Пламя на ветру - Анастасия Ваймор

— Сынок… — выдохнул лорд едва слышно и соскочил с коня. Сделал шаг, но тут же остановился. Конли не шелохнулся.

— Ты жив. Слава Древним! Нам сказали, что ты… — Ортвин осёкся и будто мигом постарел на десяток лет.

— Пустое сказали, — глухо отозвался Конли.

Джерд покосился на него. Кузен словно боролся с желанием броситься к отцу, обнять его и брата, но всё же сдерживал порыв. И это значило лишь одно: перед Конли стояли враги. Он присягнул Джерду, а честь плохо уживается с предательством. Чтобы не выдать терзаний, что разрывали душу, Конли держался холодно и отстранённо.

Ортвин тоже это заметил. Нахмурился, склонил голову набок, изучающе взглянул на сына, затем коротко на Джерда. Тёмные глаза скользнули обратно.

— Вернёшься с нами?

Конли покачал головой и тяжело опёрся на костыль.

— Я принёс клятву, отец. Я там, где должен быть.

— Опомнись, брат! — Лирнан чуть подался вперёд. Конь его тревожно всхрапнул.

— Опомниться? — Конли вскинул лицо. На нём отразились поочерёдно злость и отчаяние. — Это мне говоришь ты?!

В лагере сделалось совсем тихо.

— Вернуться к тому, кто велит жечь свой же народ? — выплюнул он. — К тому, кто сидит в тепле, пока другие гибнут?

Он резко повернулся к Джерду:

— Твоя невеста была права. Мы чудовища. Без чести и гордости.

Лирнан ошалело моргнул. Кустистые брови Ортвина сошлись на переносице. Даже Эйрих, явно не ожидав такой прыти от Конли, растерянно замер.

— Мне быстро пришлось повзрослеть, — продолжал Конли выплевывать слова, словно они скопились в груди и теперь мучительно требовали выхода. — Уроки, что мне преподал Эйден Вейг по приказу того, кому вы служите, я усвоил. Знаешь. — Он, пошатываясь, сделал шаг к брату. Конь отпрянул в сторону. — Когда тебя, избитого и полумёртвого, бросают в хлев к свиньям, понимаешь, что твои титулы и королевская кровь не стоят и гнилого пятна на соломе. Никто не защитит тебя. Только ты сам.

Он выпрямился, голос зазвучал твёрже:

— Я сделал свой выбор. — Конли посмотрел на отца. — Пора и вам задуматься, с кем вы.

Плечи Ортвина опустились.

— Что я скажу твоей матери? — тихо произнёс он.

Конли скривился в горькой усмешке:

— Скажи, что я впервые поступил так, как подобает лорду.

Джерд не вмешивался. За время, проведённое в его легионах, Конли здорово изменился. Принц смотрел на него и видел не прожигателя жизни, не избалованного любителя вина и женщин, каким тот был прежде, а человека, которому пришлось дорого заплатить за зрелость. Человека, утратившего вкус к празднику, но познавшего цену свободы. Перед ним стоял воин.

Ортвин метнул взгляд на Джерда. В тёмных глазах полыхнула непримиримая злоба. Словно он винил во всём случившемся его и только его.

— Я никого не держу, — спокойно повторил принц, без труда выдерживая тяжёлый взгляд.

— Отец, — голос Конли потускнел, но он не отступил, — подумай, прошу. И ты, Лирнан! — Он обернулся к брату. — Неужели ты забыл, как Реджинар унижал тебя? Все эти обиды? Я… — Он смахнул со лба капли пота. — Был дураком с самого начала. Но вы? Подумайте, кому служите. — И почти выкрикнул: — Они ведь убили Таррека!

От этих слов гладкое лицо Лирнана дёрнулось. Мягкие черты потемнели, заострились. Ярость и отчаяние, рвавшиеся из Конли, угасли, уступая место тоске. Вмиг стало ясно, как бы они ни спорили, оба одинаково горевали по старику.

