Абиссинец 1889. Том 2 - Сергей Насоновский

шло, но на нашем берегу пятеро осталось. Остальные обратно поспешили убраться. Видел, пару лодок течение унесло. Может, там раненые или убитые, кто ж его теперь знает.

— Ну, пойдем поглядим, кто к нам сунулся, — скомандовал Степан Анисимович.

Мы двинули к поляне и скоро стояли у здоровяка, которого я пристрелил.

— Хитрые твари. Выходит, на три группы разделились, — крестный поднял с земли винтовку хунхуза. — Самая большая была в верстах трех от станицы.

— Все целы у вас? — спросил Гордеев.

— Тем, что с Макаром Завьяловым были, крепко досталось. Лешка Орлов да Петька Минюхин ранены, но живы, слава Богу. Они из бурелома отстреливались. Когда мы добрались, у них по два-три патрона на брата оставалось. А Мишке Звягину не свезло. Пуля в грудь попала, там уж не спасти. — Крестный тяжело вздохнул.

— Атаман с остальными там остался, распадки прочесывать. Высматривают недобитков. А когда стрельбу со стороны станицы услыхали, он меня сюда погнал на подмогу. Только вы, выходит, и без нас управились.

Он повернулся к уряднику:

— Семен Афанасьевич, бери казачат и ступай к правлению. Нужно телеги на Черный ключ отправить. Своих забрать. Верхом раненым тяжко будет. И Юдинцева предупреди: двое раненых у нас. Если он с Макаром закончил, тогда с собой бери. Кстати, как там Завьялов?

— Доктор говорит, жить будет, — ответил урядник. — Два пулевых, крови много потерял, штопает он Макара сейчас.

Гордеев козырнул и торопливо ушел. Казаки, прискакавшие со Степаном Анисимовичем, обходили поляну, собирая трофеи. Винтовки, ружья, патронташи сносили на двор. Мы помогали.

Крестный обвел взглядом нашу четверку и остановился на мне.

— Андрей, поди умойся, а то еще баб перепугаешь.

— Успеется, Степан Анисимович. Давайте сперва с этими гостями разберемся. Может, помощь еще понадобится.

Я махнул рукой на тела хунхузов и поймал взглядом Олега. Он уже бродил среди убитых, осматривая поле боя. Остановился возле одного с развороченной грудью, потом подошел ко второму. И я двинулся к нему.

— Вот в этого… и вон в того я стрелял, — отстраненно пробормотал брат.

Олег сглотнул, пытаясь удержаться, но не смог. Его вырвало на траву.

Степан Анисимович подоспел к сыну и тихо похлопал по спине.

— С боевым крещением тебя, сынок, — негромко сказал крестный, когда Олег утерся рукавом. — Молодец, не сплоховал. Наша, Кравцовская порода. А людей убивать, оно да, всегда тяжко. Только мы на границе не просто так живем. Такая уж наша казачья доля.

Оставив Олега переводить дух, крестный повернулся ко мне и приобнял.

— Любо, Андрей. Все правильно сделали.

Прохор стоял чуть в стороне и разглядывал убитого им в начале боя хунхуза.

— Андрей, глянь-ка.

Я подошел ближе и всмотрелся в траву, куда показывал Мельников. Там лежал черный шар. По всему видать, самодельная китайская пороховая бомба. Торчащий фитиль подпалить и забросить ее хунхузу так и не довелось.

— А ведь прав ты был насчет засады, Андрей, — сказал Прохор. — Сидели бы мы все за забором, и прилети туда эта бомба…

— Бед бы натворила немало, — закончил я.

Мельников протянул мне руку, а я крепко пожал ее в ответ.

— Олег, ступай в курень, умойся и баб наших успокой, — распорядился крестный. — Скажи, мол, обошлось, отбились, но пущай пока не выходят. Нечего им на это любоваться.

Олег поднялся и пошел к дому.

Белесый туман полз с Уссури, играя в лучах восходящего солнца, а мы сгружали тела хунхузов на подводу.

— Андрей, отгоните ее за околицу. Пусть пока там постоит, чтобы здесь не смердело. Как с делами управимся, их в распадок свезут да прикопают, дабы зверье не растащило.

Когда мы оставили подводу, уже совсем рассвело. В голове шумело, спать хотелось до одури. Ночка выдалась беспокойная, будь неладны эти манзы.

По дороге мы с Прохором задержались возле станичного правления, где уже начал собираться народ. Все ждали вестей от основного отряда, который во главе с атаманом принял бой в нескольких верстах от станицы.

Вскоре со стороны Козловского тракта послышался скрип телег.

Первым к правлению, ведя коня в поводу, шел атаман Огородник. За ним двигалась подвода, укрытая серой грубой холстиной. Следом верхом ехали казаки из тех двух десятков. Замыкала колонну еще одна телега с ранеными. Не доезжая до площади, она свернула к дому фельдшера Юдинцева.

За ней тут же бросились жены и старшие дети Алексея Орлова да Петра Минюхина.

Атаман спешился и снял фуражку. Станичники замерли. Под серым пологом остановившейся подводы лежало тело Михаила Звягина.

Утреннюю тишину разорвал вскрик Настасьи, жены Михаила. Не найдя среди вернувшихся казаков мужа, она все поняла и бросилась к телеге. Платок слетел с головы, рыжие волосы разметало ветром.

— Миша-а-а! Мишенька! Да как же ж…

Она схватила его ладонь обеими руками.

К ней кинулись два мальчишки лет шести-семи, погодки, видать. Кто-то из соседок бережно подхватил на руки младшего пацаненка.

Атаман перекрестился, глядя на убитого, затем обвел суровым взглядом притихшую толпу.

— Отбились, станичники, но без потерь не обошлось! — произнес Огородник. — Царствие небесное. Справный казак был Михаил. Погиб как герой.

Казаки один за другим стали снимать папахи. За моим плечом появился крестный. Раненая рука теперь висела на перевязи.

— Одного не сберегли, — глухо произнес он, глядя на Настасью Звягину. — Молодой еще совсем. Жить бы ему да мальчишек своих растить. А оно вона как…

— Как теперь они, Степан Анисимович? — тихо спросил я.

— Как-как? Жить будут, — сказал крестный. — Помогать станем всем миром. И мальчишек Мишкиных на ноги поставим. Не впервой такое. Случается порой, ты не забывай, где мы живем, Андрей.

Он помолчал, глядя на телегу, потом тяжело выдохнул.

— Ладно. Пойдем в правление. Мне рапорт в Козловскую написать надо и до полудня с нарочным отправить. Окружному атаману доложить положено обо всем. А от меня сейчас как от козла молока. — Он кивнул на висящую на перевязи руку.

— Поможешь?

— Сделаем, Степан Анисимович.

Крестный одобрительно кивнул и зашагал к крыльцу правления.

Глава 10. Возвращение друга

Я вывел последнюю надиктованную строчку, присыпал чернила песком и