Пару грамм — душа - Сим Симович

В правом углу зрения, пробивая агонию, вспыхнула череда системных уведомлений, заливших сетчатку ослепительным рубиновым светом:

[Критическая мутация энергоструктуры завершена]

Интеграция эссенции Альфа-вожака:

100 %.

Открыта уникальная ветка развития:

«Ветряной Демонизм» (ранг: Исток).

Свойства стихии:

Воздушные техники получают атрибут энтропийного распада. Кинетический урон игнорирует до сорока процентов физической и магической брони цели.

Поздравляем:

Физическое тело стабилизировано на уровне «Мастер спорта международного класса». Плотность мышечных волокон увеличена вчетверо, связочный аппарат модифицирован.

Фиксация ранга:

Второй круг магии достигнут досрочно.

Активировано пассивное зрение:

«Око Бездны» (восприятие эфирных потоков, тепловых следов и аурических искажений).

Волна жара схлынула так же внезапно, как и накатила.

Нико рухнул лицом в мох, тяжело и жадно глотая холодный ночной воздух. Боль ушла. Не притупилась, а исчезла начисто, оставив после себя лишь странное, пьянящее ощущение абсолютной, звериной мощи во всем теле.

Парень медленно поднялся на ноги.

Колено, еще десять минут назад представлявшее собой месиво из порванных сухожилий, работало идеально — сустав двигался с неестественной, маслянистой плавностью. Мышцы спины и плеч расправились, налившись сухой, упругой силой. В груди мерно, мощно стучало обновленное сердце, перегоняя обогащенную кислородом кровь, а в солнечном сплетении ровно гудел тяжелый, темно-бирюзовый с багровыми прожилками шар концентрированного вихря.

Второй ранг. Уровень, на достижение которого в тепличных условиях академий уходили годы изнурительных медитаций, был взят за одну кровавую ночь посреди глухого сосняка.

Нико поднял голову и открыл глаза.

Мир изменился навсегда.

Привычная ночная темнота отступила, распавшись на тысячи тончайших информационных слоев. Нико видел тепловые контуры остывающих туш монстров, сквозь стволы сосен просвечивали спящие птицы на ветвях, а над самой поляной медленно таяли грязные, лиловые следы пространственного шва. Но главное — он видел ауры. Тонкие, мерцающие оболочки жизненной силы, пронизывающие каждую травинку, каждый лист и каждый камень.

Его собственные серебряные радужки теперь пульсировали едва заметным черным ободком по краю, в глубине которого плясали крошечные искры потустороннего пламени.

Малик де Сад стоял в паре шагов, неторопливо натягивая чистые белые перчатки и критически оглядывая результат своей работы.

— Ну надо же, — протянул демон, поправляя галстук-бабочку. — Пациент скорее жив, чем мертв. И даже на ногах стоит без посторонней помощи. Какая досада, а я уже приготовил пару прекрасных траурных речей для твоего некролога.

— Рано хоронишь, портняжка, — голос Нико изменился. В нем больше не было юношеской ломкости — теперь он звучал низко, с вибрирующим металлическим подтоном, от которого сухие ветки под ногами слегка завибрировали. — Работа выполнена сносно. Костюм цел?

— Ткань от «Malik Gray» бессмертна, в отличие от твоих мозгов, — фыркнул куратор, пряча трость за спину. — Скажи спасибо, что я списал за эту операцию всего четыре сотни очков с твоего счета за поверженного вожака. Считай это скидкой постоянному клиенту за вредность условий труда.

Демон подошел вплотную, заглянув своими горящими углями прямо в преображенные серебряные глаза мага:

— Ты получил второй ранг, Осеев. И силу, о которой твои напыщенные коллеги по гильдиям даже не мечтали. Но запомни: демонический ветер не терпит слабости. Дашь слабину, потеряешь контроль над гневом — и энтропия сожрет твои новые связки быстрее, чем ты успеешь сказать «мама». А теперь подбери свою железяку и приведи поляну в порядок. Скоро рассвет, а твои друзья в лагере уже начинают ворочаться в спальниках.

Силуэт Малика растаял в воздухе, оставив после себя лишь легкий запах полыни и растаявшую в тумане усмешку:

— И не забудь поцеловать ту блондинку с исторического. Она заслужила увидеть победителя во всей красе.

Нико усмехнулся, подошел к туше мертвого вожака и одним легким, почти небрежным движением выдернул тяжелый фальшион из расколотого черепа монстра.

На лезвии не осталось ни капли грязи: темный ветер, послушный малейшему импульсу мысли, мгновенно слизал черный ихор, превратив его в горстку сухого пепла.

Впереди было утро. Новая сила требовала обкатки, а в лагере реконструкторов рыжего победителя бугуртов ждали живые люди, понятия не имевшие, какая бездна только что прошла в полукилометре от их палаток.

Рассвет над монастырской поляной поднимался неохотно, словно продираясь сквозь слой мокрой ваты. Белесый заморозок выбелил жухлую траву и брезентовые скаты сотен палаток, а по низинам все еще полз густой речной туман, пахнущий стылой водой, тиной и гарью потухших кострищ.

Лагерь оживал медленно и со скрипом.

Первым признаком жизни стал утробный кашель Бориса, выбравшегося из командирского шатра на четвереньках. Предводитель «Северного Клыка» выглядел так, будто вчера его лично пропустили через камнедробилку: борода всклокочена, под глазами залегли синяки цвета спелого баклажана, а на широком лбу красовался лиловый отпечаток от заклепки шлема, в котором кузнец, судя по всему, и уснул.

— Воды… — просипел кузнец в пустоту, хватаясь за деревянную подпорку навеса. — Если в этом проклятом лесу осталась хоть капля жидкости без градуса, продам душу первому встречному лешему.

— Держи, страдалец, пока печень окончательно не отвалилась, — Нико протянул ему эмалированную полуторалитровую кружку, от которой поднимался густой пар с ароматом смородинового листа и чабреца.

Борис вцепился в кружку обеими трясущимися ручищами, припал к оббитому краю и сделал несколько жадных глотков. Пар валил из его ноздрей, как из выхлопной трубы трактора, пока он не выдохнул со звучным стоном облегчения:

— Живой… Мать честная, Осеев, откуда у тебя кипяток в такую рань? И почему ты сидишь свежий, будто не медовуху с нами глушил до трех часов, а на минеральных водах в санатории отмокал?

Нико лишь усмехнулся, подбросив в костер сухую сосновую ветку.

Парень сидел на бревне у огня, вытянув длинные ноги и лениво наблюдая за пляской рыжих языков пламени. Артефактная кепка от «Malik Gray» была надвинута