Земля, что ты не покинешь - Энгус Уотсон

– Что-то от меня скверно пахнет. – Волк вскинул руку и демонстративно понюхал подмышку. – Да, это просто никуда не годится. Надо бы мне помыться ради всех вас. Я сам пойду.

– Ах, нет-нет-нет, Кугуэй так не любит. Вас должен выбирать случай. Все вы должны тянуть травинки.

– Но не дети.

– Да ты крепкий орешек, Волк! А я такой добрый, что предлагаю компромисс. Вашим енотам жребий тянуть не придется.

Волк шагнул вперед, башней возвышаясь над Чапой Вангвой.

– Неплохо для начала, но никто из детей участвовать не будет.

Гибельный даже не дрогнул.

– Ну, ударь меня! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Когда пауки с тобой закончат, и ты превратишься в комок бесполезного мяса со стеклянным взглядом, я пинками разверну тебя в нужную сторону, чтобы ты увидел, как вытянувший короткую травинку спускается по водопадам.

– Ты не отправишь детей спускаться по водопадам. Они не станут тянуть травинки.

Волк улыбнулся. Если улыбка Чапы Вангвы наводила Финнбоги на мысли о змее, то улыбка Волка напомнила ему торнадо, убивший Чноба Белого и едва не прикончивший самого Финнбоги.

– Ничем не могу помочь, – сказал Чапа Вангва. – Разве неправда, что все должны тянуть жребий, а, вождь Клембур?

– Гибельный прав. Когда Кугуэй выбирает группу, жребий тянут все.

– Только. Не. Дети.

Чапа Вангва поманил одного из детей на толсторогих баранах.

– Пустое Дитя, пауки Толстого Волка укусят его через…

– Стой, – произнес Раппа Хога. Если бы Раппа Хога и Волк устроили состязание, кто больше похож на легендарного героя, победа была бы ничья. – Дети будут тянуть жребий, как и требует Кугуэй.

– В таком случае, мы с тобой… – Волк начал разворачиваться к нему.

– Подожди. Это не все. Вы все будете тянуть жребий. Но если кому-то из детей достанется короткая травинка, доброволец из племени вута сможет его заменить.

– Но… – вождь Клембур шагнула к ним.

– Кугуэй сочтет это приемлемым, – заявил Раппа Хога. Это был не вопрос.

Женщина с длинным подбородком засомневалась, но затем кивнула.

– Спасибо, Раппа Хога, – сказал Волк.

Повисла пауза, пока мужчины окидывали друг друга взглядом. Финнбоги даже чувствовал, как воздух между ними искрит.

– Хорошо-хорошо! Значит, договорились! – прокричал Чапа Вангва, разрушая наваждение. – Давайте, тяните уже.

Племя вута обступило ухмыляющегося гибельного.

Гуннхильд была первой и вытянула длинную травинку. Затем Тайри, затем Сасса. Потом тянули Фрейдис и Оттар. У всех оказались длинные травинки.

Волк кивнул Финнбоги. Он взял конец травинки указательным и большим пальцами. Потянул. Чапа Вангва придержал травинку, она переломилась, и Финнбоги остался с коротким кусочком травинки в руке.

– Но ты… Он… – Финнбоги огляделся по сторонам. Больше никто не видел, что сделал гибельный.

– Прекрасно! – радостно объявил Чапа Вангва. – Я рад, что это ты. Ты мне не нравишься. Ты просто сидел рядом, пока я мучил твоего отца.

– Но…

– Хотя я и удивлен, что Кугуэй выбрал тебя. Однако по временам Кугуэй выбирает кого-нибудь, чтобы снять бремя с остальных, а не чтобы заполучить кого-то интересного для себя.

Гуннхильд была в ужасе. Фрейдис улыбалась ему. Это что, слезы в глазах Тайри? Все женщины оуслы смотрели на него как будто бы с одобрением. Даже Софи Торнадо первый раз за все время взглянула ему в лицо. Трое оставшихся лупоглазов таращились на него с жалостью, гибельные и кугуэи с переменным успехом старались скрыть ликованье.

