Магазин волшебных питомцев 4 - Сергей Шиленко

Я скрестил руки на груди.

— А тебе какая выгода?

Девушка сделала честные-честные глаза — голубые, как горное озеро, в которое кто-то сбросил бочку цианида. Ресницы захлопали с такой частотой, что Блёстка бы позавидовала.

— Абсолютно никакой, — произнесла она с интонацией монахини на исповеди. — Чистейший, незамутнённый альтруизм! Помощь ближнему! Я просто хочу, чтобы твой магазин процветал, потому что ты хороший человек и заслуживаешь…

— Вр-р-рёт! — гаркнул Архимед. — Хитрая! Ведьма хитр-р-рая! Себе на уме!

Алиса отмахнулась от какаду, как от мухи.

— Да замолчи ты, пернатый детектор лжи. Я просто буду ему помогать. Стоять рядом, консультировать покупателей, создавать атмосферу.

— Ага, — я чуть наклонил голову. — На виду у братика и папочки. Чтобы побесить обоих разом. Отречённая дочь Шуваловых торгует крысами бок о бок с владельцем лавки на грани банкротства — отличный семейный скандал на публике.

Брюнетка картинно схватилась за грудь, споткнувшись каблуком о собственную тень.

— Егерев! Ты ранишь меня в самое сердце! Неужели я похожа на человека, способного использовать честного торговца магическими питомцами в качестве инструмента мести собственной семье⁈

Эдгар издал звук, подозрительно напоминающий смешок.

— Ну, может, и похожа, — Алиса опустила руку и ухмыльнулась. — Но это побочный эффект, а главная идея — бизнес. Деньги. Твои деньги, Егерев.

Коша подошёл к гостье и примостился у её ног. Мантикор смотрел на девушку снизу вверх с выражением «я слушаю аргументы обеих сторон и пока воздерживаюсь».

— Когда этот праздник? — я потёр переносицу. — Дату запамятовал.

Алиса уставилась на меня так, словно я спросил, в каком городе мы находимся.

— Ты чего, Егерев? На майские, как обычно. Первого мая. Через неделю будет. Слушай, ты уверен, что у тебя только кожа и волосы выцвели? Может, ещё какие-нибудь побочки заработал? Ну там, ранний склероз, нет?

Я пропустил шпильку мимо ушей.

— А теперь представь! — колдунья заходила по залу. — Железнов проводит массовую инициацию. Бесплатную! Толпа шестнадцатилеток выходит с церемонии, у каждого свежее ядро, свежие каналы, глаза по пять рублей — и все хотят одного. Первого питомца! А тут ты! С кроликами, мышами, птицами, с этим твоим… как его… тушканчиком!

Прыг в террариуме встал столбиком, навострив уши. Хвост с чёрно-белой кисточкой замер.

— Плюс будущие студенты, — Алиса загибала пальцы, — плюс их мамочки и папочки с толстыми бумажниками, плюс преподаватели, плюс старшекурсники, которым вечно нужны расходники и корма. Считай, весь магический свет столицы соберётся в одном месте!

Колдунья остановилась передо мной и выставила обе ладони, как продавец, демонстрирующий товар лицом.

— Ну?

Я молчал, просчитывая расклад. Легальный канал сбыта. Официальная площадка. Прямой доступ к целевой аудитории. Одна такая ярмарка может принести больше, чем месяц работы магазина.

— Звучит заманчиво, — признал я.

— Заманчиво⁈ — Алиса всплеснула руками. — Это золотая жила, Егерев!

— Деньги! — подтвердил Архимед. — Бабки! Много! Ор-р-рехи мешками!

Коша мяукнул. Словно поставил резолюцию.

— Есть одна загвоздка, — Алиса понизила голос. — Вход для торговцев — только по приглашению деканата. Аккредитация через Гильдию, согласование, бюрократическая канитель на три недели. Которых у тебя, очевидно, уже нет.

