Хозяйка Медной Горы. Часть II. Ангелы - Варвара Крайванова

Малиника вежливо улыбнулась. Щелкнула пробозаборником на одной из концевых почек. Отсканировала фенотип для оценки урожайности, отослала данные на станцию. Любимая профессия сегодня не приносила никакого удовольствия. В голову навязчиво лезли мысли о том, что пока врачи борются за жизни, спасатели ищут покинувших Деревню, а инженеры перенастраивают инфраструктуру и добывают ресурсы, она ― на экскурсии в огороде.

― Готово. Пойдемте дальше.

Олифер, следовавший за ней по пятам, благодушно кивнул. Малиника чуть смущенно поджала губы. Не то чтобы главному долгожителю Деревни было нечем заняться, но он, по-видимому, тоже ощущал странности в поведении своих односельчан. И дело было не только в пристальных, следящих взглядах в сторону Вязиницыной, и не в перешептываниях за спиной. Утром, когда Малиника попросила созвать совет старших, чтобы получить разрешение на доступ к накопленной за столетия базе данных Деревни, она ожидала, что потребуются долгие переговоры, и подготовила детальный план с разнообразной аргументацией. Но все двенадцать оставшихся в Деревне лидеров после ее просьбы лишь переглянулись и тут же согласились.

База оказалась неполной: многое было утрачено с гибелью Ковчега, а после крушения наблюдения велись фрагментарно, всё меньше и меньше с каждым годом. К тому же, в Деревне не хватало места для хранения данных, и лет семьдесят назад люди начали данные удалять. Ещё Олифер с неподдельным раскаянием рассказал, что большая часть дневников генетических модификаций была утрачена примерно через восемьдесят лет после крушения. То лето выдалось засушливым, и случился большой пожар, уничтоживший заброшенную лабораторию с автоклавами. Остались только чудом не стертые ещё черновые наброски в чьем-то персональном профиле. Так что пока компьютер на станции занимался анализом этих новых данных, Малинике предстояло вручную дособрать хотя бы самые важные кусочки пазла, чтобы маленькая колония могла обеспечить себе минимальную продовольственную безопасность.

Вязиницына наклонилась за пробой почвы. Маргарет наклонилась вместе с ней, ловя каждый ее взгляд и движение, словно она не одна из старших Деревни, а прилежная школьница-практикантка. Поднимаясь, Малиника чуть не задела ее плечом. «Да что за ерунда!»

Хотя, кажется, она знает, где искать ответ!

― Олифер, в то утро, когда мы встретились в первый раз, возле базы нашей экспедиции, мне показалось, что ты как будто меня узнал.

Стоявшая почти вплотную к ней Маргарет вздрогнула от неожиданности и отступила. Старик же лишь довольно улыбнулся, словно давно ждал этого вопроса.

― Да, всё верно. Ты удивительно похожа на одну женщину, которая очень много сделала для Вудвейла. Это… ― по лицу Олифера пробежала тень, ― долгий разговор.

Малиника кивнула, показывая, что готова слушать. Старик странно подвигал губами, словно подбирая слова. Говорить об истории Ковчега с кем-то, кто не родился на этой планете, ему приходилось впервые за сотню лет.

― Её звали доктор Агата Беринг, она была главным генетиком Ковчега. Без нее ничего бы тут не было: ни лесов, ни огородов, ни нас.

Олифер грустно и тепло улыбнулся. Видно, что Агата для него ― больше чем «главный генетик», и воспоминания о ней ― очень личные.

― Когда Ковчег вышел из варпа, ДМЗ начал вести себя немного необычно. Мы не придали этому большого значения, с энтузиазмом бросившись осваивать новый мир. Только Агата насторожилась, обнаружив однотипные генетические повреждения в нашей терраформационной коллекции. Причем повреждения эти, даже будучи исправленными, возвращались вновь и вновь. Агата нашла способ особым образом модифицировать генетические матрицы, чтобы реплицируемые организмы как-то могли с этими дефектами жить. Тогда она, кстати, ещё не возглавляла команду… Мда. Тем временем проблемы с энергоустановкой усугубились. Нам пришлось вывести корабль высоко над плоскостью эклиптики, чтобы обуздать ДМЗ. Мы тогда думали, что дело в звездной системе, а не в звездолете… ― взгляд Олифера затуманился. Похоже, в деталях столь давние события он вспоминал редко. -- Двигатель, как нам тогда казалось, удалось стабилизировать, а когда мы вернулись, первый слой терраформации уже захватил весь Вудвейл, словно родной! Всего за пару лет! Странно, конечно, что так быстро… Все обрадовались, но не тут-то было. То, что повредило гены коллекции, стало влиять и на людей. Агата справилась и с этой задачей, с помощью лечебных вирусов исправляя поломки в ДНК, снова и снова, пока мы не поняли, что причина в ДМЗ Ковчега. Но было поздно. Увести корабль с орбиты Вудвейла мы уже не могли. Единственная возможность выжить, которую мы нашли ― это уронить Ковчег как можно глубже в гравитационную яму планеты. Это означало отказаться от источника энергии для всей нашей высокотехнологичной инфраструктуры, и от эфемерной возможности связи с остальной цивилизацией, ― Олифер задумчиво пожевал губы. ― К тому же, наши физики говорили, что ДМЗ будет медленно пробиваться сквозь кору и мантию планеты к ее центру, а когда достигнет ядра ― уничтожит этот мир. Агата же хотела найти способ, чтобы люди могли не просто жить на Вудвейле, не боясь тех опасных мутаций, а однажды проникнуть к Ковчегу и нейтрализовать его. ― Олифер посмотрел вниз. Неловко переступил с ноги на ногу. ― Так она, кстати, сделала меня вот таким «бессмертным».

Старик горько усмехнулся, и Малиника вдруг поняла, что он, возможно, никогда и ни с кем не обсуждал эту тему. «Каково это ― быть бессмертным? Сотню лет жить среди сменяющихся поколений людей, думая, как решить проблему, которую окружающие не могут даже понять?» Любопытство, острое, дразнящее, искоркой вспыхнуло где-то под ребрами, волной пробежало по нервам и взорвалось в голове фейерверком вопросов, но Вязиницына с сожалением выбрала из них самый насущный, вынужденно прерывая этот простой, но такой захватывающий рассказ:

― В чем же причина такого пристального внимания ко мне? Лишь во внешнем сходстве с доктором Беринг?

Олифер нахмурился, открыл было рот, но Маргарет его опередила:

― Люди верят тебе, как ей, ― произнесла она торжественно и серьезно.

Волоски на спине Малиники встали дыбом. «Плохо!» В голове Маргарет, похоже, эти слова звучали логичным продолжением истории Олифера, но всё было как раз наоборот. Вязиницына подозревала что-то подобное, и услышать это вот так открыто было чертовски неприятно. Словно жители Деревни против ее воли взяли с нее обещание, которая она не в силах исполнить. Воплощение местной святой, прилетевшая на оранжевой стальной птице в час тяжелых испытаний. «Только в сказках здорово быть вот такой “принцессой”!»

Лицо Маргарет, строгое, даже суровое, от высказанных ею наконец чувств враз разгладилось и помолодело, словно она сбросила с себя тяжеленную ношу. Её темные глаза смотрели на Вязиницыну с надеждой, такой