Финнбоги поглядел в бурлящую пенную воду и кивнул. Все в порядке. На этот раз его очередь, он боялся не так сильно, как в тот момент, когда был всего лишь шанс, что жребий падет на него. Он готов. Он в ужасе, он вот-вот умрет, но неважно. Умрешь, когда умрешь.

– Я пойду вместо него.

Это оказалась Утренняя Звезда! Выглядевшая куда более героической, чем Волк и Раппа Хога вместе взятые, эта воительница и богиня, вторая по красоте в оусле после Паломы Антилопы, по мнению Финнбоги, относилась к нему с той же неприязнью, что и Софи Торнадо. Может, он ослышался?

Снова на миг повисла пауза. Похоже, все остальные были изумлены не меньше Финнбоги.

– Я пойду вместо него, – повторила она.

– Нет-нет-нет! – Чапа Вангва, улыбаясь, затряс головой. – Кугуэй выбрал! Противный мальчишка умрет.

– Раппа Хога сказал, если жребий падет на кого-то из младших, его можно будет заменить.

– Он имел в виду детей!

– Ты сам только что назвал его мальчишкой. Значит, его можно причислить к детям.

– Но… – промямлил Чапа Вангва.

– Снимай с меня пауков. Я сама прыгну.

– Нет, – сказал Раппа Хога.

– Ты же сказал…

– Речь шла о том, что если короткую травинку вытянет кто-то из младших, то вместо него сможет пойти кто-то другой из племени вута. А ты не вута.

– Нет, это неправильно. Ты же…

– Да, было сказано именно так, – вмешалась Софи Торнадо. – Отойди, Утренняя Звезда.

Утренняя Звезда отступила назад.

– Встань, пожалуйста, на колени, – обратился Чапа Вангва к Финнбоги. – Я сниму с тебя пауков. Мы же не хотим, чтобы они погибли в страданиях. Впрочем, не забывай, если нападешь на меня или попытаешься бежать, тогда пауки укусят… дай-ка взгляну… вот ее. – Он указал на Тайри Древоног.

Финнбоги поглядел на реку. Он снова боялся, на самом деле, гораздо сильнее, чем до того, как Утренняя Звезда предложила себя вместо него. Надежда – страшная вещь, подумал он.

– Ладно, Чапа Вангва! – крикнул Киф Берсеркер. – Снимай моих пауков, я искупаюсь в твоем потоке.

Он встал на колени перед гибельным.

Ухмылка Чапа Вангва увяла. Он поглядел на Раппу Хогу.

Капитан гибельных улыбнулся.

– Это не то, что я имел в виду, но никак не противоречит сказанному. Киф Берсеркер займет место Финнбоги Хлюпика и будет принесен в дар божеству.

– Это не божество, – сказал Киф, – это участок реки, который стекает с холма.

Раппа Хога поднял бровь.

– Киф Берсеркер не станет искушать судьбу. В периоды засухи жертвам подрезают сухожилия, чтобы река наверняка поглотила их. Так что помолчи, Киф, если хочешь умереть всего лишь без одного глаза и без уха. Ты так же поймешь, что все реки текут вниз с холмов.

– Само собой! В смысле, прошу прощения. – Киф выразительно закивал.

Опустившийся на колени Киф вздернул подбородок, чтобы дать доступ к шнурку, державшему коробку с пауками.

Финнбоги огляделся по сторонам. Все глазели на него.

– Нет, Киф, ты не можешь. Спасибо, но короткую травинку вытянул я, – с неохотой произнес он.

– Я могу, и я иду. Скажи ему, Волк.

– Ты уверен? – спросил Волк.

– Угу.

– В таком случае, Финнбоги, я приказываю Кифу занять твое место. Решение никак не связано с