Отставной экзорцист 5 - Михаил Злобин

— Я думаю, будет достаточно и того, что ты поговоришь с ним, — обрадованно всплеснула руками Янталь. — К тебе он должен прислушаться!

— Ладно, если продолжит донимать, звони, — неохотно согласился я.

— Но… у меня же номера твоего нет…

— Возьми у Ольги Малыш, а мне бежать пора. Пока!

Спешно распрощавшись, я оставил за спиной коллегу, которая стояла, будто потерявшийся ребёнок и не знала, то ли ей возвращаться на рабочее место, то ли бежать за мной следом.

Но мне было сейчас не до неё. Идея с осмотром алтаря и останков демона Арканта давно не давала мне покоя. Если мы сумеем приспособить их к процессу подготовки будущих демоноборцев, это сильно… нет, СИЛЬНО облегчит нашу задачу.

Но чтобы точно ответить на вопрос, могут ли нам быть полезны эти проклятые реликты, предстояло их изучить.

До исследовательского центра меня с полным комфортом подбросили на одной из личных машин Инессы Романовны. Ощущения, скажу я, будто побывал в бизнес-классе. Впрочем, отметил я это мельком. Подумал, и сразу забыл. Голова у меня сейчас совсем другим была занята. Когда стоишь на краю пропасти и не знаешь, проснёшься ли завтра человеком, на все эти кожаные салоны и мягкие подголовники перестаёшь обращать внимание.

Больше начинаешь радоваться простым вещам, вроде весеннего солнышка, заглядывающего в тонированное окно автомобиля. И голубому небу тоже. Раньше даже не замечал, какое оно светлое и глубокое. Ну или очередной затяжке горьким табачным дымом. Сразу какая-то абсурдная и несбыточная надежда при этом робко голос подаёт. А вдруг именно курение сможет меня убить раньше, чем я окончательно превращусь во что-то…

— Добрый вечер, Пётр Евгеньевич, вас уже ожидают, позвольте проводить, — кокетливо сверкнула глазками длинноногая улыбчивая блондинка на гигантских каблуках, ждавшая моего прибытия прямо на стоянке.

Она провела меня по длинным стерильным коридорам, в которых взгляду не за что даже было зацепиться. А затем передала на руки каким-то хмурым ребятам. Тут уже никакими светскими любезностями и не пахло. Обращались со мной сугубо деловито и строго.

Меня обрядили в одноразовый белый костюм из спанбонда, отдалённо похожий на те, что носили «Касперы» в моём прошлом мире. И только после этого я попал непосредственно в саму лабораторию, где специалисты «Оптимы» изучали останки Арканта.

— Пётр Евгеньевич, рада вас видеть, — практически сразу возникла возле меня Инесса Романовна. — Готовы начать?

Я покосился на большую цилиндрическую колбу из толстого акрилового стекла, где сейчас плавал в фиксирующем растворе распотрошённый демон во всём своём отвратительном великолепии.

Его подвесили на стяжках, будто гигантский экспонат для анатомической коллекции. Вскрытую брюшину развели в стороны хирургическими распорками. Внутренние органы явно чем-то закрепили, потому что они не выпадали из нутра на дно резервуара.

Выпуклые прозрачные стенки искажали пропорции существа, делая его и без того жуткий силуэт более гротескным. На усеивающих труп костяных наростах и загнутых шипах во многих местах виднелись следы спилов. Похоже, патологоанатомы Радецкой активно занялись изучением их структуры. Некоторые участки плоти оказались иссечены до самых костей. Откуда-то из-под рёбер тянулись трубки неизвестного назначения. Они же торчали из разрезов на сгибах локтей и колен.

Тьфу, мерзость полнейшая. И втройне противно от осознания, что я тоже постепенно превращаюсь в подобную тварь…

— Пётр Евгеньевич, вы в порядке? — тронула меня за локоть Инесса Романовна, не дождавшись ответа.