— Очевидно.

— Но, — она подняла указательный палец, — у меня есть выход. Декан факультета зоомагии, профессор Звенигородская, ко мне очень хорошо относится. Я пишу у неё курсовую по тёмной фармакологии зооядов. Она из тех преподов, которые ценят студентов за мозги, а не за родословную. Могу попросить за тебя. Тебя включат в список экспонентов как «независимого частного заводчика с уникальными экземплярами». Официально, с бейджиком, палаткой и правом торговли.

Маруся, до этого тихо сидевшая в углу с уснувшим Чернышом, подняла голову и посмотрела на Алису. Макака склонила голову набок, поморгала. Потом перевела взгляд на меня. Выражение обезьяньей мордочки было до неприличия читаемым: «Ну, соглашайся уже, начальник».

Я окинул взором магазин. Аквариум с рифом светился голубым. Террариумы с мышами и кроликами стояли вдоль стен. На полках — корма, витамины, когтеточки.

— Ладно, Шувалова. Я в деле.

Алиса на секунду замерла, будто проверяя, правильно ли расслышала. Потом взвизгнула так, что Эдгар шарахнулся, а Коша прижал уши и попятился за прилавок.

— Да! Да-да-да! — она захлопала в ладоши, подпрыгивая на месте, и каблуки застучали по линолеуму дробью. — Я знала! Знала, что ты согласишься! Егерев, ты лучший бизнес-партнёр во всей Москве!

Она метнулась ко мне, и я едва успел выставить руку, прежде чем Алиса Шувалова, наследница древнего рода, студентка-второкурсница и тёмная колдунья с паршивым характером, повисла у меня на шее. На долю секунды — потом отпрыгнула, будто обожглась, тряхнула чёрными волосами и расправила куртку с преувеличенной невозмутимостью.

— Это был порыв, — заявила она, глядя в сторону. — Забудь.

— Уже забыл, — заверил я.

— Свадьба! — заорал Архимед, раскинув крылья. — Горько! Горько! Поцелуй! Дэнька — жених! Вомпер и ведьма!

— Архимед, ещё одно слово, и я посажу тебя на диету из пророщенной пшеницы. На месяц.

Какаду захлопнул клюв с отчётливым щелчком.

Эдгар приземлился на плечо хозяйки и укоризненно клюнул в ухо. Алиса рассеянно почесала ворона под клювом, не сводя с меня глаз.

— Я сегодня же напишу Звенигородской, — выпалила она. — Сегодня! Прямо сейчас! Ответ будет к вечеру, максимум к завтрашнему утру. Готовь ассортимент, Егерев. И ценники. И визитки, если у тебя их ещё нет. У тебя ведь нет визиток?

— Только бумажки с номерами.

— Будут! Я сама нарисую! У меня отлично получается! Ну, сносно. Эдгар помогает держать карандаш, когда у меня руки трясутся от кофеина, но результат вполне приличный!

Эдгар каркнул. Похоже, выразил несогласие с формулировкой «вполне приличный».

Алиса уже набирала что-то в «Рунофоне», стоя посреди зала. Пальцы летали по экрану. Губы шевелились, проговаривая текст сообщения. Она была так поглощена процессом, что едва заметила, как Коша подкрался к её болтающемуся шлейфу юбки и аккуратно потрогал ткань лапкой. Сейчас выпустит коготки и оставит затяжки.

— Коша, — окликнул я.

Мантикор выпустил шлейф и сделал невинную морду. Хвост вильнул. «Я просто проверял текстуру».

Я прислонился к прилавку и позволил себе тихий, спокойный выдох.

Через неделю, мать её. Ярмарка на территории МГАМИ. Сотни потенциальных покупателей, зрителей, аукцион, показательные бои. И посреди всего этого — палатка «Лапы и Когтя» с белобрысым, розовоглазым торговцем, мантикорой Пустоты и попугаем, который называет покупателей дураками.