Воздушная кавалерия. Том 4 - Джек из тени

Арсеньев на том конце провода долго молчал.

— Ты просишь меня разбазаривать лучших бойцов батальона, — наконец произнес он. — После твоего «отпуска» у меня и так некомплект.

— Я прошу вас помочь мне выжить, полковник, — сказал я уже серьезно. — И, возможно, в будущем, помочь выжить и вам. То, что я здесь строю, однажды понадобится всей армии.

Он снова помолчал.

— Я не могу их просто так отпустить, — сказал он. — Но… я могу отправить их в «длительную командировку для выполнения особо важного задания» в столицу. А по возвращении… все они напишут рапорты об увольнении в запас по собственному желанию в связи с окончанием срока службы.

— Спасибо, полковник, я ваш должник.

— Ты уже расплатился, капитан, — буркнул он и отключился. — но всё равно будешь должен…

Вопрос с людьми был решен, теперь оставалось самое главное, это оружие. Карабинов и пистолетов было явно недостаточно, чтобы остановить серьезный штурм.

— Алиса, разверни проект «Еж», — скомандовал я, возвращаясь в цех. — Стационарные огневые точки внутри здания. Крупнокалиберные пулеметы, которые будут простреливать все входы и основные проходы. Управление дистанционное, с моего планшета или с центрального поста. И еще… мне нужна «последняя линия обороны». Что-то, что гарантированно остановит любого, кто прорвется внутрь.

— Есть одна идея, — на ее лице появилась хищная улыбка. — Помнишь того маленького паучка, которого использовали во Владивостоке?

— Да не особо — хмыкнул в ответ — ты же молчишь, как партизан.

— А теперь представь себе таких же паучков, но размером от крысы до крупной собаки. — проигнорировала мой выпад ушастая — Вооружим их стволами с картечью или зарядами взрывчатки. Целый рой таких «малышей», спящих в вентиляционных шахтах и под потолком, которые по твоей команде обрушатся на врага. Назовём проект «Чёрная вдова»

Это было жестоко, страшно и… гениально.

— Делай, — сказал я.

Следующие несколько дней «Бастион» превратился в кипящий котел. Пока строители возводили стену и меняли коммуникации, мы с моей командой работали, не покладая рук. Старик Морозов и Грушин собирали корпуса для турелей и «Вдов». Братья Беловы синтезировали нужные компоненты. Лаврентьев писал для них программное обеспечение. Я же, разрываясь между Академией и мастерской, контролировал весь процесс, внося коррективы и решая возникающие проблемы.

Ровно через неделю, когда строители закончили свою работу, в ворота «Бастиона» въехал пыльный, потрепанный автобус. Из него вышли двенадцать человек в выцветшей армейской форме без опознавательных знаков. Усталые, небритые, но с той самой волчьей ухмылкой на лицах.

Матвеев, мой верный сержант, подошел ко мне и, оглядев преобразившийся цех, присвистнул.

— Ни хрена себе, командир… Ты тут что, личный рай для инженера построил?

Он протянул мне руку, его рукопожатие было всё таким же крепким, как сталь.

— Отряд в вашем распоряжении, капитан Строганов, — доложил он уже официально под удивлённые взгляды работников Бастиона — Готовы к выполнению любой задачи.

Я посмотрел на их лица, на знакомые, родные лица тех, с кем прошел огонь и воду. И я понял, что теперь моя крепость обрела свой гарнизон. Настоящий, боевой, преданный мне до последней капли крови. Теперь можно было ждать гостей.

* * *

Угроза со стороны «Союза» висела над «Бастионом», как грозовая туча. Я знал, что мой дерзкий ответ лишь отсрочил неизбежное. Полдня в академии на занятиях, ещё полдня в мастерской, а ночи за учебниками, пытаясь выжать из суток сорок восемь часов. Сон стал роскошью, я питался на ходу, постоянно подстегивая себя стимуляторами и литрами горячего кофе. Я был на взводе, как пружина, и это напряжение начало сказываться.

Елена заметила это первой, мы все чаще «случайно» сталкивались в библиотеке или на аллеях парка. Она ничего не спрашивала, но я видел в ее глазах беспокойство. Она видела мои темные круги под глазами, мою нервную сосредоточенность. Однажды вечером она подошла ко мне, когда я, в очередной раз, сидел в библиотеке, уставившись в одну точку на чертеже и не видя его.

— Кирилл, — ее голос был тихим, почти шепотом. — С вами все в порядке? Вы выглядите… измотанным.

Я поднял на нее тяжелый взгляд, затем попытался изобразить любезную улыбку

— Все в порядке, Елена, просто много работы. — судя по нахмурившейся мордашке, получилось так себе.

— Я слышала… — она запнулась, подбирая слова. — О визите из «Союза Промышленников». В Академии только об этом и шепчут. Говорят, они угрожали вам.

Слухи в этом гадюшнике распространялись быстрее чумы. Я горестно вздохнул.

— Это просто деловые разногласия, ничего серьезного.

— Не лгите мне! — в ее голосе прозвучали нотки гнева. — Я знаю этих людей, мой отец имел с ними дело. Это не просто «деловые разногласия». Шакалы, которые не остановятся ни перед чем. Если они вцепились в вас, они не отпустят!

Она села напротив, ее взгляд был серьезным и требовательным.

— Мой отец… он мог бы помочь, у него есть влияние. Один его звонок, и они оставят вас в покое. Позвольте мне поговорить с ним.

Я посмотрел на ее прекрасное, встревоженное лицо, и почувствовал укол вины. Она искренне хотела помочь, но принять помощь означало втянуть Елену и самого генерала, в мою грязную и очень скоро кровавую войну. Поставить под удар, я не мог этого допустить.

— Елена, я ценю ваше беспокойство, правда! Но я не могу принять вашу помощь, — сказал я как можно мягче. — Это моя битва, я должен справиться с ней сам.

— Но почему⁈ — она не понимала. В ее мире было принято решать проблемы с помощью связей, с помощью могущественных покровителей.

— Потому что, если я приму помощь вашего отца, я стану его должником и вашим тоже. А я не хочу, чтобы вы были замешаны в моих… делах. Это слишком…Кхм, пусть будет опасно, да.

— Но я хочу помочь! — упрямо повторила она.

— Лучшая ваша помощь, это в ближайшее время держаться от меня подальше, — сказал я жестче, чем хотел. — Поверьте, так будет лучше для всех.

Я увидел, как в ее глазах мелькнула обида. Она встала, ее лицо снова стало холодным и неприступным, как маска.

— Как знаете, капитан Строганов, — процедила она. — Если вы предпочитаете сражаться в одиночку, это ваш выбор.

Она развернулась и, не оглядываясь, вышла из библиотеки. А я остался сидеть, глядя вслед девушке, и чувствуя