Магазин волшебных питомцев 4 - Сергей Шиленко

подставил ведро и начал капельную акклиматизацию — тонкая трубка-сифон, зажим, капля в секунду. Старая вода из пакета разбавлялась новой, и рыба привыкала к параметрам.

Спустя час начал переселение.

Первой пошла мандаринка. Крохотное тельце, размером с мизинец. Она скользнула из сачка в аквариум и сразу ушла вниз, к камням, зависая у самого дна.

Следом отправилась жёлтая зебрасома. Лимонный диск с бархатистой чешуёй скользнул в воду и мгновенно заработал — рыба-хирург тут же принялась обследовать камни, тыкаясь вытянутым рылом в каждую щель. У основания хвоста блеснул скальпель — острый костяной шип, оружие на случай, если кто-то решит оспорить территорию.

Грамма юркнула прямо в тёмную пещерку между камнями, развернулась и выставила наружу только голову.

Бычок жевал грунт, фильтруя микроорганизмы. Рядом, из-под камня, высунулся его сосед — рак-щёлкун с одной клешнёй крупнее другой. Креветка ощупала бычка усами, убедилась, что это свой, и скрылась обратно в нору. Классический симбиоз: одна роет, другой сторожит.

Фиолетовый псевдохромис тут же занял позицию у верхнего грота — яркий, наглый, с выражением «территория моя, разговор окончен». Я мысленно отметил: за этим присматривать, к грамме может полезть.

Собачка-бленни шлёпнулась на камень присосками грудных плавников. Тут же начала скрести камень ротовыми пластинками, выедая микроводоросли.

Хризиптера метнулась к потоку от помпы и зависла, подрагивая плавниками.

Остались клоуны.

Пара оцеллярисов кружила внутри ведра — ярко-оранжевые, с тремя поперечными белыми полосами в чёрной окантовке. Самка крупнее, шире. Самец держался чуть позади. Акклиматизация заняла положенные сорок минут. Я подцепил самку сачком, перенёс в аквариум, выпустил у актинии.

— Океан! — прошептал Архимед. — Океан в ящике! Рыба живая! Красиво! Очень красиво!

Колокольчик над дверью мелодично звякнул, впуская в помещение свежий весенний воздух и едва уловимый аромат дорогого парфюма. Я повернулся, щурясь от пробившегося в магазин солнечного луча. В дверном проёме появилась Алиса Шувалова.

Сегодня она выглядела несколько иначе. Вместо плаща — короткая кожаная куртка. Куча серебристых амулетов болталась на груди поверх чёрного топа. Свободная юбка выглядела короткой спереди, но удлинялась шлейфом сзади. Ботильоны на толстой подошве прежние.

На левом плече — Эдгар. Ворон сидел, нахохлившись, и оглядывал магазин, как ресторанный критик, забредший в привокзальную столовую. Клюв приоткрылся, блеснул чёрный глаз.

— Кар-р-р! — сообщил он.

Алиса сделала два шага внутрь… и встала как вкопанная.

Голубые глаза скользнули по моему прекрасному лицу, поднялись к волосам, потом прошлись ниже, оценивая общий колорит. Рот девушки приоткрылся. Потом сомкнулся. Потом губы поехали в стороны, превращаясь в ту самую хищную шуваловскую ухмылку, от которой у людей обычно портится настроение.

— Классно выглядишь, Егерев, — она скрестила руки на груди. — Пролил на себя ведро «Белизны»? Или это новый тренд — «цветовой минимализм»?

— Я тоже безумно рад тебя видеть, Алиса.

Повернулся обратно к аквариуму. Щупальца актинии покачивались. Клоунесса дёрнулась, боднула ближайший «палец» боком. Нарабатывая защитную слизь, привыкая к стрекательным клеткам. Через секунду самка уже купалась в щупальцах, ныряя и выныривая, как ребёнок в подушках.

Выловил самца из ведра и выпустил рядом. Он действовал осторожнее, медленнее, но скоро погрузился в привычную среду с тем же блаженным выражением на оранжевой морде.

