Снегурка и контракт на чудо - Аурелия Шедоу

В пещере воцарилась тишина. Все смотрели на меня.

— Нет, — сказала я. Мои слова прозвучали гулко и чётко, как удар молота по наковальне. — Я не подпишу. Я не обменяю его на свой комфорт. И я не исчезну.

Я повернулась к своим союзникам. К банде, которая собралась вокруг самой нелепой идеи во всём Арканум-Граде.

— Они забрали его, потому что боятся. Боятся того, что он представляет. Боятся того, что мы начали. Они думают, что, забрав его, они вырвут у нас сердце. Но они ошибаются.

Я подошла к месту, где обычно сидел Хома, и положила руку на ещё тёплый камень.

— Сердце — это не он. Сердце — это то, что он зажёг. В нас. В Лили. В Борке. В Груме. Даже в тебе, Вольф. — Я посмотрела на оборотня. — Они забрали искру. Но огонь уже горит. И его не так просто потушить.

Рогар медленно кивнул, и в его жёлтых глазах вспыхнул знакомый холодный блеск.

— Значит, война.

— Не война, — поправила я. — Спасение. Они хотят, чтобы мы играли по их правилам: подписали контракт, сдались, убежали. Мы не будем играть в их игру. Мы изменим правила.

— И как? — спросила Лора, но в её голосе уже не было сомнения, было жгучее любопытство.

— Они забрали нашего друга. Значит, мы идём его забирать. Не как просители. Не как жертвы. Как… партнёры по переговорам. Которые пришли забрать своё имущество. — Я подняла с пола разорванный конверт с печатью Морозуса. — У нас есть их официальное предложение. Значит, у нас есть повод для визита. Официального.

Грум хмыкнул, и в этом звуке впервые за день прозвучало что-то, отдалённо напоминающее одобрение.

— Ну что ж. Значит, идём в гости к сановным крысам. Интересно, выдержат ли их хрустальные полы мою кувалду.

Вольф выпрямился. Порезы на его одежде уже перестали сочиться кровью. Его взгляд стал сосредоточенным, звериным.

— Они будут ждать нашего ответа. Ждать, что мы сдадимся или попытаемся штурмовать как дикари. Они не ждут, что мы придём и потребуем аудиенции.

— Именно, — сказала я. — Мы идём не воевать. Мы идём… делать бизнес-предложение. О возврате незаконно изъятого актива. И если они откажут… тогда покажем им, какое чудо может случиться, когда банда оборотней, гном и одна очень злая Снегурочка решают, что с них хватит.

Я посмотрела на осколки самоцвета, сверкающие на полу. Это был наш ответ. Не согласие. Не капитуляция. Это был вызов.

Где-то в сияющей, стерильной башне Гильдии Чудотворцев Господин Морозус, вероятно, получил уведомление, что кристаллическая пластина разрушена. Он, наверное, слегка удивился. Потом, возможно, усмехнулся. Решил, что мы действуем от отчаяния.

Он не знал, что отчаяние уже сгорело. Осталась только холодная, ясная решимость. Они похитили не просто хомяка. Они похитили самое дорогое, что у меня было в этом странном мире. И теперь я шла его забирать. Со всей моей нерентабельной, непрактичной, безумной бандой.

Война за веру только что перешла в новую фазу. И мы вышли из тени.

Глава 19. Сбор «отряда»

Паники не было. Был холодный, методичный расчёт, как перед самым сложным корпоративом в карьере, когда горят все сроки, а клиент — капризная примадонна. Только вместо примадонны был Господин Морозус, а вместо сгоревшего декора — похищенный друг.

Мы собрались в кристаллической пещере — я, Вольф, Рогар, Лора и Грум. На полу углём я нарисовала примерный план.

— Штурмовать штаб-квартиру Гильдии — самоубийство, — сказала я твёрдо. — У них охрана, заклятия, протоколы. Даже если мы прорвёмся, к тому времени Хому могут… переместить или хуже.

— Значит, нужен точечный удар, — хрипло отозвался Рогар. — Выяснить, где именно его держат, и вытащить тихо.

— Именно, — кивнула я. — И для этого нам нужны три вещи: информация, скрытность и способ отслеживать его. И нам нужна помощь. Не солдат. Помощь друзей.

Вольф нахмурился.

— Друзья? У нас тут банда. Кого ещё ты собираешься звать? Ту фею-кассиршу? Она сломается от одного взгляда стража.

— Не звать в бой, — поправила я. — Просить о конкретной, небольшой помощи. Той, которую они могут дать. Не потому что мы ведём войну, а потому что у нас украли друга. Это другая просьба.

Первым мы пошли к Груму. Вернее, он уже был с нами, но я обратилась к нему лично.

— Грум, ты знаешь подземелья, технарь. Есть ли что-то, что может помочь найти или отследить магический след? Даже очень слабый?

Гном долго молчал, ковыряя в зубах обломком гвоздя. Потом тяжело вздохнул.

— Есть штука. Старая. Не моя. Должник оставил в залог лет десять назад. Так и не выкупил. — Он полез в глубокий карман своего фартука и вытащил… камень. Нет, не камень. Яйцо. Точнее, яйцевидный кусок дымчатого кварца, внутри которого пульсировала тусклая золотистая искра.

— Это транспонд. Примитивный. Работает на резонансе. Если твой зверёк оставил где-то сильный эмоциональный след — радость, страх, боль — эта штука может дрогнуть и указать направление. На несколько сотен шагов. Дальше — гадает. И заряда хватит на один раз.

Он протянул его мне. Камень был тёплым и чуть вибрировал в ладони.

— Спасибо, Грум.

— Не за что. Только верни его. И зверька. Мне ещё картошку с кем-то делить.

Вторыми были оборотни. Я посмотрела на Рогара и Лору.

— Вам я не буду мешать делать то, что вы умеете лучше всего. Нам нужна разведка. Внешний периметр Гильдии. Возможные служебные входы, графики патрулей, слабые места. Не вступая в контакт.

Рогар усмехнулся, обнажив клыки.

— Это мы можем. У нас нюх на бюрократию. Она воняет скукой и самодовольством. Слабые места всегда там, где скучают стражи. Лора?

— Я пройдусь по крышам, послушаю, что говорят вентиляционные шахты, — коротко кивнула женщина-оборотень. — Засветы, перекуры, болтовня. Вся полезная грязь всплывает, когда люди думают, что их не слышат.

— И возьми это, — Вольф достал из потайного кармана пару маленьких, тёмных камешков. — Говорящие камни. Примитивные. Если что-то срочное — сожми в кулаке и шепни. Мы услышим.

Они исчезли в темноте тоннелей почти бесшумно, превратившись в две сливающиеся с тенью полосы.

Теперь — самый рискованный визит. Наверх. К Лираэль.

Вольф снова был против. Но я настояла. Эльфийская аристократка жила в