Млечный Путь, 21 век, номер 3(56), 2026 - Наталья Бахтина

угол, он привычно пошёл вперёд и едва не ударился о ствол молодой берёзы. Он замер. Берёзы тоже не было. Он огляделся и едва не закричал. Перед ним двор жилого сектора. Что? Николай рванул назад и увидел отъезжающий от остановки автобус.

– Стоооой! – закричал он и понёсся вперёд.

Он бежал быстро, но автобус уже уехал. На знакомой скамейке лежал жёлтый цветок одуванчика.

Солнце медленно поднималось над горизонтом и слепило глаза. Николай смотрел на него и сердце радостно колотилось. Какое это счастье видеть, как яркий диск приближается к зениту! Вот где чудо!

Мимо проходили люди, ожидали автобуса, разговаривали, недоумённо поглядывая на странного чудака, а Николай продолжал сидеть на скамейке. Он вырвался из круга, но в глубине себя ощущал тоску. Оксана больше не вернётся, он не почувствует её аромат и не познает сладость вишнёвых губ. Где она теперь? В каком времени? И вообще, какой сейчас век? Николай видел знакомые фуры и понимал, что время пощадило его и не забросило очень далеко. Люди так же ходили в привычных для него одеждах.

Сколько прошло, – пытался угадать он, – десять, двадцать, тридцать лет? Но не больше, точно.

Он не решался идти домой, справедливо полагая, что квартира давно не его.

Внезапно, из кармана зазвучала мелодия. Он не сразу догадался, что звонит мобильник.

Надо же, связь появилась? Кто же это?

– Слушаю.

– Колян, спишь?

Голос Димки Горячева – сменщика по дежурству. Николай представил, как изрядно постаревший Димон наконец разыскал его.

– Нет.

– И правильно, а то ведь всю жизнь проспать можно.

Николай напрягся.

О чём это он? Что происходит?

– Алло, – продолжал голос из трубки. – Колян, слышишь?

– Слышу, – отозвался он.

– Ты кепарь свой забыл. Тебе занести?

Кепарь! Точно, он оставил кепку на работе. Так он вернулся в тот же день! Восьмого июля две тысячи десятого года!

– Не надо, – отреагировал Николай. – Брось в тумбочку. Через два дня заберу.

– Тогда удачных выходных, – пожелал Дмитрий и отключился.

Николай глубоко вздохнул. Будто тяжесть с плеч упала. Прежде чем покинуть гостеприимный переулок, он прошёл к кинотеатру и, найдя под кустом свёрток, забрал находку с собой. Слишком дорога она ему стала.

Спустя три месяца Николай оставил службу в пожарной части. Его пригласили работать в МЧС, там понадобился человек со знанием английского языка. Постепенно Николай привык к новой жизни и то, что происходило с ним долгие годы, стало казаться сном. Словно впал в забытье на секунду, а увидел нескончаемое длинное утро. Только Оксану забыть не получалось, её образ так и стоял перед глазами. Он искал её в интернете, спрашивал на бирже, ходил по предприятиям. Даже в родном посёлке её не оказалось. Возможно, она по-прежнему кружит во времени. Николая колола мысль, что кто-то другой находится на его месте и ищет пути к её сердцу.

И ещё одна вещь, которую он не мог забыть: это данное себе обещание.

***

Повесть «Земля Грекова» была опубликована весной следующего, две тысячи одиннадцатого года, на средства автора. Книга расходилась слабо и не имела абсолютно никакого успеха. Николай не расстраивался и выложил повесть в интернет. Ее, возможно, читали, но лайков было мало. Внизу пестрело лишь несколько не очень лестных отзывов:

«Автор, столько слов и всё на одном месте. Вы издеваетесь над читателем?»

«Сплошная бредятина и одни голые штампы».

«Автор, да будет вам известно, что тема тысячи раз перемусолена. Вы абсолютно ничего нового не придумали…»

Николай не обижался. Он и вправду ничего не придумал. Он сделал то, что должен – остальное не имело значения.

После одной из командировок, Николай привычно ждал электричку на Павелецком вокзале, когда услышал позади женский голос:

– Простите, вы писатель Греков?

Он устало обернулся. Девушка смущённо улыбалась и теребила в руках книжку в знакомом переплёте. Николай оторопел:

– Оксана?

Девушка замерла и мучительно пыталась вспомнить его.

– Мы разве знакомы?

– Оксана! – просиял он, подходя к ней поближе. – Я везде искал тебя.

Она стояла не двигаясь, глаза увлажнились.

– Странно, – прошептала она. – Я вас никогда не видела, но кажется, что хорошо вас знаю. И когда читаю повесть, со мной что-то происходит. Я хочу узнать.

– Конечно, – сказал он, взяв её за руки. – Надеюсь, ты больше никуда не исчезнешь.

– Исчезну, как?

– Как растворяется туман, как уплывают облака.

– Не понимаю.

– Я объясню. Только это очень длинная история.

Он вплотную приблизил её к себе. Оксана чувствовала себя странно. Она никогда не верила в любовь и отталкивала от себя всех мужчин, порой жёстко, за что её и прозвали «колючая недотрога». Ещё никому она не позволяла подобных вольностей. Но сейчас ей совсем не хотелось сопротивляться. Она никогда не видела этого человека, но всё казалось родным и знакомым: его тепло, объятья, дыхание, губы…

Пауль ГОССЕН, Виктория ДЕГТЯРЁВА

УРОДИНА

Сказка для взрослых

Жила-была девушка. Жила она во дворце и была принцессой. Звали ее Якобина. Все бы хорошо, да была она некрасива. И не просто некрасива, а очень некрасива. Короче, уродина. В чем принцесса могла в любой момент убедиться, взглянув в большое зеркало, что висело у нее в комнате. Зеркал она, кстати, боялась. Она не только старалась в них не смотреть, но и обходила подальше – чтобы не задеть и не разбить. Может, из-за того, что разбитое зеркало – плохая примета, но скорее потому, что папа ее, король Филиппок XVIII, когда-то погиб, налетев спьяну на зеркало: осколок пронзил ему сердце.

Насколько некрасиво было лицо принцессы, настолько же прекрасна была ее душа. Якобина одаривала нищих, помогала сиротам, навещала больных. Друзей вокруг нее всегда было много. А может, не столько друзей, сколько попрошаек. Народ принцессу любил, впрочем, все равно называл за глаза Уродиной.

Жениха у девушки, понятное дело, не было. Принцев в королевство заманить было невозможно. Да и королева-мачеха, оберегая покой принцессы, их не очень-то приваживала. Ведь по законам королевства принцесса-сирота, вышедшая замуж, становилась королевой. А при щедрости Якобины это было бы так расточительно для государства! Свою комнату Якобина покидала, только спрятавшись под вуаль. Стеснялась. И никто никогда не видел ее лица. Впрочем, кому интересно лицо некрасивой девушки!

Так она и жила до совершеннолетия: мачеху слушалась, от зеркала шарахалась, о принце мечтала. А