Погоня за судьбой - Ди

— Девушки, не желаете повеселиться с настоящими мужчинами? — раздалось сбоку.

Модно одетый, смуглый черноволосый паренёк белозубо улыбался и крутил в руке брелок от дорогого глайдера. В свете витрины его куртка переливалась радужными разводами. Чуть поодаль сгрудились ещё несколько загорелых молодых людей — они с каким-то надменным интересом поглядывали в нашу сторону, о чём-то переговаривались и хихикали.

— Да вы же ещё мальчики совсем, — заметила я, усмехнувшись.

— Мальчики? — Он фривольно щёлкнул языком. — Зато тебя, девочка, я сделаю женщиной, — гордо заявил он, затем позвал куда-то в сторону: — Ахмед, иди сюда!

От группы отделился чернобородый крепыш, подошёл поближе, сунул руки в карманы и вопросил у товарища:

— И охота тебе возиться, Муса? Лучше бы уделил внимание своим венгеркам из гарема, а то сидят дома, необласканные…

— Я не для себя стараюсь, а для тебя, Ахмед, — великодушно ответил первый. — Посмотри на тёмненькую. Неужели ты отказался бы с ней развлечься?

Ахмед оценивающе, будто покупатель на базаре, оглядел Софи с головы до ног. Затем прищурился и протянул:

— Да, сердцем чувствую, очень горячая женщина.

Дверь заправки позади отворилась, и на улицу, пыхтя, выбрался Гагик с двумя пакетами в каждой руке. При виде нас он засиял и сообщил:

— Столько всего купил! Гостинцев своим в Севан прихватил, вина хорошего…

Приставучие незнакомцы переглянулись, и Ахмед негромко сказал:

— Пойдём, Муса, они не одни. Полетели лучше в клуб, там щёлку найдём…

— Номерок не дашь? — обратился Муса ко мне, не обращая внимания на Ахмеда. — Как-нибудь встретимся, пересечёмся? Со мной ты почувствуешь себя царицей.

Я поймала его наглый взгляд, и что-то во мне щёлкнуло. Медленно, с вызовом, я провела языком по губам, набрала воздуха и смачно харкнула на бетон — рядом с его сияющим кроссовком. Клякса вышла сочной, а парень заметно вздрогнул, лицо его поползло вниз, сглаживаясь в маску чистой, животной ярости. Его рука судорожно дёрнулась к карману.

Я же, даже не успев подумать, изготовилась — мехапротезы блеснули в свете фонарей холодным блеском, тело само приняло стойку — кулаки перед собой, а вес — на переднюю ногу, взгляд исподлобья зафиксировался на точке между его глаз. Как десятки раз до этого. Как дыхание — вдох перед очередным убийством.

Гагик тяжело шагнул вперёд.

— Слышишь, мальчик, — тихо сказал он — спокойно, но даже без тени привычного добродушия. — Садись лучше в свою красивую машину и езжай. Прямо сейчас.

Ахмед ухватил Мусу за локоть и настойчиво потянул его во тьму — но тот стоял, буравя меня ненавидящим взглядом, всё так же с рукой в кармане.

— Поехали, — зашипел Ахмед. — Не видишь? Это не те люди…

— Тебе ещё жить и жить, — вкрадчиво продолжал Гагик. — Но, поверь, сейчас твоя жизнь висит на волоске. Я знаю, о чём я говорю.

Оживлённая парковка кишела автомобилями, люди сновали мимо нас туда-сюда. Не выдержав дуэли взглядов, Муса обмяк и поддался — позволил своему приятелю утащить того в полумрак стоянки, и они скрылись из виду.

Я выдохнула, разжала кулаки, а адреналин схлынул, оставив после себя едва заметную дрожь и странный, почти забытый голод — самый обычный, человеческий голод.

Вернувшись к глайдеру, мы помогли Гагику уложить в фургон огромные пакеты.

— Слушайте, ребята… Я уж и не помню, когда ела на природе. — Я вдруг словно почувствовала на языке вкус сочного мяса, приготовленного на огне, и мечтательно закатила глаза. — А давайте куда-нибудь от дороги отлетим, да и устроим пикник? Как вам идея? — Я махнула рукой в сторону входа в огромный сияющий гипермаркет. — Мяса купим, мангал, шашлык будем жарить!

— Отлично! То, что надо! — хором поприветствовали мою идею Софи и Гагик…

Докупив недостающие для пикника ингредиенты, мы погрузились в машину. Гагик включил двигатели, и аэромобиль, дрожа и едва ли не треща по швам, с усилием оторвался от земли…

Минут через пятнадцать мы медленно ползли по воздуху вдоль широкой реки, высматривая полянку, на которой можно было бы приземлиться. В черте самого Будапешта и его пригородов Дунай был плотно застроен, а прилегающие к берегу участки — огорожены высокими заборами.

— Почти везде прибрежные полосы давно превратилась в частную собственность, — задумчиво комментировала Софи проплывающий пейзаж. — А ведь когда-то можно было купаться в любой реке, где хочешь… Арабы, большинство населения, ведут себя в Европе совершенно свободно — отхватывают куски земли там, где желают, на быстрые и шальные деньги отстраивают целые таунхаусы в заповедных районах, а когда дело касается законов — они друг за друга горой. Взятки и связи решают вообще всё…

На подступающих к водной глади тут и там грунтовых дорожках останавливаться не хотелось, чтобы не привлекать лишнего внимания. Через некоторое время, когда огни города остались далеко позади, глядевшая вперёд во все глаза Софи воскликнула:

— Вижу местечко! Вон там, левее, притормози!

— Ну смотри мне, София-джан, чтобы там пенёк не торчал. — Гагик погрозил пальцем в воздухе. — А то останемся мы здесь надолго…

Глайдер спланировал вниз и упруго коснулся земли, я открыла дверь, спрыгнула на сочную траву и вдохнула полной грудью прохладный лесной воздух. Снега в этих местах давно уже не бывало, поэтому после занесённой сугробами Москвы с её бесконечными серо-белыми пригородами это место показалось слегка нереальным. Настолько разной была зима на Земле, что стоило переместиться на каких-то полторы тысячи километров — и ты словно оказываешься в совершенно другом времени, в тусклом зелёно-оранжевом осеннем мире.

— Дорогие мои, готовьте стол, а я пока поищу дров и щепок! — С этими словами Гагик исчез из виду и, отдаляясь, зашумел в ближайших кустах.

Софи принялась собирать мангал, а я подняла заднюю створку глайдера и стала разбирать пакеты со снедью…

* * *

… — Ну, что бы вы делали без меня, курящего человека? — Гагик торжествующе оглядел нас и впился зубами в сочный кусок мяса.

— Высекали бы искры камнем, что же ещё? — хохотнула Софи. — Или воспользовались бы любезностью Лизы… Лиз, покажешь нам своё чудо техники?

Все с интересом уставились на меня. Я нехотя закатала рукав и отщёлкнула модуль. Вверх взметнулся короткий слепящий луч, запахло ионизированным воздухом, а Гагик восхищённо воскликнул:

— Прометей бы от зависти помер, увидев такое!

— Может быть, это было бы и к лучшему, — полусонно протянула Софи. — Тогда бы Зевс не послал людям Пандору с её ящиком… Гагик, друг, подлей ещё вина…

Софи была уже слегка навеселе, а Гагик откупорил вторую бутылку. В аккуратном, обложенном камнями костерке тлели угли. Завернувшись в куртку под нависающей сверху задней дверью фургончика, мы с Софи сидели