Я закрыл крышку аквариума и позволил себе выдохнуть. Двести литров живого рифа светились, как окно в другой мир.

Девушка подошла ближе, цокая каблуками по линолеуму.

— А если серьёзно, что стряслось с твоей пигментацией? — поинтересовалась она, разглядывая мои радужки. — Выглядишь как привидение, решившее заняться розничной торговлей.

— Издержки производства, — отозвался я, вытирая влажные руки полотенцем.

Алиса прищурилась, сканируя меня цепким взглядом.

— Только не говори, что опробовал на себе один из бабушкиных рецептов.

Я покосился на неё.

— В общем и целом — да.

— Егерев, у тебя инстинкт самосохранения вообще отсутствует? — Алиса качнулась вперёд, ирония на секунду сменилась чем-то похожим на беспокойство. — Ты пил нестабильную алхимическую дрянь? Это же верный путь к выжиганию мана-каналов!

— Мой организм функционирует в штатном режиме, — успокоил я студентку, откладывая полотенце. — Это исключительно визуальный побочный эффект. Меланин скоро вернётся на свои законные места. Врач во мне жив, пациент тоже.

— Как скажешь, Белоснежка, — фыркнула Алиса, качнув короткой чёрной стрижкой.

— Белоснежка! — мгновенно подхватил Архимед. — Дэнька — Белоснежка! Где яблоко? Отр-р-рава!

Я поднял на него глаза и сообщил:

— Для тебя обязательно приготовлю.

В этот момент из подсобки радостным галопом вылетел Черныш. Котёнок проскользил по полу и остановился прямо перед девушкой, задрав крошечный хвостик. Зелёные глаза полыхнули, как два маленьких светофора. Котёнок задрал голову, разинул пастьку и выдал оглушительное «МИ-И-ИУ!», в которое вместилось всё: и «я тебя помню», и «бери на руки немедленно», и «почему так долго».

Маска колючей оторвы мгновенно спала с лица Алисы. Она присела на корточки и подхватила пушистый комочек на руки, прижимая его к щеке.

— Чернышка, — голос стал мягче на два тона. — Привет, малыш. Скучала по тебе, чертёнок!

Алиса запустила пальцы в угольную шерсть. Черныш вытянул шею, подставляя подбородок. Эдгар издал возмущённое карканье, захлопал тяжёлыми крыльями и перелетел на верхнюю полку стеллажа. Ворон уставился на кошачьего конкурента с явным осуждением, всем своим видом демонстрируя жгучую ревность.

Я зашёл за прилавок и облокотился о столешницу.

— Итак, Шувалова. Чем обязан?

Алиса игриво пожала плечами. С шелестом юбки запрыгнула на край прилавка. Устроилась поудобнее и принялась начёсывать Черныша за ушком. Котёнок зажмурился и включил свой внутренний моторчик, наполняя пространство бархатистым мурчанием.

— Узнала от Стаси весьма занимательный факт, — произнесла девушка, болтая ногой. — Оказывается, ты у нас теперь полноправный повелитель пчёл.

Я удивлённо приподнял брови.

— Стася? Вы с ней чудесным образом помирились?

— Подр-р-ружки! — ввернул Архимед. — Девочки! Секр-р-реты! Хихи-хаха!

Алиса издала театральный смешок.

— Помирились? Я и эта тепличная фиалка? Ждите ответа в следующей жизни! Я просто слегка подколола её. Сказала, что с таким ходячим генератором статического электричества, как её Тошенька, парни будут обходить её за километр. Девчонка мгновенно залилась краской и принялась тараторить, как вы ходили на свидание в парк.

Я глубоко вздохнул, доставая из кармана «Рунофон». Свидание, как же. Скорее уж тактическая операция по спасению флоры. Пока Алиса продолжала гладить разомлевшего Черныша и сообщать, чем именно мы со Стасей якобы занимались в парке, открыл банковское приложение.

До покупки аквариума мой баланс составлял семьсот четыре тысячи рублей. Текущий остаток показывал триста сорок четыре тысячи. Морской риф обошёлся