Химик в мире алхимии - Артём Кочеровский

— Э-э… господин, произошла чудовищная ошибка! — затараторил он, поспешно пряча мешок под прилавок. — Мой помощник, идиот, перепутал тару! Это для промышленной протравки тканей. Сейчас я достану настоящий концентрат. Тот самый, бразильский…

Он потянулся к другому ящику, но я накрыл его руку своей.

— Оставьте сказки для инспекторов гильдии, — я чуть понизил голос, но так, чтобы он услышал каждое слово. — Значит так, уважаемый. Вы сейчас достаете настоящий концентрат. И отдаете его нам по пятнадцать долларов за килограмм. Плюс мешок нормальной неочищенной щелочи — по себестоимости. Либо я прямо сейчас начинаю очень громко рассказывать всей улице, как вы впариваете техническую соль под видом алхимического сырья.

Через десять минут мы с Джун-хо тащили к машине две тяжелые картонные коробки, доверху набитые дешевым, но качественным сырьем. Хозяин лавки всю дорогу молчал, лишь изредка бросая на меня озадаченные взгляды.

Мы загрузили добычу в багажник.

— Алексей… откуда ты знаешь, как проверять эссенцию лимоном? Разве такому учат в школе?

— Этому учат на уроках химии, шеф.

— Химии? — Джун-хо почесал затылок и захлопнул крышку багажника. — Разве химии учат в школе? Химия это ж для этих… еретиков!

* * *

Температура в кабинете держалась на отметке в двадцать один градус. Маркус Кляйн сидел за рабочим столом. Спина ровная. Обе ладони лежали на столешнице параллельно друг другу.

В кабинет вошел ведущий алхимик подразделения. Он подошел к столу и положил папку с логотипом корпорации.

— Результаты готовы, господин Кляйн.

— Докладывайте.

Алхимик открыл папку. Внутри лежали несколько листов с распечатками аппаратных спектрограмм и отрисованными вручную схемами энергетических узлов.

— Образец демонстрирует аномально высокую чистоту структуры, — начал специалист. — Мы провели полную декомпозицию матрицы. Жидкость вообще не содержит балластных примесей, тяжелых металлов или токсичных органических соединений.

Алхимик достал из нагрудного кармана ручку и указал острием на один из графиков.

— Энергетические нити сплетены под идеальными углами. Фазовый переход эссенции завершен на сто процентов. Именно поэтому субстанция имеет такой однородный небесно-голубой цвет без осадка. С точки зрения синтеза, это очень хорошая работа. Тот, кто варил этот препарат, отлично разбирается в контроле реакций. Он полностью устранил риск побочного эффекта в виде тремора или мышечной интоксикации.

Кляйн перевел взгляд с графика на лицо подчиненного.

— Меня не интересует эстетика узора. Меня интересует экономика процесса.

Алхимик перевернул страницу отчета.

— Какова себестоимость одного флакона? — спросил Кляйн.

— Чтобы добиться такой стабильности без многоступенчатого промышленного оборудования, им пришлось использовать реактивы исключительно высшего класса. Мы изучили остаточный энергетический фон и провели обратный инжиниринг состава по традиционным методикам.

Алхимик начал перечислять позиции из списка в отчете:

— Во-первых, щелочные катализаторы максимальной степени очистки. Во-вторых, стабилизаторы на основе эссенции бразильского лунного цветка, причем строго первой категории, иначе нити просто распались бы при ручной сборке. В-третьих, экстракты редких корней для удержания энергетического каркаса в жидкой форме.

Кляйн молчал.

— Итоговая цифра, — потребовал региональный менеджер.

— Двадцать долларов. Это нижний порог. Только за сырье, необходимое для производства сорока миллилитров жидкости. Мы даже не включаем в эту сумму стоимость стеклянной тары, амортизацию горелок, налоги и трудочасы квалифицированного специалиста. Если добавить логистику и накладные расходы, реальная себестоимость приблизится к двадцати пяти долларам за один пузырек.

