Не хочу, как Русалочка! - Ольга Ивановна Коротаева

которые якобы слышал от морского царя, а король бледнел, явно переживая за наследного принца сильнее, чем за свою дочь. Морская ведьма, пользуясь суматохой, решила улизнуть.

Но кто же ей даст⁈

Я кинулась следом за Урсулой и догнала ведьму в одной из множества комнат, где женщина то растерянно осматривалась, то шагала в какую-либо сторону, но натыкалась на что-то невидимое и возвращалась обратно.

«Заблудилась?»

Я перешла на шаг, размышляя, как поступить.

Эта женщина была способна на ужасные вещи. Она обладала сильной магией, а я владела лишь знанием сказки, которая как-то не очень накладывалась на реальность. Почему Урсула так побледнела, когда я сообщила, что вышла замуж за принца? Отчего сама захотела растаять с пеной? И с чего вдруг заявила, что лучше умрёт, чем выйдет за Тристрида?

Вывод напрашивался один — ведьма влюбилась в какого-то из принцев. А с учётом того, что все они заявляли о своём спасении из морской пучины, то кого-то одного вытащила вовсе не Ариэль.

И это не эр Правски — Урсула на него даже не взглянула.

Мне очень не хотелось думать, что ведьма могла влюбиться в моего мужа. К тому же между мной и Эттрианом существует некая мистическая связь. Только этот мужчина может слышать мои мысли, значит…

Урсула совершенно точно спасла наследного принца Вазриана!

Должно быть, она сейчас сильно волнуется за Дэйжина.

Внезапно я задела вазу, и та, упав, покатилась по полу, страшно гремя. Ведьма обернулась, когда заметила меня, и болезненно скривилась.

— Не смей приближаться! Что? Довольна, что я снова попалась в твою ловушку?

Какую ловушку? Я удивлённо осмотрелась и помотала головой.

Урсула дёрнула уголком губ.

— Не строй из себя невинность, второй раз я не это не попадусь. Думаешь, не знаю, кто устроил ту бурю? Ты воспользовалась трезубцем отца, лишь бы заманить меня на территорию аллиров! Но я не стану его женой. Лучше смерть!

Она начала метаться из стороны в сторону, будто что-то мешало ей идти дальше. Словно на ведьму набросили огромную невидимую банку. Я потянулась, трогая воздух перед собой, чтобы проверить, нет ли какой-то стены, как вдруг услышала строгий голос:

— А ну, в сторону, русалка! Не то тоже попадёшься в капкан этой комнаты!

К нам приближалась крупная женщина средних лет. Такая и коня на скаку в баранку скрутит, и избу без единого гвоздя соберёт. Высокая, широкоплечая, как мой Толя, только с грудью! Сравнение с сыном получилось случайно, но я вдруг поняла, что глаза у валькирии такие же добрые.

— Кто из вас, морских дев, стала женой моего Дэди⁈

Она сейчас о Дэйжине?

Я широко улыбнулась и показала на ведьму, а та растерянно захлопала ресницами. Но при этом на всякий случай (или от испуга, как каракатицы) выпустила облако фиолетовой магии. Когда оно рассеялось, я увидела, что богатырша стискивает Урсулу так, что у той вот-вот глаза вывалятся.

Ой, что я наделала!

И кинулась спасать ту, что считала злодейкой.

Но большая добрая женщина вдруг отодвинула её от себя и, окинув восторженным взглядом, расцеловала в обе щеки.

— Славная дева! — прослезившись, выдала она. — Как раз то, что нужно моему шалопаю!

Отпустила Урсулу, и когда та, шатаясь, отошла на несколько шагов, сложила ладони и посмотрела на портрет Дэйжина:

— Наконец ты выбрал себе достойную пару!

— Кто это? — глянув на картину, сдавленно просипела ведьма.

— Твой муж, — заулыбалась богатырша. — Наследный принц Вазриана! Не узнала? А я говорила, что художник исказил его мужественные черты! Но кто же слушает бесправную кормилицу⁈

— Это не мой принц, — вдруг заявила Урсула, и у меня ёкнуло в груди. Ведьма глянула на меня и, будто что-то вспомнив, нехорошо улыбнулась: — Ах да!

Потянувшись ко мне, выпустила фиолетовое облако и прошипела:

— Отдай кулон!

Я отпрянула, но магия уже окутала меня со всех сторон, и что-то изменилось. С одной стороны, стало удобнее, с другой… Я вдруг ощутила дикую жажду. Схватившись за горло, просипела:

— Как же пить хочется!

Когда фиолетовое облако осело, то увидела, что сижу на полу… Но вместо ног у меня рыбий хвост. А рядом, сверкая, лежит золотой кулон, точная копия того, что я вернула Эттриану.

— Мой кулон! — Ведьма упала на колени и, схватив украшение, прижала к груди. Глянула на меня с ненавистью: — Воровка!

Сердце кровью облилось. Неужели всё-таки его спасла именно Урсула? Подарила кулон, а второй, что Ариэль забрала у Урсулы, помогал нам общаться без слов? А я-то решила, что это особая связь.

Поверила, что это любовь.

Глава 43

Эттриан

Когда Лауссиан предложил послать к королю Ариэль, чтобы она изложила его величеству суть претензий морского царя, все замолчали. Кроме самой Ариэль. Она трясла артефактом, и тот захлёбывался от незнакомых слов, эмоциональная окраска которых намекала, что леди такого обычно не произносят.

— Советник говорит разумные вещи, — сообщил жене.

Она глянула на меня так, будто мы женаты уже лет двадцать, и я успел накуролесить как минимум дважды за этот срок. И третий промах Ариэль простит мне, лишь припечатав его сковородкой к моему лбу. Такая милашка! Мне понравилось фантазировать о нашей совместной жизни, но сейчас было не то место и не то время.

Сначала мне нужно убедиться, что Ариэль в безопасности. Поэтому предложение Лауссиана мне, в отличие от жены, понравилось. Дэйжин тоже на удивление был впечатлён сообразительностью королевского советника.

— Верно! — засиял он. — Морской царь охотнее расскажет свои требования дочери, которой безусловно доверяет, и она передаст их моему отцу в точности. Отличная идея, Лауссиан! Право, не ожидал, что ты настолько разумен.

Тот болезненно скривился, будто его не похвалили, а унизили.

Тристрид поманил к себе Ариэль и шепнул ей:

— Ты знаешь, что делать.

Моя жена растерянно моргнула и ответила:

— Да? Ну… Да, наверное.

Кольнув меня тревожным взглядом, нервно улыбнулась. Поняв посыл, я лизнул палец и прикоснулся к кулону. Тут же услышал самый красивый голос в мире: «Не доверяю я этому хлыщу с тройной лыбой! Наверняка что-то задумал. Давай согласимся на его предложение, и я отправлюсь к королю. А ты…»

Я старался сдерживаться и не улыбаться, слушая хитроумный план моей Ариэль. Но немного беспокоился за эту храбрую девушку.

«Не волнуйся, — будто ощутив мою тревогу, тут же попросила она. — Я выясню, что задумал этот Винни Пух, и испорчу его план так, что он месяц в постель писаться будет!»

— Чего улыбаешься? — мрачно спросил Дэйжин и тряхнул меня. — Не говори, что сошёл с ума перед лицом опасности!

— Пусти, — вырвался