Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

— Или решение, которое кажется таким, — указал Тэрл.

Арас рассмеялся:

— Вы так погрязли в своем лицемерии, что в попытках оправдать себе подобных усложняете жизнь сами себе.

— Себе подобных?..

— Доминирующих, — пояснил Эрвин, — Доминирующий пол, доминирующую нацию, доминирующую ориентацию, доминирующую религию. Вы тратите слишком времени на попытки оправдать угнетателей.

Тэрл молча покачал головой, мысленно порадовавшись, что адепты, не принадлежавшие к старой знати, в большинстве своем пока не получили земельных наделов. Причем, похоже, не столько потому что Ильмадика не желала дать им их, сколько потому что ей просто-напросто неинтересно было заниматься их распределением.

Но даже на чужой земле Арас уже приговорил к казни дюжину человек и в два раза больше — к кастрации. Особенно доставалось от него мужчинам. Причем почему-то в первую очередь крепким и бородатым.

Какое отношение борода имеет к справедливости, Тэрл предпочитал не думать. Но впервые за долгое время задумался, не слишком ли редко он бреется.

— Хочу напомнить вам, — холодно заметил Тэрл, — Что по старому закону я имею право сам определять, как вершить суд на моей земле.

— По старому закону, — согласился Арас, — Да. Но ваша правда: у нас сейчас есть более важные дела. Вы наконец добыли то, о чем я просил?

Тэрл не знал, зачем ему это. Разумеется, он догадывался, что если оно зачем-то нужно адептам, то поиски следует многократно затянуть.

Однако рано или поздно наступает момент, когда излишнее затягивание простого дела становится подозрительным. Оставалось лишь надеяться, что форы в три дня Фирсу хватило, чтобы как следует спрятаться.

— Добыл, — подтвердил воин, протягивание несколько черных с проседью волосков.

Волос Фирса.

— Отлично, — расплылся в улыбке Арас, — В таком случае, седлайте лошадей. Нам предстоит охота.

То, как он организовал поимку государственного преступника, действительно куда больше напоминало охоту. С лаем собак и песней рогов. Только что флажков, отсекающих зверю дорогу к спасению, недоставало.

— Вы знали, сэр Адильс, что мы никогда по-настоящему не прикасаемся друг к другу? — рассуждал Арас, помещая волосы в округлую шкатулку с прозрачной крышкой, — На фундаментальном уровне то, что мы ощущаем как прикосновение, это всего лишь момент, когда частицы, из которых мы состоим, отталкивают друг друга за счет одинаково заряженных магнитных полей… Ну, или что-то в этом роде, в этом я не очень силен. Важно другое: то, что воздействие этих полей оставляет след. Ильмадика научила меня, как этот след найти…

Он прошептал заклинание.

— …и инвертировать.

Волоски сами собой двинулись к одному из краев шкатулки, и Арас направил свою процессию следом за ним.

Вот оно как, значит… Тэрл знал, что за счет чего-то подобного эжени некогда искали кристалл, использованный адептами Лефевра при нападении на маркизу. Но он не знал, что адепты тоже такое умели. Килиан никогда подобного не демонстрировал.

Впрочем, мало ли козырей мог предатель держать в рукаве?..

— Передай остальным, — шепнул Тэрл одному из своих порученцев, прежде чем покинуть крепость, — Времени почти не осталось. Пусть ждут сигнала.

Больше он ничего не сказал. Они и так поймут.

Они поймут, что война начнется со дня на день.

Глава 9. Молчание законов

Грохот грома почти оглушил Килиана, но приходить в себя было некогда. Со всей скоростью своего демонского тела он взмахнул обеими шпагами, вслепую посылая во все стороны тонкие разряды колдовских молний.

Всего два полка выделили в помощь адепту, не считая подчиненных магией зомби и черных рабов. Один из них составляла пехота, другой конница; артиллерии же не было вовсе, что заставляло подозревать злой умысел со стороны того, кто занимался организацией этого похода. Но Килиан не привык жаловаться: ему был дан шанс показать Владычице, что он все еще достоин её доверия, и ученый был полон решимости добиться этого, даже если для этого придется сражаться вовсе в одиночку.

Еще с утра официально потребовав сдачи крепости, он, не теряя времени понапрасну, направил бесполезных в штурме кавалеристов на заготовку осадных лестниц и строительство башен. Несомненно, защитники знали о его подготовке и не слишком беспокоились: чтобы взять крепость приступом, потребовалось бы куда более серьезное превосходство в живой силе. При соотношении сил два к одному крепости вообще не штурмуют: их осаждают, долго и нудно. Достаточно долго, чтобы Иллирия подтянула к границе основные силы и попросту разорвала идиота, пришедшего с двумя полками, на куски.

Чего же недостовало в этом расчете? Главной силы в армии адепта.

Самого адепта.

Хотя в отличие от Ланы, многие из иллирийских эжени владели и чисто боевой магией, но все они принадлежали к высокой знати. Их место было в столице или в собственных владениях, — но не в Неатире. Страшно представить, что должен был совершить иллирийский чародей, чтобы оказаться сосланным в заштатный гарнизон.

Так и выходило, что нечего было гарнизону противопоставить колдовской силе адепта. Когда три группы по три сотни солдат с лестницами уже подступали к крепостной стене, Килиан магнитокинезом подхватил себя за кольчугу и швырнул в гущу врагов. Сдвоенные молнии расчистили ему место приземления. Скорость демонического обличья и окутавшие клинки боевые заклятья обеспечили ему решающее преимущество, позволив завоевать плацдарм на крепостной стене, — пусть на считанные минуты, но этого хватило, чтобы подоспевшие солдаты смогли там укрепиться.

Загрохотали винтовки, — Килиан, оглушенный громом собственных заклятий, не слышал этого, но чувствовал, как от этого звука мелко подрагивает камень под ногами. Медленно, но верно один из отрядов поднимался стену, в обороне которой образовалась уязвимость. Два других даже не приставили к стенам лестницы: они служили только для отвлечения внимания, лишь затем, чтобы заставить противника разделить силы.

Триста человек с винтовками Дозакатных могли удерживать участок стены очень долго. Хватило бы патронов. Естественной эффективной контрмерой были площадные атаки, использовавшие их плотный строй против них самих. А это значило, что времени было — ровно до тех пор, пока иллирийские канониры не зарядят пушки картечью.

Постепенно Килиан начинал привыкать к полету с использованием кольчуги: по крайней мере, это точно удобнее, чем использовать для этой цели саблю, как он это сделал, когда впервые использовал магнитокинез подобным образом.

Приземлившись на одну из трех орудийных башен, ученый тут же вынужден был уйти в глухую оборону, парируя сыплющийся на него со всех сторон град ударов и посылая