Кляйн выдвинул верхний ящик стола. Достал прозрачный пластиковый флакон с синей жидкостью внутри. Поставил его на стол рядом с папкой.

— Они продают его по четырнадцать долларов за штуку.

Алхимик замер. Он посмотрел на флакон, затем перевел взгляд на свои расчеты. Из его горла вырвался короткий смешок.

— Четырнадцать?

— Вчера в лавке Джун-хо рабочие со стройки покупали этот препарат именно по такой цене.

Специалист покачал головой.

— Странно, — алхимик пожал плечами. — Понятия не имею, как они рассчитывают окупать продукт такого уровня при ручном синтезе.

Кляйн слегка прищурился. Он взял со стола распечатку финансовой отчетности «Зеленого ручья», присланную утренней почтой.

— А я догадываюсь, — произнес Кляйн, скользя глазами по колонкам цифр. — Обычный уличный демпинг. Джун-хо по уши в долгах. Его лавка на грани закрытия. Похоже, его новый помощник — способный малый, но совершенно не смыслит в бизнесе. Они просто вскрыли неприкосновенный запас премиальных ингредиентов, который пылился на складе лавки еще со времен ее расцвета, и пустили его в расход.

Алхимик кивнул. Кляйн постучал серебряной ручкой по столу.

— Судорожная попытка создать хайп вокруг лавки. Привлечь рабочих со строек, показать кредиторам видимость оборота. Перекрыть долги за счет сиюминутной выручки, совершенно не думая о завтрашнем дне.

Кляйн поднял глаза на подчиненного.

— Вы утверждаете, что себестоимость одного флакона — не менее двадцати долларов?

— Двадцать долларов — это абсолютный минимум, господин Кляйн, — подтвердил специалист. — И то, если они используют дешевую тару и не учитывают стоимость собственного труда.

Кляйн сделал пометку на полях.

— Вчера они продали шестьдесят штук по четырнадцать долларов. Значит, чистый убыток за один день составил минимум триста шестьдесят долларов. Плюс аренда, плюс налоги. А прикиньте-ка: сколько эссенции первой категории могло оставаться в старых запасах у подобной захудалой лавки? По максимальной оценке.

Алхимик на секунду задумался, прикидывая объемы.

— Не больше полутора-двух литров концентрата, — ответил алхимик, быстро прикинув в уме. — Это если брать потолок для точки такого масштаба. Если они продолжат варить в тех же объемах, этого запаса хватит максимум на две недели.

— Две недели, — Кляйн откинулся на спинку кресла. — Значит, нет нужды задействовать юридический отдел или платить санитарным инспекторам за внеплановые проверки. Эти выскочки задушат себя сами. Законы свободного рынка работают надежнее любых судов.

Глава 11

Проснулся я от того, что солнце жарило прямо в лицо сквозь шторы. Попытка перевернуться на другой бок закончилась хрустом где-то в районе поясницы. Тело семнадцатилетнего парня — штука, конечно, поразительно выносливая, но даже у молодого организма есть лимиты.

Часы на тумбочке показывали полдень. Комната была залита светом, а из форточки доносился гул проспекта. Закрыв глаза, я мысленно вернулся к коробокам с препаратом. Чуть более пятисот порций «Хайзенберг-блю». Пятьсот закупоренных флаконов сапфирового цвета.

Но главная победа была даже не в объеме, а в себестоимости. По моим грубым прикидкам, с учетом цены дешевой тары и аренды, одна порция обошлась нам чуть больше чем в четыре доллара. При розничной цене в четырнадцать мы выходили на такую маржу, от которой у любого выпускника бизнес-школы потекли бы слюни.

А ведь это была та еще задачка.

Одно дело — варить эликсир из элитного сырья, где магическая эссенция течет плавно, как дорогой сироп. Там достаточно было просто не зевать, поддерживать температурный режим и аккуратно сплетать нити.