— Что будет, если лореттийцы дойдут до Эрдеборна? Там ведь сейчас Лилин, и Тэрнан, и мама… — еле слышно произнёс Конли и замолчал, словно у него иссякли силы. Словно он выплеснул всё, что копил, и теперь мог лишь надеяться.

— Сынок… — снова тихо позвал Ортвин. Подбородок лорда дрожал.

— Я остаюсь, — отрезал Конли.

Он неуклюже развернулся, сгорбился, опираясь на костыль, и заковылял прочь.

Ортвин постоял, провожая его растерянным взглядом, а затем резко шагнул к коню. Сухая рука ухватилась за луку седла.

— Подожди, — окликнул его Джерд.

Лорд удивлённо обернулся. Джерд подошёл и остановился рядом.

— Я обещал отцу передать тебе кое-что.

На жёстком лице мелькнуло недоумение.

— Что именно?

Принц помолчал мгновение.

— Кинжал с красной рукоятью. Тот самый, что когда-то принадлежал вашему деду. Отец помнил о нём… и знал, что он у тебя.

Глаза Ортвина едва заметно расширились. На миг в них вспыхнуло что-то похожее на боль, воспоминание, а может быть сожаление. Но почти сразу он отвёл взгляд, губы его сжались в тонкую линию.

— Память мёртвых пусть покоится с ними, — холодно буркнул он и забрался в седло.

Оставалось лишь догадываться, смогли ли слова короля, переданные Джердом, достучатся до сурового сердца лорда.

* * *

Через час на старой выщербленной дороге, что вела от Лорока в Каверич, стояли трое. Этим трактом давно никто не пользовался, предпочитая проложенный неподалеку туннель. Лошади под седоками недовольно фыркали. Находиться на раскалённом, продуваемым ветрами перевале им не нравилось. Всадники настороженно вглядывались вдаль.

— Крахенов ублюдок, — процедил сквозь зубы Эйрих. — Специально заставляет себя ждать.

Джерд молча наблюдал за дорогой, что уходила за поворот, а дальше извилистой лентой спускалась по склону горы. В отличии от друга он оставался спокоен. К ожиданию он давно привык и твердо верил, что преимущество всегда у того, кто умеет использовать эти минуты для раздумий.

Зарг сидел в седле с отрешенным видом. Он то и дело посматривал по сторонам, иногда прислушивался к чему-то. Именно он уговорил принца взять с собой небольшой отряд, который теперь скрывался за изгибом скалы. На её гребне невидимыми тенями залегли арбалетчики. Варрант позаботился обо всем и, если встреча окажется ловушкой, ответ будет быстрым. Джерд не сомневался, что подобные приготовления провел и противник. Реджинар достаточно ценил свою шкуру, чтобы не считаться с опасностью.

Процессия показалась ровно тогда, когда терпение Эйриха достигло предела. Наследный принц явился с размахом, как и подобает будущему королю.

Первыми выступали знаменосцы. Ветер рвал высоко поднятые стяги с королевским гербом Ауррории. За знаменосцами следовала охрана принца — рослые воины в полном вооружении. Замыкал шествие сам Реджинар, гордо восседая на белом как снег коне. Льняные волосы развевались. Солнце играло на его богато украшенных золотых доспехах.

Приблизившись, солдаты расступились и пропустили его вперёд. Реджинар уверенно натянул поводья. Мерин, грациозно переступая копытами, остановился прямо перед Джердом. Наследник слегка приподнял подбородок, подчеркивая свое превосходство.

— Ты хотел меня видеть? — Его голос, холодный и высокомерный, разрезал тишину. Ледяные глаза сузились. — Говори! — приказал он, словно слуге.

Джерд не отреагировал. Своего брата он знал слишком хорошо, чтобы поддаться на это. Реджинар нервничал, как бы ни старался скрыть.

Младший принц оглядел свиту и вновь убедился: ни самого Хейлгара,