Пленники белых ночей - Ирина Ширяева

Волосы длинные, в хвост собраны. Он же к нам приходил. Мы тогда двушку на Владимирском снимали. Они с Макаром в одной комнате сидели, я в другой. Если только что-нибудь подай-убери.

– А о чем они говорили?

– Да я не слушала. Книги какие-то обсуждали, фильмы. Больше на историческую тему. Этот Игорь, он ведь вроде историк, аспирант в универе. Занимался, кажется… родословными всякими. Корни искал. Не знаю уж, что он там у Макара нашел, да только боком ему эти амбиции вышли… – Она с досадой махнула рукой и категорично объявила: – Все. Мне работать надо.

– Простите… Еще буквально пару вопросов, – заторопился Митя. – Скажите, а когда вы видели Макара в последний раз?

– Второго мая, – четко, без запинки ответила «Ирина» и нервно прикусила губу.

– Но почему же вы решили, что он исчез? – осторожно осведомился Митя. – Ведь и месяца еще не прошло…

– Да потому, что он записку оставил! – выкрикнула девушка, испугав прохожих. – «Прости, я уже никуда не вернусь…» Никуда! Вы понимаете?!

– Да… Понимаю… – вздохнул Митя.

Драма двух эффектно красивых людей очень его тронула. Но в то же время парень не забывал о расследовании.

– Но вы ведь его искали? Фе… Макара?

– Искала! – «Ирина» порывисто поднялась со скамейки, давая понять, что аудиенция окончена. – Искала! По всем адресам! Его нигде нет!

Девушка развернулась на каблуках и решительно направилась к своему рабочему месту, где уже с нетерпением переминался фальшивый Феликс.

Впрочем, Макар тоже был фальшивкой. Какими все-таки разными бывают подделки.

Митя вскочил и зашагал следом. Проводив даму до места, на прощание поцеловал «Ирине» руку.

– О, покорнейше вас благодарю! Вы очень мне помогли!

На эту очаровательную сценку сразу обратили внимание выходившие из павильона метро вездесущие туристы. Вокруг «Феликса» и «Ирины» мгновенно образовалась маленькая гомонящая толпа.

Митя с улыбкой подумал, что хотя бы так он сумел реально отблагодарить «Ирину» за ее откровенность. Поработал, можно сказать, короткой рекламой.

Интересное выдалось знакомство, есть о чем поразмышлять… А теперь в путь! Ко дворцу тетушек.

Глава 12

Зловредная лужа

Митя решил пройти к дворцу тетушек дворами.

Днем, пока он спал, в центре города прошел сильный дождь. И теперь, чтобы не промочить парадные туфли, приходилось аккуратно обходить многочисленные лужи.

Митя вспомнил, как в детстве боялся в них заглядывать. Там виделся параллельный мир, с такими же, как здесь, домами, проводами и птицами, но уходящий в бездну. Он одновременно пугал и притягивал. Мальчик панически боялся в него провалиться. Маленький Митя с ужасом и завистью глядел на других мальчишек, с удовольствием шлепавших по лужам.

«Но ведь они же не проваливаются», – убеждал себя. Все равно страшно! Может быть, другие не проваливаются именно потому, что чего-то не видят и не чувствуют. А он видит и чувствует. Наверное, у него с лужами какие-то особые отношения.

Самое интересное, что детский страх перед лужами сохранился до сих пор. Где-то в глубине души. Поэтому Митя предпочитал их аккуратно обходить. На всякий случай.

Но это все философские рассуждения. А что мы имеем в реале после встречи с «Ириной»?

Итак, Фе… тьфу ты!.. Макар Тарасов оказался неудачливым актером с несложившейся карьерой. Хотя он был молод, двадцать шесть лет, и черту жизненными удачами и неудачами подводить рано.

Но Макар сильно страдал от уязвленного самолюбия. А кто бы не страдал?

Скандальный образ знаменитого князя, на которого Макар действительно был сильно похож, стал для него своего рода эскапизмом.

Актер ушел в него, как в капсулу, в которой ему было комфортно. К тому же эта маска, оболочка, которую он на себя надел, всем нравилась. Как раз то, что надо – и для души, и для денег. «Ирина» же сказала, что они хорошо зарабатывали.

Вот только Макар безжалостно переделывал партнершу под себя, вернее, под свой образ. Диктовал ей, как одеваться, какой маникюр делать, мотивируя это созданием нужного образа.

При этом сам ей ничего не покупал. Ехидничал над ее мнением. Был недоволен, когда она общалась с прежними подругами, которых он считал вульгарными плебейками. Высказывал свои требования в грубой и оскорбительной форме.

При этом, если хотел и если было надо, умел нравиться, быть невероятно обаятельным и влюблять в себя.

Словом, был типичным абьюзером. Что это дает? Пока ничего.

И вот появляется некий Игорь. Довольно-таки нездоровую идею Макара об идентичности с Феликсом Юсуповым он, судя по рассказу «Ирины», развивает и углубляет.

И что в результате? Макар начинает ощущать себя неким незаконным отпрыском Юсуповых, безжалостно выброшенным в этот жестокий мир. Нет, он слишком утончен, слишком рафинирован, чтобы жить среди окружающего быдла. Прощайте!

Выходит, что Игорь стал для Макара катализатором чего-то. Чего именно? Случайно или намеренно? Знал, на какую кнопку нажать, или так вышло? Зачем он вообще появился рядом с Макаром? По своей или по чьей-то воле?

«Ирина» говорила, что им с Макаром завидовали все уличные аниматоры. А зависть – это уже мощный рычаг для мести.

Да ладно! Что-то для уличных аниматоров-двойников слишком заумно выходит…

Стоп! Двойников!

Вот тут проклевывается мутная, но весьма заманчивая версия. С Митиными любимыми мистическими персонажами.

А что, если эти уличные двойники, сами того не понимая, какими-то невидимыми нитями связаны со своими оригиналами? Ведь двойник – это пусть плохонькое, но отражение.

Дальше легко прослеживается многообещающая цепочка: отражение – зеркало – зеркало вод – Зазеркалье – Петербургское Зазеркалье. Все согласно концепции декана факультета ПМО Мурзина-Гундорова.

А что, если Игорь как раз искал эти нити, которыми связаны двойник и оригинал? И нити уходят туда, в Зазеркалье? А к Макару историк обратился потому, что тот был самым знаменитым и убедительным двойником. Лучше всех чувствовал своего прототипа. И даже отождествлял себя с ним.

К тому же Макар работал на берегу Мойки – на краю этого самого зеркала вод. У подножия Зазеркалья.

Далее можно предположить, что Игорь и Макар попытались поставить некий эксперимент. Увы, он вышел неудачным…

Тут мимо, чуть не обдав веером грязных брызг Митин фрак, промчался автомобиль. Из динамиков гремело:

– Раз! Два! Три! Четыре! Пять!

Понесутся воды вспять!

Фу, сбил с мысли! Так о чем эта мысль была? Забыл… Раз-два-три-четыре-пять, понесутся волны вспять… Раз-два… Вот ведь привязалось! Хочется напевать и напевать… Повторять и повторять… Как заклинание. Заклинание! В этом что-то есть…

Вдруг кто-то бесцеремонно схватил Митю за правую ногу и сильно дернул вниз.

Едва устояв, парень обнаружил, что, задумавшись, влез-таки в