Млечный Путь, 21 век, номер 3(56), 2026 - Наталья Бахтина

– Вы на фабрике работаете? – спросила она, расстёгивая молнию на сумке.

Николай отмахнулся. Он едва удерживался от истерического хохота.

– Вот, возьмите.

Она протянула пластиковый контейнер и бутылочку минералки. Николай без церемоний отхлебнул из бутылки и, открыв контейнер, с аппетитом принялся уплетать гречку с котлетой. Даже пластиковую вилку положили – предусмотрительно.

Он понял, что ему подкидывают задачки, решив которые, он сможет покинуть злосчастный лабиринт.

Как же я вляпался в такую головотень? Как в анекдоте: ни фига себе, сходил за хлебушком? Нифига, со смены вернулся! Нужно подумать, как перехитрить долбаных шутников – фокусников. Я ведь знаю этот район. Сделаю вид, что играю по их правилам.

– Спасибо огромное, было очень вку… – Николай замер на полуслове. Тело изнутри обожгло ледяным холодом. Девушка исчезла. В прямом смысле слова. Испарилась вместе с сумкой.

Фокус, трюк, обман зрения? Задачка.

Мысли метались, словно мячик-попрыгунчик, отскакивающий от стены. Как можно уйти незамеченной? Николай попробовал продвинуть пластиковую скамейку, ощупал стены, попрыгал по земле… Он никогда не верил ни в сказки, ни в мистику. То, что происходило сегодня, не могло уложиться на логических полках его сознания. Осознав полное бессилие, он хотел кричать, биться в истерике, всё что угодно, только бы выбраться их этого круга. Всё что он смог сделать, это ударить кулаком по гладкой стене. Корпус оказался крепким, затрясся, но выдержал, не треснул даже. Николай растянулся на скамье и закрыл глаза. Он решил ничего не предпринимать. Сил не оставалось, да и желания тоже.

Он видел сны, сумбурные и хаотичные, никак не связанные между собой. Казалось, проспал целую вечность, но, проснувшись, вновь увидел то же несозревшее утро, а часы на мобильнике замерли на пяти минутах восьмого. Связи по-прежнему не было. Николай ощутил спокойствие, возможно, потому что не чувствовал усталости. Он трезво мог размышлять о ситуации, в которой находился, и не хотел сдаваться. План дальнейших действий был прост: ломиться напролом. Перемахнуть через забор – плёвое дело. За ним частная территория, за ней свобода.

Последняя колонна галереи славы с портретом Елены Лобчевой – поэтессы и литературоведа – словно пространственным магнитом притягивала Николая всякий раз, когда он преодолевал то или иное препятствие. Стоило ему оказаться по обратную сторону любого забора, свернуть за угол или достигнуть поворота дороги. Он уже не удивлялся, а упорно продолжал искать выход, исследуя новые уголки замкнутого пространства. Николай потерял счёт времени и не мог определить его даже приблизительно. Осколком камня он чертил на кирпичной стене линии, но, вернувшись на то же место, видел чистую стену, оставлял сухую ветку на тротуаре – та оказывалась на прежнем месте, откуда Николай её брал, словно кто-то тщательно прибирал за ним. Даже яблоко, росшее на свисающей из-за забора ветке, появлялось вновь, будто и не было сорвано. Но и в этом случае у Николая оставалась надежда на розыгрыш (мало ли, есть же фокус с апельсиновым деревом). Она улетучилась тогда, когда он порезал себе палец осколком стекла и решил промыть рану в фонтане. Дойдя до него, он не увидел ни крови, ни самого пореза. Николай вновь испытал обжигающий холод. Чудеса на этом не заканчивались. Он разрывал карман на ветровке и тот, таинственным образом восстанавливался, выбрасывал за забор шнурки от кроссовок – они вновь зашнуровывались. Ему даже бриться не нужно было, щетина пропадала сама собой. Неизменными оставались лишь память и девушка. Нужно всё разузнать или вывести её на эмоции, а там, глядишь, и проблеск появится.

Николай садился рядом и коротко выбрасывал:

– Привет.

Она кидала на него изучающий взгляд и молча отворачивалась. Похоже, впечатления на неё он не производил. Это не смущало его. Тоже мне, недотрога.

– Скучаешь?

– Теперь да.

– Загадочное место, не находишь?

– Нет.

– Это потому, что ты исчезаешь, а, возникнув вновь, ничего не помнишь. Или помнишь?

Он с прищуром глядел на неё, ища ответ в выражении лица.

Как всегда невозмутима, она смотрела на него так, как смотрят на не совсем здорового человека или попросту, идиота. Сколько бы Николай не пытался увидеть дальнейшую реакцию, ничего не получалось. Девушка растворялась, исчезала, испарялась… Это было похоже на то, как плавится воздух в пятидесятиградусную жару. Тяжело в таких условиях не поверить в поговорку о том, что человек ко всему привыкает.

Николай менял тактику:

– Девушка, давно сидите?

– Минут двадцать.

– Моя мобила сеть не ловит, можете дать позвонить?

Она колебалась.

– Возьмите, – протягивал он ей свой телефон. – Пока я буду звонить, мой будет у вас.

Она соглашалась. Мобильник всегда оказывался выключенным. Стоило его включить – экран светился и тут же погасал. Николай со вздохом возвращал его.

– Разряжен.

– Странно, – удивлялась она, обменявшись телефонами. – Я его совсем недавно заряжала.

– Не берите в голову, – успокаивал он. – Тут просто зона аномальная. Я блуждаю, вы уплываете, мобильник разряжается. Ничего удивительного – обычная мистика.

Её лицо вытягивалось от удивления, на миг замирало, и девушка растворялась. Слишком быстро. Он ничего не успевал узнать, но не отчаивался:

– Оксана, который час?

– Начало восьмого, – она осекалась. – Простите, мы знакомы?

– Виделись пару раз.

– Вы сборщик мебели или на лесопилке работаете? Я вас не помню.

Он уклонялся от прямого ответа.

– Куда сейчас? – ненавязчиво спрашивал он.

– Не знаю, – вздыхала она. – Если работу не найду, вернусь к себе, в Ярославскую область.

– Какими судьбами в наш Выловск забросило? Близость к столице?

Её настроение мгновенно менялось.

– А вы с какой стати интересуетесь? Если вас директор подослал, то передайте ему…

– Да в грязь его по колено! – перебивал он. – Я так, интересуюсь.

– С чего бы это? Делать больше нечего?

– Абсолютно. Да и нет здесь больше никого. Вы и я.

– Больной какой-то, – тихо говорила она и отворачивалась.

Николай пытался выяснить, зависит ли продолжительность пребывания незнакомки от его поведения, однако понять было непросто.

***

Если он молча сидел рядом, то мог досчитать до тысячи, а то и больше. Она совсем не обращала на соседа никакого внимания и, думая о чём-то своём, сосредоточенно глядела перед собой. Николай бросал короткие взгляды, любуясь красивым профилем. Она всё больше привлекала его и, ко всему прочему, являлась единственным живым собеседником. Теряя девушку из виду, он