— Мне без разницы с чего начинать, — встряхнулся я. — Могу за один раз обследовать и алтарь, и труп. Только свет потушите.

— Конечно. Вадим Михайлович, вы слышали? Действуйте.

После распоряжения главы корпорации в лаборатории наметилась суета. Откуда-то набежало полтора десятка человек в одинаковых комбинезонах. Все сгрудились вокруг меня, как зрители на бесплатном шоу. А когда они заняли свои места, лампы погасли. Помещение погрузилось во мрак, разгоняемый лишь слабым сиянием мониторов и электронных индикаторов различных устройств.

Ну что, пора…

Прикрыв глаза, я обратился к Бездне. И хоть я ожидал, что близость жертвенного алтаря неслабо даст по мозгам, но в первую секунду всё равно немного поплыл. Тьфу, сука… да к такому невозможно привыкнуть! Не «плаха» Валаккара, но тоже мало приятного.

Изнанка бытия показала мне мир в иных красках и тонах. В истинном обличии, которое невозможно познать даже самым острым взглядом. И я, стараясь не отвлекаться на исходящий от людей информационный шум, ощупал незримыми нитями воли и Арканта, и камень, посвящённый ему.

Ну что ж, это оказалось проще, чем я думал…

— Всё, можете включать, — попросил я, распахивая веки.

Стоявшие ближе всех учёные, увидев в моих глазах остаточные эманации Бездны, судорожно выдохнули и отшатнулись. Кто-то даже тихо выругался. Но уже через пару секунд осмелели и подошли поближе, внимательно всматриваясь в моё лицо. Будто пытались разгадать, как же я провернул свой фокус.

— Как? Уже? — удивилась Радецкая. — И каков ваш вердикт, Пётр Евгеньевич?

— Труп для наших целей бесполезен, — честно озвучил я. — Это просто уродливый кусок мяса, не более того. А вот алтарь ещё очень даже может послужить. Он что-то вроде разряженной батарейки, которая всё ещё слабо фонит Бездной. Не самый лучший проводник на ту сторону, конечно, но держать его гораздо безопасней, чем живого носителя.

— Поняла вас. Это хорошие новости, — благосклонно кивнула президент «Оптимы».

— Кхм… Инесса Романовна, я должен обратить ваше внимание, что мы всесторонне изучили объект и обследовали его во всех спектрах, — загундосил рядом с главой корпорации какой-то щуплый дедок в защитном костюме. — Ни один высокоточный прибор не зафиксировал какого-либо излучения от него. Даже самого слабого. Ни электромагнитного фона, ни отсветов в инфракрасном спектре, ни гамма-активности, ни нейтронного потока. Ни-че-го. Иными словами, абсолютно никаких признаков наличия остаточной энергии.

Радецкая перевела взгляд на меня, словно предлагала парировать. Но я лишь безразлично развёл руками:

— Преисподняя никогда не интересовалась законами физики.

— Но ведь это невозможно! — нахмурился учёный. — Если мы говорим о явлениях, способных взаимодействовать с физическим миром, значит, они должны оставлять хотя бы косвенные следы своего присутствия!

— Я вас услышала, Вадим Михайлович, давайте не будем устраивать дебаты, — приструнила дедка Радецкая, безоговорочно занимая мою сторону. — А вам, Пётр Евгеньевич, спасибо. Если вас ничего здесь больше не интересует, то можете возвращаться в город.

— Угу, так и сделаю, — кивнул я. — Только скажите, от Щукина были какие новости?

— Пока ничего. Ждём и продолжаем работу во всех направлениях.

— Ясно… тогда я поеду, пожалуй.

Попрощавшись с главой корпорации, я вышел из лаборатории. На улице обнаружил, что моего возвращения дожидается всё та же машина. Далее водитель отвёз меня на съёмную квартиру, и там, чтобы не страдать от безделья, я засел за структурирование