Многоликий странник - Кирилл Шатилов

дед мурлыкал её себе под нос, а Тангай слушал и наслаждался безбрежностью звездного неба. И только теперь слова её озарились в его полусонном, уставшем за день мозгу, неким скрытым, невысказанным до конца смыслом. Ведь если так могли поступить с сестрой, то бишь с женой, не кого-нибудь, а самого Дули, то что можно ожидать от легенд про других, куда менее значительных персонажей того далекого героического времени? Того и гляди выяснится, что было у Дули вообще-то не две, а целых три жены, и что последняя была рыжая, родом из шеважа. И ездил он верхом вовсе не на Руари, а на большой зеленой ящерице…

– Что ты сказал? – переспросил он Хейзита.

– Да вот думаю, здесь остаться пережидать или по подземным проходам пойти. Здесь, с одной стороны, безопаснее, конечно, но уж больно долго мы можем просидеть, и ничего не произойдет. Не лета же ждать. Да и за едой по веревке вверх-вниз не налазишься.

– Это уж точно, – кивнул Тангай, без особой радости вспоминая пройденный путь. – Я тоже за то, чтобы попробовать дальше пройти. Авось чего полезное отыщем. А этот твой писарь нынче где?

– Харлин? Что, интересно стало?

– Он, небось, всю эту «Реку времени» почел…

– И не только. Его ведь люди Ракли убить хотели. Оттого и дом подпалили. Чтобы он поменьше болтал, чего не положено другим знать. Надеюсь, они по переписанную рукопись не догадываются. Не ты все бы тут взрыли. Посмотрим, как то оно теперь будет. Может, новые хозяева замка его вообще в покое оставят, а может, наоборот, по весне снова за пепелище возьмутся и нас найдут.

– Ну, до весны я сидеть тут уж точно не намерен. Так он что, сбежал куда?

– Сбежал. Последнее время все куда-то бегут. Жизнь такая у нас бегучая пошла. – Хейзит прислушался к спящим. Ему показалось, что Гийс заворочался. С виду все оставалось тихо и мирно. – Я бы его тоже с удовольствием отыскал. Он старик толковый, начитанный. Меня грамоте в свое время учил. Надеюсь, жив ещё. Когда я его последний раз тут видел, с ним надежные друзья были. Они его в беде не бросят. Если сами, разумеется, не попадут. Но куда они направились, ума не приложу.

– Люди сказывали, что недовольные сейчас на окраинах собираются, по тунам, – подумав, сказал Тангай. – Может, и нам туда податься?

– Недовольные?

– А ты решил, что один такой? Ну, в смысле, с кем власти замка не по совести поступают. Нет, братец, ты молод ещё, только-только своей головой думать начинаешь, а меня жизнь помотала да постукала сполна, так что я кое-что в делах этих смыслю. Против Ракли народ вольный давно шушукался. Если бы его сейчас другие не повязали, глядишь, простые фолдиты помыкались-помыкались да и сами не стерпели бы.

– А оттого, что другие повязали, думаешь, лучше будет?

– Так ведь смотря кто и почему, – многозначительно заметил Тангай. – Я про это ничего не знаю. Как и ты. Если там у них кровная вражда была, глядишь, может, и образуется. А если кому власти или деньжат недоставало, то, помяни мое слова, толка никакого не будет. Разве что хуже станет. Новые они всегда жаднее получаются. У нас вон тоже с Касом мастер один верховодил, долго довольно-таки верховодил, толковый был мужик, и дело знал, и договариваться умел. Только с норовом был и делиться с кем надо не хотел. Говорят, подстроили ему как-то раз нехорошую историю с деревом: рубили-рубили, а оно не в ту сторону поехало, хлабысь – и накрыло его.

– Насмерть что ли?

– А то! Думаешь, только от стрел да мечей люди гибнут?

– Да нет, у меня у самого отец на строительстве погиб.

– То-то и оно. Ну так вот. На его место нового мастера отрядили. И что ты думаешь? Мы с ним и одной зимы вместе не продровосечили: все под себя тянул, гад, нам разве что крохи перепадали.

Помолчали.

– А отец твой давно погиб?

– Да уж порядочно. Вайла’тун при нем достраивали. Хоканом его звали. Не слышал?

– Э, откуда? Я в те времена в Пограничье трудился, заставы строил. Хорошее времечко было. Слушай, а мать твоя что, с тех пор так замуж больше и не выходила, получается?

– Ну да, конечно. Ей это как-то ни к чему.

– Знаем-знаем, – ухмыльнулся Хейзит. – Это ты сейчас так рассуждаешь. Им замуж завсегда нужно. – Он понизил голос. – Сестренка вон твоя смотри, как с пленничка нашего пылинки сдувает. Того и гляди отпустит. Ты с них глаз не спускай. Ещё устроит нам подвох.

– Не устроит.

– А все-таки я бы на твоем месте приглядывал. Спать не хочешь?

– Боюсь, я теперь нескоро засну.

– Брось, это ты сейчас так говоришь. Только без жратвы и сна недолго протянешь.

– Я не против сна. Я просыпаться не люблю. За ночь обо всем плохом забываешь, а как глаза отроешь, все по-новому на тебя наваливается.

– Молод ты ещё, чтобы о таких глупостях заботиться, вот что я скажу, – хмыкнул Тангай, устраиваясь поудобнее. Ему нравилось коротать время, ведя неспешную беседу с Хейзитом, которому явно были не чужды копания в себе и окружающей жизни, чем давно уже не радовали Тангая нынешние молодые люди. Тех ничего толком не интересовало, кроме беготни за девками да выяснений, кто мужикастее, а уж о том, чтобы поддержать разговор со стариком, такого и в помине не было. А этот вон каков: и гончарное дело знает, и стоить печи умеет, и читает штуки всякие старые, и десятка, видать, не робкого, решительный вроде, мать с сестрой любит. Такому и помогать приятно. Все, глядишь, на пользу пойдет да образуется. – Вообще-то я бы, раз такое дело, воспользовался случаем и пошастал под землей. Авось куда кривая выведет.

– А их с собой таскать? – Хейзит посмотрел на спящих.

– Ну не здесь же бросать. Это хорошо, если веревки наши в колодце никого на мысль не наведут. А если они не отвязывать их станут, а воспользуются по назначению?

– Сюда полезут?

– Именно.

– Тогда и комнату эту найдут. – Хейзит огляделся. – Тэвил!

– В каком смысле?

– А в таком, что неохота мне невесть кому рукописи оставлять. Они тут с пожара в безопасности пролежали, а теперь, из-за нас, все может наперекосяк пойти. Нас-то точно искать будут. В отличие от Харлина, о котором никто, кроме меня, не знает. Думают, что он на пожаре погиб. К счастью для него.

– И что же ты предлагаешь? Одному из нас остаться здесь в охрану?

– … или забрать все свитки с собой. Отыскать их по весу