Хозяйка Медной Горы. Часть II. Ангелы - Варвара Крайванова

искренней и наивной, у Малиники перехватило дыхание. Смотрел ли кто-то так же на эту Агату? «Черта с два!» На нее смотрели с сомнениями, даже с подозрением, каждое предлагаемое решение ей наверняка приходилось подтверждать данными, спорить, пробовать, доказывать. Это давало ей право на риск и на ошибку. Никто не ожидал от нее совершенства, и именно поэтому крохотными шажками, наощупь, плутая в тумане неопределенности и безнадеги, Агата Беринг смогла к этому совершенству прийти. «Потому что совершенство ― дитя компромиссов, а не ослепляющей надежды». Эфемерной надежды. Лекарство от хилмидского гриппа искали не то что гении ― целые научные институты ― но единственное, что реально работало ― это своевременная профилактика. «У нас нет лекарства. У нас нет вакцины. У нас нет даже мощи Ковчега и автоклавов, способных генномодифицировать людей. У нас всего двадцать криокапсул, и мы опоздали с карантином, а ты смотришь на меня так, словно я ― ангел, спустившийся с неба, чтобы спасти всех твоих соплеменников от конца света».

Малиника молчала, пытаясь совладать с собой и подобрать слова, но Маргарет сочла эту паузу в диалоге это хорошим знаком, и продолжила:

― Мы верим тебе, как наши предки верили Агате Беринг. И всем нам, людям Деревни, хотелось бы, чтобы ты не покидала нас на ночь. Для моей семьи будет честью принять тебя как гостью.

― Заболевшим помогают врачи и медицинское оборудование, а не мое присутствие.

Малиника старалась говорить вежливо, но в голосе сам собой зазвенел металл. На намерения Маргарет это никак не повлияло:

― Агата тоже не была врачом, но смогла защитить нас всех от гибельного влияния Ковчега!..

― Она права, Маргарет. От ее присутствия мы здоровее не станем, ― Олифер выдвинулся вперед, чтобы встать между женщинами, но напряженный разговор прервало жужжание планшета.

Ал-Каласади: Срочно проверь детей.

* * *

Деревня, 2550-07-23 13:26 по местному времени

― Опять только страусы, ― раздосановано буркнул Перси, разворачивая катер.

Несмотря на улучшенные модели компьютер всё равно ошибался. Вдобавок, некоторые люди ушли с ездовыми и вьючными лепостричами, так что проверить требовалось ещё несколько сотен объектов. Чтобы ускорить процесс, помимо распознающих моделей Джамиль запустил поиск аномалий. Одна из них как раз перед ним на экране: слишком горячее и для страуса, и для человека существо подходит к группе идущих через лес маленьких людей, контактирует с одним из них и возвращается в чащу. «И исчезает в ней».

― Давай по вот этим координатам, ― скинул цифры пилоту.

― Принял, ― кивнул тот и снова поменял курс. Спрашивать, почему нужно лететь по координатам пустого места, Перси не стал. Угрюмая сосредоточенность Джамиля, такая нелепая в обычной жизни, была удивительно органичной в сложившейся ситуации, и ему хотелось довериться.

Катер завис над скальным выступом, из которого росло большое корявое дерево, обмотанное гирляндой лианы с большими желтыми цветами. «У лукоморья дуб зеленый, златая цепь на дубе том…» Пейзаж напомнил Перси иллюстрации к старым сказкам.

― Здесь негде сесть, ― компьютер показывал, что в окрестностях «дуба» нет ни людей, ни лепостричей, но пилот на всякий случай перелистал изображения с камер. ― Дроны ничего интересного не видят.

― Я на тросе спущусь.

― Эй, у нас же нет десантного оборудования!

Джамиль не слушал, он закреплял трос вокруг одного из сидений. Завязал сложный узел. Подергал, проверяя надежность. Натянул на плечи рукава скафандра, застегнулся, надел шлем. Всё ― быстро и уверенно, словно он был рожден только для этого. Мартин восхищенно, во все глаза смотрел на эти приготовления.

Трек подозрительного объекта заканчивался прямо под огромным деревом. Толстые ветви, покрытые густыми пучками более тонких побегов. Серая кора. Странные, абсолютно круглые листья. Катер спустился как можно ниже, но до земли оставалось еще метров пятнадцать.

Вейвер спрыгнул на одну из ветвей. Присел. Внимательно посмотрел вниз. Ничего, кроме мельтешащих зеленых кругляшей. Дроны тем временем нисходящими спиралями покружили вокруг. Примитивные машинки с упрощенными сенсорами не обнаруживали объекты, на которые были настроены, а подлететь ближе из-за густой листвы не могли.

При таком плотном пологе спутник просто мог потерять объект слежения. Джамиль стиснул зубы. Он всё равно проверит.

Выбрал следующую ветку, внизу и слева. Прыгнул. И ещё. И ещё.

Под деревом было темно. Почву покрывал толстый слой таких же кружков, только бурых. Опад оказался удивительно неплотным: ноги провалились в него почти до колен. Из-под ног вейвера с громким стрекотом вспорхнули большие зеленые кузнечики, у всех ― по светящейся точке на конце каждого крыла.

Джамиль огляделся и заметил между огромных, ему по пояс, извивов корней полузаваленную листьями нору. Наклонился и стал обеими руками выгребать оттуда шуршащие кожистые кругляши. В норе что-то лежало. Дополненная реальность обрисовывала контуры, но Джамиль всё равно включил фонарь.

Мальчик. Растрепанные кудряшки. Курносый нос. Круглые, что те листья, уши. Свернулся в клубочек. Умильно подложил руку под чумазую щеку.

Кузнечик, сидевший на его другой щеке, яркого света не испугался, лишь задумчиво повел усами. Джамиль вынул из кармана стандартный датчик состояния и наклеил мальчику на лоб.

Открыл планшет. Набрал два предложения.

Датчик так и остался серым.

* * *

Деревня, 2550-07-23 14:21 по местному времени

Ал-Каласади: у меня здесь контактировавший с ними труп.

Малинике показалось, что она хлебнула жидкого азота, и теперь всё внутри у нее замерзает в мертвый, крохкий лед. «Говорите, что верите мне, да?»

― Необходимо срочно проверить всех вернувшихся вчера детей на предмет заражения.

― Но они же ни с кем из нас не общались! Лучше пусть спокойно побудут пока в Верином доме…

Голос Маргарет к концу фразы сошел на нет. Женщина пошатнулась. В ее глазах явственно читалось: «Что я несу?» Она медленно поднесла левое запястье к лицу. Удивленно уставилась на покрасневший индикатор, а затем стала плавно оседать на землю.

Малиника тут же шагнула к Маргарет, подхватила, помогла опуститься на землю. Женщина была вялой и очень тяжелой.

― Помоги мне, ― Вязиницына бросила эту фразу Олиферу так легко, словно они были в одной команде.

― Нет.