Обратный отсчет - Токацин

ответ Кенена Гварзы. Беззвучно хмыкнув, он покосился на часы. «Неплохо для примитивных устройств. Дасьен хорошо наловчился их переворачивать. Посмотрим, какие расхождения накопятся к вечеру…»

— Довольно громкое срабатывание… — пробормотал он, поворачиваясь к Вепуату. Рядом никого не было. Пернатая фигура стояла у дальней стены, высматривая что-то на снегу. Потом сделала пару шагов вдоль защитного поля и снова уставилась на снег. Крылья за спиной настороженно топорщились.

— Гедимин, посмотри, — Вепуат кивнул на склон ближайшего сугроба. — Тут что-то странное.

Ничего, кроме рыхлого снега, там не было; Гедимин хотел так и ответить, но, присмотревшись, растерянно хмыкнул. Верхний слой ледяных кристаллов лежал не в том направлении — будто на небольшом пятачке ветер дул как-то наискось. Гедимин взглянул на соседний квадратный метр, — таких пятачков было немало, и все они складывались в узкую цепочку вдоль прозрачной «стены».

— Я заметил эти штуки во-он там, — Вепуат махнул рукой в сторону горячего цеха. — И тут тоже они.

— Это следовая цепочка, — прошептал Гедимин, просовывая «щупы» сигма-сканера в узенькую прорезь в защитном поле. Невидимый луч накрыл холм, передатчик пару секунд посвистел — и сармат, ещё раз нажав на экран, увидел чёткую цепь однообразных вмятин. Она тянулась от подъёма — сперва существо шло по следам сааг-туула, оставляя поверх них свои, потом перебралось на «целину» и кралось мелкими шажками вдоль «стены». Следы были неглубокие — весило оно немного и очень старалось замести оставшиеся вмятины. Без сканера Гедимин с трудом отличал их от нетронутого снега; прибор обмануть было сложнее.

— Вон там оно стояло, — сармат кивнул на развилку коридоров. — Следы шире и глубже. Не помнишь, когда стих ветер?

Вепуат покосился на пятнистое небо.

— Сегодня вообще день тихий… Гедимин, а ты видишь, где оно спустилось? Цепочка уходит вниз?

Гедимин тронул экран. Чужак от развилки свернул к лаборатории, постоял напротив — и широким шагом попятился от «стены». Там, где цепочка оборвалась, на снегу осталась вмятина с размазанными краями — кто-то присел, раскачиваясь, и с силой оттолкнулся. Гедимин вскинул взгляд на «потолок» коридора и помянул спаривание «макак».

— Оно внутри!

— Яд-дро Сатурна! — выдохнул Вепуат, хватаясь за сканер. — Кто это мо… Смотри!

У спуска в ущелье остановился филкский патруль. Над караульными нависал рослый сармат в тяжёлой броне. Из-за его плеча выглядывал приклад сфалта. На груди блестели вмятины, образующие рассечённый ромб.

— Бластер? — услышал Гедимин удивлённый голос филка. — Да нет, не доводилось. Кенен не даёт из них стрелять. Мол, на камнях не проверишь…

Сармат медленно двинулся к чужаку. Тот смотрел не на него, не на филков и даже не на бластер на поясе караульного. Взгляд был направлен под ноги, но почему-то под углом, будто там было что-то очень интересное.

«Ещё и сфалт… Вот мартышка!» — щёлкнуло в мозгу. Сармат схватился за височные пластины, задвинул их до упора — и чёрный силуэт исчез. На его месте стоял двухметровый абориген с ветвистыми антеннами, «проросшими» сквозь шапку. Они поднялись к «потолку», развернулись к филкам и замерли в облаке слабого свечения.

— Проверка? Кенен нас не предупреждал, — один из филков, пожав плечами, снял бластер с пояса. — Только быстро, а то…

Отдать оружие он не успел — в шапку Райвига врезался кусок гравия.

Удар она всё-таки смягчила — существо качнулось, нелепо взмахнуло антеннами, но устояло — и в следующую секунду уже катилось вниз по склону. Шар защитного поля накрыл его на полпути и вместе с ним полетел по тропе. С обрыва Гедимин видел, как он отрикошетил от скалы, покрутился на гладком камне и замер, слабо подёргиваясь.

— Вырывается, — прошептал сармат, пристально глядя на шар. Отверстие для воздуха он оставил — его сейчас и пытался расширить Райвиг, пуская в ход то когти, то зубы, то упираясь в стенку макушкой с прижатыми к ней антеннами. Сармат шевельнул пальцами, уплотняя защитное поле. Шар замер.

Весил он мало — Гедимин вынес его на обрыв одной рукой и периодически встряхивал, проверяя, там ли пленник — когда он замирал, казалось, что ловушка пуста. Вепуат замедлил шаг и оглянулся на столярную мастерскую.

— Хорошо, двери были закрыты…

Гедимин, кивнув, закатил шар за барак, потянулся было к вискам, но тут же отдёрнул руку и сердито сощурился.

— Вепуат! Скажи ему, чтоб сидел тихо. Иначе вырву антенны и позову Скогнов. Шлем не открывай!

— Понял, не дурак, — пробормотал разведчик, недобро глядя на шар. — А ты сходи за Айзеком. Чтоб не ругался, что не предупредили.

…В комендантскую идти даже и не думали — еле впихнулись втроём в соседний «отсек». Гедимин вжался в стену, крепко держа пленника за основания антенн и чувствуя, как под пальцами пульсирует их кровоток. Это были не хитиновые усики насекомого, — сармат впервые разглядел, какая это массивная конструкция на костяном каркасе, с мышечной системой и обильным кровоснабжением. «Перья» антенн были пронизаны сосудами насквозь. Сейчас существо прижало их все и обернуло ими каркас. «Они откидываются назад,» — думал Гедимин, чувствуя под пальцами «расхождение» в костях и напряжённые мышцы. «Вот этот мешок за спиной, вроде капюшона, — футляр. Опустить до упора, поднять, затянуть ремешки — и вот термоизоляция…»

Айзек, нависший над пленником, резко что-то спросил. Существо ответило коротко — на том же гортанном щёлкающем наречии. Гедимин не понял ни звука, но Гварза, вставший в дверях, с присвистом втянул воздух.

— Врёт.

— Будешь врать, когда тебя держат за антенны, — пробормотал Вепуат, заглядывающий из коридора. В дверь он не пролезал — перья мешали.

Айзек снова о чём-то спросил. Гедимин досадливо сощурился — он уже и забыл, каково это — ничего не понимать в чужом разговоре. Существо беспокойно шевельнулось, и он крепче сжал пальцы. Связывать антенны, как сармат понял, не имело смысла — Айзек на ходу буркнул что-то про ирренций, ипрон и экранирование. Существо замерло, и Гедимин слегка ослабил хватку. «Всё-таки эти штуки очень уязвимы. Да и само оно… Как добралось сюда в минус пятьдесят в одной куртке?»

Куртка и впрямь была одна — один слой, и то не слишком толстый, и уж точно без хитрых воздушных прослоек, даже без меховой подкладки. Куртка с капюшоном для антенн, штаны, мягкие сапоги, — всё было сшито из чьих-то шкур и скреплено ремешками, продетыми в костяные проушины. Как Райвиг дошёл до Элидгена, не оледенев, и не