Избранный воин - Элис Кова

то, что Альдрик все еще жив. Но последний раз он являлся в видении, которое случилось в руинах. Кто знает, вдруг Ромулин прав и ее настойчивость неуместна. Возможно, Альдрик Соларис мертв. Ви закрыла глаза, словно отгоняя эту мысль, но она неуклонно возвращалась.

Мать коснулась головы Ви и принялась ласково поглаживать волосы. Нет, Ви не станет рассказывать о видениях. А вдруг они были ошибочны или отец умер, и тогда она поступит жестоко, дав матери ложную надежду.

– Дочь моя, прости меня за то, что я никогда по-настоящему не была рядом.

– Ты делала все, что могла. – Выпрямившись, Ви вцепилась в руку матери. Она не отпускала ее, даже поднявшись на колени, а затем и на ноги. Ви крепко, будто в последний раз, сжала пальцы матери. Разум отказывался признавать горькую правду, и Ви не желала скорбеть. – Теперь остальные делают все, что в их силах.

Ее мать слабо улыбнулась.

– Ты и правда стала похожа на свою тезку.

– Тезку? – Ви никогда не думала, что ее могли назвать в честь конкретного человека. Она всегда считала собственное имя немного странным, но полагала, что его придумала мать.

– Да… Однажды я встретила женщину. Ну, не однажды, скорее несколько раз. Именно она подарила мне эти часы, – Валла кивнула на аксессуар на шее Ви.

– Эти? – Сжав их, Ви посмотрела вниз. Ведь часы связали ее с Таавином. Те самые, на которых была его метка. Те самые, которые, по его настоянию, она должна была взять с собой на Меру. – Ты узнала их?

– Естественно, как иначе. – Валла кивнула. – Я бы узнала эти часы где угодно. Мне было интересно, что с ними случилось.

– Фриц сказал, что сохранил их и прислал мне. Ты не против?

– Да, милая. Если они и предназначены кому-то, то именно тебе.

Ви незаметно выдохнула с облегчением. Ей не хотелось уговаривать мать позволять оставить их у себя.

– Кто дал тебе их?

– Она сказала, ее зовут Ви.

– Почему меня назвали в ее честь? – тихо поинтересовалась Ви.

Что-то не сходилось. Ее брата назвали в честь прадеда – последнего короля Соларисов, носившего корону до эпохи Империи, которую основал их дед. Ви же дали имя в честь женщины, которую несколько раз видела ее мать?

Валла задумчиво коснулась губ. Ее взгляд казался расфокусированным и затуманенным, хотя Ви не понимала, было ли это свидетельством усталости или же того, что она сосредоточилась на прошлом, а не на настоящем. Когда мать наконец заговорила, ее слова прозвучали странно и не имели ничего общего с привычной уверенностью:

– Она была… важна.

Ви ждала продолжения, а когда молчание затянулось, спросила:

– Насколько важна?

– Прости меня. – Валла улыбнулась. – Боюсь, что чем больше времени проходит, тем труднее вспомнить что-то, что имеет к ней отношение. Твоя старая мать выживает из ума.

– Ты не старая и не выживаешь из ума. – И не умираешь. Что бы ни случилось, Ви не собиралась допускать такого исхода. Семья, о которой мечтала Ви, должна быть вместе, даже если ради воплощения этого желания ей придется бороться с самой смертью.

– Как бы там ни было, она не раз спасала мне жизнь. И каждый раз казалась скорее призраком, чем реальным человеком.

– Насколько хорошо ты ее знала? – полюбопытствовала Ви.

– Не очень хорошо.

– Как ты думаешь, она была… Странницей? – последнее слово казалось Ви тяжелым грузом, и от этого предвкушение только росло.

– Я точно не знаю, кем она была.

Ви понимала, мать устала и уже рассказала все, что помнила. Как бы ни хотелось Ви разузнать больше, она не стала настаивать. Если женщина, в честь которой ее назвали, была как-то связана со странницей, о которой упоминала Сехра, со временем Ви это выяснит.

– Мама, спасибо, что рассказала: и о часах, и о женщине, в честь которой меня назвали. Но тебе пора отдыхать, ты явно утомилась.

– Ты права. – Валла подняла руку, и Ви потянулась, чтобы сжать ее. – У меня очень понимающая дочь. Мне станет лучше, когда бремя испытаний, выпавших на долю Империи, упадет с моих плеч. Прости меня за это.

– Перестань извиняться, тебе не за что просить прощения. Мы с Ромулином будем рады, когда у тебя появится возможность отдохнуть и сосредоточиться только на своем здоровье. – Наклонившись, Ви нежно поцеловала мать в лоб. – А теперь как следует выспись перед предстоящей дорогой.

– Спасибо, – закрывая глаза, тихо сказала Валла. – А еще прости меня за то… что я повторяю ошибки своей матери. – Ее голос затихал под влиянием сна, так что спорить дальше было бессмысленно.

Ви отошла чуть назад, ее взгляд упал на твердый с виду участок на груди матери, проглядывающий сквозь небольшой ожог. Сделав глубокий вдох, она выпрямилась, развернулась и шагнула прочь из палатки, на выходе едва не столкнувшись с Джаксом.

– Ви?

– Она практически заснула. – Ви посмотрела на дядю. – Проследи, чтобы она добралась до настоящей кровати.

Джакс удивился ее тону, как и сама Ви. Обычно она не отдавала ему приказы, но теперь дело обстояло иначе. За короткий промежуток времени ситуация безвозвратно изменилась.

– С тобой…

– Со мной все нормально, я справлюсь, – мягко, но уверенно ответила Ви. – Пожалуйста, присмотри за ней.

– Именно так я всегда и делаю. – Джакс повернул голову в сторону входа. – Твой отец попросил меня о двух одолжениях. Первое – присматривать за тобой, а второе – за ней.

– Тогда не подведи нас. – Ви сжала руку Джакса. – Ты нужен мне… Всем нам.

– Я всегда буду предан Соларису. – Во взгляде Джакса читалась боль, но он по-прежнему оставался полон нежности и любви. – Меня называют сторожевым короны. Пусть так и будет, ведь я готов защищать тебя и твою семью.

– Спасибо, – прошептала Ви.

Он лишь кивнул, а потом шагнул в палатку. Ви же пошла в противоположном направлении. Ее семья ужасающе быстро распадалась, и Ви не могла допустить, чтобы разорвалась еще одна связь.

Палатка брата находилась совсем рядом – достаточно близко, чтобы Ви смогла добраться до нее без сопровождающего.

Дойдя до места, Ви решительно постучала по столбу около входа. Послышались звуки движения, приглушенные голоса, и затем в маленькой полоске оранжевого света появилось лицо Ромулина.

– С-с-сестра?

– Нам нужно поговорить. – Ви сцепила руки перед собой и прижала ладони к животу. – Ты единственный, к кому я могу сейчас обратиться. Мне нужна твоя мудрость. Ты для меня все равно что голос разума.

– Я… Да, конечно. – Ромулин обернулся, и тогда Ви заметила Андру. Продолжая смотреть себе под ноги, тот встал и направился к выходу.

– Оставлю вас вдвоем, – тихо сказал он.

– Спасибо, Андру. – Ви