Белая птица над темной водой - Екатерина Витальевна Белецкая

надо сказать. Динозавру такие дни нравились. Можно было хорошенько погреться в тёплых лучах, да еще и наесться почти что досыта, ведь всякая болотная мелочь тоже любила солнце, и выбиралась на поверхность. Знай себе, зачерпывай пастью жижу, в которой кишмя кишит всякая вкуснятина, и наслаждайся жизнью. Динозавр так и делал: опускал голову на длинной шее, набирал полную пасть всего, что в неё попадалось, и с удовольствием жевал.

Однако ближе к полудню, когда солнце поднялось совсем уже высоко, он обратил внимание, что сзади, в той части его организма, которая располагалась ближе к хвосту, кажется, стало что-то происходить. Он повернул голову и с подозрением уставился на свою спину, ну и на попу, потому что попа, как известно, находится где-то неподалеку.

Грязь, которой Динозавр несколько дней назад так успешно замаскировал свою рану, высохла, и частично отвалилась, обнажив почерневшие ткани, и что-то белое, неприятное, дурно пахнущее. Но Динозавр заметил и ещё кое-что — в этом белом копошились какие-то крошечные создания, которых Динозавр, как ни старался, не мог толком разглядеть. Пока что он видел только, что созданий этих было много, очень много; мало того, по его ноге позли цепочкой всё новые и новые такие создания, образовавшие на коже шевелящуюся влажную дорожку.

— Эй! Вы кто такие? — рявкнул Динозавр. — Вы чего себе позволяете⁈

— Ой-ой-ой, Великий нас заметил! — запищал целый хор тоненьких голосов. — Какое счастье, какая радость! Он нас заметил, слышите? Он! Нас! Заметил!

— Чего? — Динозавр растерялся. — Кто вы такие, я спрашиваю?

— Мы? — синхронно произнес хор голосков. — Мы — болотные пиявы. Разве не видно?

— Не очень, — признался Динозавр.

— Не соизволит ли Великий Динозавр немного приблизить к нам свою благородную голову, чтобы нас стало видно лучше? — спросили голоски. — К сожалению, мы действительно пока маловаты, но под вашим чутким руководством мы, думаю, станем способны на многое.

«Ого, — подумал Динозавр. — Под моим чутким руководством? И они сами стали называть меня Великим? Не об этом ли мне говорил вермис, когда мы беседовали с ним? Кажется, он был прав, и мои союзники действительно всё это время были у меня под ногами. Да, они мелковаты, но ведь их действительно много. Кажется, много. Это нужно уточнить».

— А сколько вас всего? — спросил Динозавр, и протянул шею ещё дальше, максимально, как только мог.

— Нас? — спросили голоски. — Много, о Великий Динозавр. Очень много. Даже и не сосчитать. Но если ты ещё ближе придвинешь к нам свою голову…

— Не могу, — с сожалением сказал Динозавр. — Если ещё ближе, то голова, боюсь, отвалится. Ладно, я понял. Вас много. Хорошо. А что вы, позвольте узнать, делаете на моей спине? Вы же сказали, что вы болотные пиявы, значит, ваше место в болоте, верно?

— Верно-то оно верно, — ответили голоски. — Но мы, о Великий Динозавр, решили, что пора нам расширять свой ареал обитания.

— Ваш чего вы решили расширять? — не понял Динозавр.

— Ну, место, где мы живём. Понимаешь ли, нас действительно очень много, и нам не хватает пи…

— Пищи? — с подозрением спросил Динозавр.

— Нет-нет-нет, не подумай! Нам не хватает пирамиды возможностей, — поспешно объяснили пиявы. — Мы всё время были внизу, а отсюда, сверху, открывается такой великолепный вид на наше родное прекрасное болото! Поднимаясь на твою спину, мы поняли, что вот она, наша пирамида возможностей. И мы сейчас находимся на самой её вершине.

— А я вас ел, — признался Динозавр. — Случайно вышло, конечно, но всё-таки… неудобно как-то…

— Ерунда! — тут же заверили пиявы. — Это были вовсе не мы. Если ты кого и ел, то они сами в этом были виноваты. Не чтили тебя, не уступали тебе дорогу, заползали в грязь перед самым твоим носом, в общем, вели себя недостойно, за что и поплатились. А мы другие. Мы совсем другие, Великий Динозавр. Мы всегда почитали тебя, расступались перед твоими Великими Ногами, и не смели находиться перед твоей Великой Пастью. Поэтому у нас вопрос: позволишь ли ты и дальше нам находиться на твоей спине, которая стала для нас пирамидой возможностей?

Динозавр задумался. Пиявы ему понравились — вежливые, обходительные, говорят приятные вещи.