Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

смотрел то на Наташу, вновь пожимающую плечами, то на Селезневу. Сказав Наташе подождать в сторонке, направился к Алисе и так тихо, чтобы не слышал Бойлеров, спросил:

— Ты действительно родня графу Воронову?

Девушка, читавшая какой-то отчет, замерла статуей. Только через несколько секунд она отмерла и подняла на меня взгляд.

— С чего ты взял?

— Слухи ходят.

Она наклонилась и посмотрела мне за спину, где Наташа нарочито делала вид, что ей очень интересны новые светильники на потолке.

— Ясно, — хмыкнула Алиса. — Допустим, он мой дедушка. Но сразу предупреждаю, что не собираюсь использовать свои связи, чтобы продвинуться по службе. Или тебя продвинуть.

— И не собирался просить об этом, — подкатил стул и сел рядом с ней. — Но собираюсь попросить о другом. Мне нужно с глазу на глаз поговорить с твоим дедушкой, пока он не встретился с твоим… прадедушкой?

— Ладно, — легко согласилась она.

И я снова не поверил своим ушам. Не ожидал, что она согласится так легко. И что информация окажется правдой, если честно, тоже не до конца верил. С другой стороны… Нет, это ничего не объясняет. Что Алиса — внучка главы филиала, действительно тот еще сюрприз. Одно ясно — своему родству она явно не рада. Но сейчас оно может мне помочь.

— Но у меня одно условие, — резко заявила Алиса, стрельнув в меня синими глазами из-под ресниц. — Ты ответишь на мои вопросы.

— Какие угодно, но потом, — отрезал я. — Сперва задержи своего прадеда, чтобы я мог встретиться с дедом.

— Поймала тебя на слове! — резко поднялась она. — Поспешим, пока Великий граф еще внизу. Дедушка наверняка ждет его в своем кабинете.

И мы вместе быстрым шагом, переходящим в бег, поспешили к лифтам.

* * *

Разговор с Вороновым затянулся. И я каждую секунду поглядывал на дверь и прислушивался к звукам в приемной, опасаясь, что вот-вот войдет Великий граф в окружении всей своей свиты.

На вопрос, почему сын не встречает отца внизу, Воронов ответил, что Великий граф не терпит безоглядного подобострастия от своих детей. И вообще держится с ними довольно холодно и отстраненно. Когда он говорил это, я видел в его глазах глубоко запрятанную боль сына, который никогда не видел любви отца.

Наша беседа завершилась как раз вовремя. В приемной раздались голоса, и особенно выделялся нежный голос Алисы.

— … я предпочитаю всего добиваться сама, прадедушка Саша, — говорила она.

— И очень зря, — отвечал явно Воронов-старший. Тем же голосом, какой я слышал в воспоминаниях мертвого учителя алхимии. — Доверься ты мне, и я бы нашел в Москве лучшее применение твоим талантам.

Я выглянул за дверь и увидел, как они идут по коридору к приемной. Из-за угла показалась Алиса, а фигура самого графа маячила где-то за углом. Как и его свита из нескольких охранников.

Селезнева заметила меня первой. Глаза ее округлились от страха, а мое сердце забилось быстрее.

Меня вот-вот обнаружат.

— Что-то случилось? — спросил Воронов-старший.

Да и Алиса выражением своего лица меня вот-вот скомпрометирует!

— А? — посмотрела она на собеседника. — Да! Да, случилось! Скорее остановите лифт! Я забыла внизу сумочку!

Она подала мне знак рукой, и я, выскользнув за дверь, перебежал за стойку секретаря, где и спрятался, чтобы не быть обнаруженным. Свита и сам граф в этот момент оглянулись на лифт.

— Подожди, ты же была без сумочки, правнучка, — первым опомнился Воронов.

Но я уже находился в укрытии.

— Ой, и правда… — попыталась нелепо оправдаться Алиса. — Совсем забыла, что оставила ее в лаборатории.

— Что ж, над твоей внимательностью мы тоже можем поработать… — сухо ответил Великий граф.

Он и его люди прошли мимо стойки секретаря и исчезли в кабинете Воронова. Через пару секунд двое охранников вышли и заняли пост по бокам от дверей, но я к этому моменту уже оказался рядом с Алисой в коридоре. Из-за угла меня не увидели, и мы вместе вернулись в лабораторию.

— Фух! — только тогда выдохнула Алиса. — Мне нужен кофе с коньяком, чтобы успокоиться и забыть эти ужасные минуты… Ты чего так долго возился, Исаев?

— Твой дед оказался не самым сговорчивым стариканом, — честно ответил я.

— Будь он сговорчивым, ему бы не доверили филиал. Итак, — хлопнула она по столу, оглянулась на Ивана Степановича, засевшего в другой части лаборатории за документами, — мои вопросы. Точнее, всего один, — она прищурилась, и я прищурился в ответ. — Мне не дает покоя случай в теплицах Селиванова. Помнишь, когда ты спас Хлебникову?

Я кивнул. Как же не помнить.

— Ты тогда попал под действие новых удобрений, от которых изрыгал зеленую жижу ртом дальше, чем видел. И тут, — она кивком указала на микроскоп, под которым лежала чашка Петри, — тоже что-то зеленоватое. А в том удобрении был синтопиозин, это мы точно знаем. Понимаешь, к чему я веду? — Она по очереди показала пальцем на меня и на чашку, приговаривая: — Зеленое, зеленое. Скажи честно, Исаев, ты бактерия?

— Я… кто? — переспросил и расхохотался.

Она привстала с кресла и обличающе ткнула в меня пальцем.

— Не отвертишься своими шутками! Ты ведь тоже можешь фильтровать испорченную магию, не так ли? Как эти бактерии. Как ты их там назвал чудно… Плетущие. И началось все это с того зелья, когда ты чуть не умер, не так ли? Ты сделал зелье, которое позволило тебе фильтровать испорченную магию! И это уже не вопрос.

— Ну да, вопрос был раньше, — хмыкнул я и ответил честно. — Да, я сделал именно такое зелье.

И не врал ей, ведь из-за такого зелья и оказался в этом мире.

— Тогда… — задумалась девушка и взглянула на свои пальцы, будто пытаясь сосчитать на них что-то, — тогда ключ к решению в твоей крови? В том твоем зелье!

— Нет, — я покачал головой, досадуя на ее несообразительность. Наверное, она просто хотела найти простое решение. — Нет, мое тело может фильтровать испорченную магию, но строить новые Нити… это не ко мне.

— Блин, и правда. Ладно, буду думать дальше.

— Удачи, — искренне пожелал я, желая вернуться к своей работе, но тут взгляд упал на страницы документа, лежавшего перед Алисой. — Постой-ка, это же один из отчетов по испытаниям синтопиозина! Ты не должна этим заниматься…

Алиса испугалась и тут же кинулась сгребать под себя все бумаги, да только поздно опомнилась.

— Я… просто… искала кое-что… — неумело пыталась оправдаться она.

Вдруг рядом со мной встал Бойлеров. Он держал руки в карманах, а локтем прижимал к ребрам картонную папку, и его лицо было таким напряженным, что казалось похожим на камень.

— Думаю, Алиса искала это, — он выложил