено. Вас могут разоблачить в любой момент. Будьте готовы. Пойдём следующей ночью. Мы уже обсудили наш план. Так что действуем строго по нему.

— Думаешь получится? — спросил я, глядя в окно на разгуливающих по двору бравых янычар.

Сейчас, в мирное время, они не имели щитов и боевого снаряжения. На них, как обычно, были лишь длинные суконные кафтаны с широкими боковыми разрезами, поверх которых к ночи она накидывали шерстяной плащ — керею. Дополняли образ широкие шаровары и красные кожаные сапоги. А на голове они носили юскюф — плотный войлочный колпак сзади которого свисал белый кусок материи, напоминавший рукав. Блин, меня всегда прикалывал их забавная привычка носить на этом колпаке самую обычную деревянную ложку вместо кокарды. Вот, придумают же…

Но, несмотря на отсутствие кольчуг, шлемов, панцирей и довольно мирный внешний вид, всё оружие оставалось при них. Луки, короткие копья, кривые мечи и кинжалы — всё это не добавляло оптимизма нам — почти безоружным беглецам. За нами строго следили. И за всё это время Георгию удалось тайком пронести и припрятать под половицей своей спальни лишь пару длинных кинжалов. Вот и всё наше вооружение.

— Конечно, всё будет не так просто. На первом этаже дома постоянно дежурят четыре охранника, — говорил, тем временем, Георгий, — Ещё столько же — во дворе. Плюс — два вооружённых привратника у ворот.

— Да, серьёзная охрана, — заметил Ханс, — Не многовато ли для нас четверых?

— Сулейман всё предусмотрел и организовал. Он способный юноша, — с нескрываемым уважением продолжал лекарь.

— Эх, нам бы оружие получше — тогда можно было бы попытаться застигнуть их врасплох и пробиться за ворота, — вздохнул я, — А так… мало шансов.

— Нет. Мы не собираемся вступать в битву с охраной, — отмахнулся Георгий, — Мы ведь это уже обсуждали. Это —