Мечник, Вернувшийся 1000 лет спустя. Том 12 ФИНАЛ - Оливер Ло

подбирая слова. — «Золотой Якорь» работает на его территории, по его лицензии. Мы обслуживаем всех, кто платит. Людей, полубогов, даже… других, вне зависимости от их происхождения. Главное, чтобы деньги шли и порядок сохранялся. Я могу отправить прошение об аудиенции, и мои слова имеют вес, — нервно облизнул он губы.

— Отправляй, — я чуть ослабил нажим, позволив лезвиям отойти на два сантиметра от его кожи.

Ормунд опустил глаза на стол, где лежали письменные принадлежности: перо, чернильница, стопка дорогой бумаги с водяными знаками. Его рука, слегка подрагивая, потянулась к перу.

— Могу я?.. — он указал глазами на стол.

Я убрал Клятвопреступника от его горла, оставив Кебаба на прежней дистанции. Голубое пламя ифрита пульсировало ровным жаром, напоминая Ормунду, что разрешение писать не означает разрешения экспериментировать.

Полубог сел за стол, обмакнул перо в чернила и быстрым убористым почерком написал короткое послание. Я прочитал текст, заглянув ему через плечо: «Прибыл гость, желающий срочной аудиенции по особо важному делу. Рекомендую принять незамедлительно. Ормунд».

— Лаконично, — отметил я довольной улыбкой. — Давай.

Он сложил письмо, запечатал его сургучной печатью с оттиском якоря и протянул одному из охранников. Тот, дождавшись моего разрешающего кивка, принял послание и быстро вышел из комнаты.

Я убрал оба меча в ножны. Кебаб разочарованно заворчал, его пламя погасло с тихим шипением, и ифрит погрузился в привычный полусон.

— Ждём, — сказал я, отступив на шаг и присев на подлокотник стула.

Ормунд промокнул красную полоску на горле платком. Его пальцы всё ещё подрагивали, но голос окреп:

— Кто вы такие?

— Люди, которым нужна встреча с Владетелем — разве не очевидно? — ответил я. — Остальное тебя не касается.

Он кивнул, принимая ответ. Полубог, ведущий бизнес в портовом квартале, наверняка привык к клиентам, предпочитающим анонимность. Вопрос был формальностью, попыткой нащупать почву.

Ожидание заняло около получаса. Леон стоял у двери, контролируя оставшегося охранника, который благоразумно не двигался. Я сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и разглядывал корешки книг на полке, большую часть которых составляли бухгалтерские книги и реестры ставок.

Охранник вернулся, запыхавшийся от быстрого бега. Протянул Ормунду запечатанный конверт с гербом Владетеля, стилизованным вихрем внутри щита.

Ормунд вскрыл конверт, прочитал содержимое и поднял на меня глаза.

— Владетель согласен принять вас завтра, на рассвете, в своей резиденции, — произнёс он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Вот только мужчина, похоже, был сильно удивлен такому ответу. — За вами пришлют карету.

— Вот и хорошо, — улыбнувшись кивнул я.

— В какой трактир отправить посланника?

— «Три Пера», — ответил я.

Ормунд запомнил название, и в его глазах мелькнуло подобие облегчения. Худшее для него закончилось. Мечи убраны, шея цела, бизнес, предположительно, продолжит работать.

Я поднялся, перекинув мешок с выигрышем через плечо.

— Приятно вести дела с разумным человеком, — бросил я на выходе.

Ормунд промолчал, промакивая горло свежим платком.

Мы спустились по лестнице, прошли через зал, где игра за столами возобновилась, хотя атмосфера утратила прежнюю непринуждённость. Рыжебородый шулер проводил нас взглядом, женщина-контролёр отвернулась. Ренвик сидел за опустевшим столом, уставившись на разложенные грани костей, которые никто так и не убрал.

Ночной воздух портового квартала ударил в лицо влагой и речной прохладой. Мы двинулись обратно по Медной улице, вверх, к торговым кварталам.

— Ловко, — Леон шагал рядом, засунув руки в карманы куртки. — С костями, в смысле. Как ты их разломал?

— Резонансная вибрация, — ответил я. — Любой предмет имеет частоту, при которой его структура разрушается. Достаточно найти её и направить энергию точно по швам. Детская забава.

— Для тебя, — фыркнул парень.

— Для любого, кто потратил лет пятьдесят на изучение свойств материи.

Леон хмыкнул, и остаток пути мы проделали молча.

Тень встретил нас у двери комнаты, все три головы подняты, янтарные глаза горят в темноте коридора, но совсем не зловеще. Пёс обнюхал нас по очереди, убедился в отсутствии ран и посторонних запахов и вернулся в угол, где его ждала обглоданная до блеска бычья кость.

Я запер дверь, проверил окно, сбросил перевязь с мечами на спинку стула и сел на койку.

— Завтра на рассвете за нами пришлют карету, — сказал я. — Встреча с Владетелем в его резиденции.

Леон стянул куртку, повесил на крючок у двери и сел на свою койку напротив, обхватив колено руками.

— Ты понимаешь, что это будет западня? — его голос звучал ровно, без испуга, с интонацией человека, уточняющего очевидное.

— Разумеется, — я расстегнул верхнюю пуговицу рубахи, разминая затёкшую шею. — Карвас знает о нас. Мы уничтожили его агентов на фестивале, перебили наёмников на тракте, прошли через его территорию, выжигая точки сбора. Он ждал нас. Вероятно, узнал о нашем прибытии в столицу раньше, чем мы сели за игорный стол.

— Тогда зачем идти?

— Потому что альтернатива хуже.

Леон поднял бровь. Я продолжил, поправляя подушку под спиной:

— Резиденция Владетеля — это крепость. Стены, ворота, гвардия. Если мы пойдём на штурм, придётся прорубаться через стражников, которые понятия не имеют, что их государь — демон. Обычные солдаты, выполняющие свой долг. Они защищают город, охраняют закон и верят в то, что делают. Их вина только в том, что они служат твари, выдающей себя за человека. За это смерть, мягко говоря, чрезмерная плата.

Леон молчал, переваривая услышанное, его взгляд скользнул к Ледяному Жалу, прислонённому к стене.

— Но если нас проведут внутрь как гостей, мимо внешней стражи, мимо гарнизонных постов, прямо к демону, мы столкнёмся только с теми, кто в курсе. С его ближним кругом, с демонами и прислужниками, которые знают, кому служат, и выбрали это сознательно. Этих можно убивать с чистой совестью.

— Жертв всё равно не избежать, — Леон сказал это утвердительно.

— Не избежать, — согласился я. — Но их будет меньше. Это единственное, что я могу сделать. Да и так больше шансов, что наш противник соберет в одном месте все свои силы, и их надо будет потом искать по всяким закоулкам.

Леон смотрел на меня несколько секунд, потом медленно кивнул.

— Логично, — произнёс он. — Жестоко, но логично.

— На войне иначе никак, — ответил я. — Ложись спать. Завтра будет длинный день.

Парень лёг на койку, положив Ледяное Жало вдоль тела. Тень устроился между нашими кроватями, перекрывая проход, и его центральная голова развернулась к