Столетний - Даша Бунтина

Он попытался поднять глаза, посмотреть на своего убийцу или хотя бы на солнце. Но перед глазами была только тьма. Тяо почувствовал, как нож вытаскивают из его тела. Он упал, сбив бамбуковую ширму. Последнее, что он почувствовал, – это резкий запах нечистот из выгребной ямы. Мухи, довольные, что добыча больше не сопротивляется, радостно зажужжали.

Глава десятая. Тар

Провинция Бэй. Настоящее время

Тар открыла глаза и сощурилась от солнца. Комната заполнилась белым светом, который проникал в ослепительно чистое помещение и, отражаясь от стен, создавал ощущение нереальности происходящего.

Лениво потянувшись, Тар откинула шелковое одеяло. Шел седьмой день, с тех пор как она уехала из Тэнси и поселилась у Бадора. За это время она успела понять: провинция Бэй – самое прекрасное и самое ужасное место в Долине. Если вначале, покидая Тэнси и сжимая руку Бадора, Тар внутренне напряглась, то уже в первый день расслабилась и с головой отдалась веселью. Веселиться в Бэй умели с размахом.

В первый день им дали как следует отдохнуть: накормили за щедро накрытым столом, отвели на горячие источники, где все дружно пили сакэ и шутили. После они с девочками смотрели на огненное представление, которое вначале испугало Тар.

– Что это? Боги?! – вскричала она, в испуге закрывая глаза.

Бадор рассмеялся.

– Богов нет, милая Тар. Есть только Столетний. А это ханаби – очень дорогое удовольствие. Я заказал его для тебя.

– Цветок огня? – переспросила Тар, снова зажмурившись, но уже притворно. Бадору нравилось чувствовать себя сильным рядом с ней. – Я больше люблю живые цветы!

– Верно. Такое развлечение доступно только в Бэй и у Эндов. Даже те умники из Джун не могут себе его позволить. Что уж говорить про вашу провинцию мышей.

Тар напряглась. Ей не понравилось, как Бадор назвал Тэнси. Хотя она и сама не любила ее, но все же это больно кольнуло.

– Почему мышей?

Бадор улыбнулся. Тар впервые заметила на его зубах желтый налет, какой бывает у курильщиков.

– Потому что ваша провинция роется в земле, – объяснил он и расхохотался. Тар тоже рассмеялась – звонко, но лицо спрятала в ладошках.

– А как эти штуки горят в небе? – спросила она, стараясь увести разговор от Тэнси. Вспоминать родителей, Тин, Тжи было отчего-то больно.

– Это порох, Тар. Тебе не понять. Ты слишком глупенькая, ведь так? – Бадор щелкнул ее по носу.

Тар захихикала, запоминая слово порох.

Позже он отвел ее в комнату на третьем этаже, окна которой выходили в сторону скал и моря.

– Столетний меня возьми! – воскликнула Тар, подпрыгивая от восторга. Ее рыжие волосы развевались. Щеки Тар раскраснелись, на лице расцвела искренняя улыбка.

– Только не говори так при отце – отправит на каторгу, – усмехнулся Бадор.

– Что? – Тар оцепенела. – На каторгу?

– Шучу, глупышка. Он старых правил. При нем Столетнего только почитать. Запомни. Хорошо? – сказал он мягко, но с нажимом.

– Не-не, я не этого испугалась. Твой отец в Доме Следствия работает?

– Да. Он глава Дома Следствия, – ответил Бадор. Его взгляд скользнул по силуэту Тар, проступающему сквозь шелк халата.

Тар обернулась, теперь уже серьезная.

– А он будет не против того, что я… ну, что я здесь? – Тар опустила глаза, зная, что так выглядит более обаятельно.

Бадор остановился у порога, будто раздумывая, заходить или нет.

– Ты не зайдешь? – спросила Тар, хлопая ресницами.

Он странно усмехнулся – так, будто она сказала что-то нелепое.

– Не сегодня. Тебе надо отдохнуть. Завтра прогулка по Бэй. Покажу тебе провинцию, ты ведь хочешь этого, да?

Тар нервно сжала халат. Она не понимала, зачем Бадор привез ее сюда, если не хочет остаться на ночь.

Молодой человек, заметив ее замешательство, потер затылок.

– Понимаешь… я не хочу спешить. Нам некуда торопиться, да? Я все оплачу, не переживай, – произнес он, уставившись в пол.

– Да-да, конечно. Я обещала вернуться. Ну, задержусь на пару дней, не страшно, верно?

– Два дня? Как жаль, у нас столько развлечений… – Бадор выглядел расстроенным.

– Ладно, пусть будет четыре! – быстро сказала Тар. – И я твоя!

– Вся? – Он взял ее за руки, не заходя дальше.

– Угу, – промычала Тар, а внутри вновь появилась тревожность. Родители, должно быть, места себе не находят. – Только можно я отправлю письмо домой?

– Домой? У таких, как ты, есть родные? – удивился Бадор.

Тар улыбнулась, нелепо растянув губы. Слова Бадора звучали унизительно.

– Есть. Мама из Мун, так что вот такая я получилась. – Она провела рукой по волосам.

– Какие прекрасные у тебя волосы. Здесь таких почти не встретишь. Давай не будем о Тэнси, хорошо? Здесь ты принадлежишь только мне.

Тар приготовилась пошутить, но что-то во взгляде Бадора заставило ее склонить голову.

– Как скажешь. Спасибо тебе за прием. Мне все очень нравится.

– Отдыхай… набирайся сил, милая Тар, – произнес он. – Служанка будет за дверью. Если тебе что-то будет нужно, постучи вот так. – Он дважды ударил по сёдзи.

Двери отъехали в сторону. Перед Тар появилась женщина – все лицо было в шрамах и ожогах.

– Байла – дочь знатного купца. Их дом сгорел. Она единственная выжила. Я смилостивился и взял ее в услужение. Байла не может говорить, – пояснил Бадор, указывая на ее рот. – Но все понимает. Вверяю мое сокровище ей.

Тар растерялась, когда Бадор поклонился ей – такого не позволял ни один этикет Долины. Она тут же склонилась еще ниже. А Байла не сводила с Тар взгляда – холодного и пронизывающего.

Провинция Бэй потрясла воображение Тар. Она находилась в гористой местности, обдуваемая соленым ветром. Радостные голоса детей не звучали одиноко – рядом с ребятней всегда шли матери. Женщины носили белые одеяния, покрывали головы, на ногах сандалии были украшены звонкими серебряными колокольчиками, которые позвякивали при каждом движении.

Дети, все как один, светловолосые, с белой кожей и почти прозрачными глазами выглядели счастливыми и чистыми. Никакой грязи Тэнси. Никакой игры в камни. Они шли рядом с матерями; иногда у них на привязи Тар видела собак. Собак! В Тэнси псы сбивались в стаи, дичали, и их приходилось убивать, чтобы они не воровали еду. А здесь – изнеженные, тонконогие, гордо вскинув морды, они шли в такт шагам хозяек.

Бэй была расположена на высоком холме и спускалась к ущелью. Ярусами возвышались дома разной величины. Главная дорога провинции тянулась вдоль ущелья и спускалась вниз, пока не упиралась в пещеры. Проходы вели в серебряные рудники – гордость провинции Бэй.

Тар завороженно прикрыла рот, когда на второй день они спускались в паланкине вниз. Бадор поежился от холода и накинул