Рассказы 39. Тени демиургов - Сергей Пономарев

Из груди вырвалось протяжное «ля-я-я». Поиски смерти Кащеевой грозили затянуться.

4. Уют и голод

Искать зайца мы решили с помощью блюдечка с голубой каемочкой. Точнее, я решила. Йохану эта идея не понравилась еще по дороге из аэропорта. Открыто он не возражал, но, похоже, относился к староверам – тем, кто считает, что чуждая магия может навредить исконной, а то и какой-нибудь Рагнарек вызвать. Однако других предложений у Йохана все равно не нашлось, так что мы купили яблок и взяли направление на мою съемную квартирку: через дорогу с аллеей, по парку вдоль укрытого еловыми лапками розария, налево у спущенного фонтана и мимо пиццерии, кабинета стоматолога и агентства недвижки к желтому пятиэтажному домику среди десятка подобных.

Квартира на третьем этаже встретила нас серостью и тишиной. Оставив в узеньком коридорчике верхнюю одежду и шопер, я сразу занялась важным делом: включением десятка светильников, дабы случайно об эти самые светильники не споткнуться и не убиться. Модные лампочки под старину подсвечивали лишь углы да стены, а нормальный верхний свет почему-то отсутствовал. Точнее, крючки, розетки и выключатели под него имелись, а вот сами лампы – нет.

За полупрозрачной шторкой, номинально отделявшей спальное место от остальной гостиной, зевнули:

– Ва-а-ась, тебя только за смертью посылать! – Черный кот сладко потянулся на светлом покрывале в мелкий цветочек, спрыгнул с высокого матраса на пол и флегматично добавил: – Ой, кажется, уже послали.

Распушив хвост, Сема неторопливо скрылся в темном коридоре. Прошедшего мимо Йохана он проигнорировал. Я вздохнула и включила большую семиконечную звезду на окне. Внутри белой картонки загорелась малюсенькая лампочка, подсветившая дырчатые узоры на поверхности украшения. Красиво. Очень! Но источник света, как и все остальные, никудышный. Я риторически поинтересовалась:

– Вот как можно в такой темени жить?

– Зато уютно, – заметил нэккен, с любопытством оглядывая маленькую комнату, вмещавшую в себя матрас, диван, две тумбочки, журнальный столик и кучу светильников. – Ты свечи зажигать не пробовала?

Йохан будто бы снова надо мной издевался, но на этот раз я решила не спешить с выводами. Нэккен сел на светлый диван, перегнулся через подлокотник, открыл дверцу тумбочки.

– О! Я же говорил! – Радостно улыбаясь, он вытащил и продемонстрировал вскрытую упаковку закрученных белых свечей. – Вон те вазочки на подоконнике как раз для них!

Я посмотрела на пяток керамических подсвечников, потом перевела взгляд на картонную звезду над ними.

– Ну да… если мы пожар сейчас устроим, то тут точно станет светлее.

– Ва-а-ась, – донеслось из коридора под шуршание пакета, – тут одни яблоки да наряды твои. А еда где?

– Ой! Прости, Сем, – воскликнула я, понимая, что серьезно облажалась. – День тяжелый. Зайцев много. Голова кругом. – Я торопливо расстегнула чемодан в углу под торшером и достала блюдечко с голубой каемочкой. – Сем, а давай мы тут быстренько яблочко катнем, где зайца искать посмотрим, и я сразу же сбегаю тебе за курочкой!

Кот вернулся в комнату, сел на ковер между плетеной лампой и стеклянным журнальным столиком и выдал равнодушное, но громкое и басистое:

– Жра-а-ать, дайте жра-а-ать!

– Ну Сем…

– Жра-а-ать!

– Ну пожалуйста…

Кот поднялся и завел хоровод вокруг столика:

– Жра-а-ать! Жра-а-ать хочу!

Руки опустились. Я схватила нэккена за холодную ладонь и под завывания кота потащила его на кухню.

– Йохан, давай так: ты сейчас сбегаешь в кафеху любую и купишь ему курицу. Сема любит в корочке хрустящей, лучше с медом в азиатском стиле, но можно и попроще что. А я пока все к ритуалу подготовлю.

Я помахала перед носом нэккена блюдцем, тот отшатнулся.

– Ты, Василиса, если хочешь, вообще без меня начинай, – услужливо заулыбался он. – Я это… не обижусь. Потом расскажешь, что да как.

Между нами неторопливой поступью прошел Сема:

– Жра-а-ать!

Мысленно отправив питомцу парочку проклятий, я оставила блюдце на кухонном шкафчике и вытолкала Йохана в коридор.

– А знаешь, я в торговом центре «макдак» видела… Купи ему наггетсов бокс. И соусы не бери.

С кухни донеслась какая-то возня, скрежет, жалобное «мау» и звонкое «бздынь». Предчувствуя дурное, я метнулась обратно на кухню. На оцарапанном шкафчике сидел Сема. На полу валялось разбитое блюдечко.

– Мышка бежала, хвостиком махнула… – начал было кот, но, уловив мой взгляд, заткнулся.

– И что теперь? – опасливо поинтересовался из-за спины нэккен.

– Теперь еще и клей нужен, – со вздохом заключила я.

5. Задачка теперь со звездочкой

Закрыв за Йоханом дверь, я вернулась обратно в комнату, села на ковер перед журнальным столиком и разочарованно уставилась на недосклееное блюдце. Мы очень старались его починить, но глубоко за полночь надежда нас оставила.

Рука осторожно приподняла восстановленную половинку, та мгновенно развалилась на три осколка. То ли клей какой-то бракованный попался, хотя кружку чая к подставке он приклеил намертво, то ли чары Ягевны посторонний материал отвергали. Так или иначе, у нас осталось лишь два варианта. Чарование нового блюдечка – долго и сложно. Проверка районов с повышенной заболеваемостью – тоже долго и к тому же ненадежно.

О мою спину заискивающе потерся Сема сначала одним боком, потом другим.

– Вась, а ведь там правда мышь была. Странная такая…

– Ой, да хватит уже. Разбили и забыли, с кем не бывает, – отмахнулась я от кота и поднялась на ноги, намереваясь помыться перед сном.

– Так я ведь не вру, Вась. Пока вы тут блюдце клеили, я все думал. И знаешь что? Это нэккен подстроил, не иначе. Он же дух воды, он всякое может. А мышь та, она ведь словно из воды…

Я решительно захлопнула дверь ванной, оставив настырного кота снаружи. Тот жалобно поскреб лапкой:

– Ва-а-ась, говорю тебе, это все нэккен.

Из груди вырвался тяжелый вздох. Очень хотелось набрать горячую ванну, закинуть в воду ароматную бомбочку и поотмокать полчаса, не думая ровным счетом ни о чем. За неимением ванны пришлось ограничиться душем, да еще минут пять разбираться, как на смесителе с блокировкой получить что-то теплее тридцати восьми градусов. Отдохнуть совсем не вышло.

Когда я закончила водные процедуры, Сема успел успокоиться и уснуть, свернувшись клубочком на диване. Даже странно: не в его характере что-то мне доказывать на полный желудок.

Я в сомнениях посмотрела на разбитое блюдечко. Особо ни на что не надеясь, промазала клеем два крупных осколка, соединила их, чуть подержала и аккуратно положила обратно на стол.

«Чем черт не шутит, вдруг и правда нэккен что-то задумал?» – С этой мыслью я пошла выключать светильники.

Меня разбудил звонок от Йохана. Он радостно сообщил