Избранный воин - Элис Кова

– Итак, входи.

Ви ощущала повисшее в воздухе неловкое напряжение, но последовала за братом. Сейчас было не время для пустяковых ссор.

– Жаль, – начала она, – что мы лишились такой роскоши, как время. Что не росли рядом, бок о бок проводя года за играми и обучением. У нас не было такой возможности.

Ромулин кивнул, еще не понимая, к чему она клонит, но явно соглашаясь с ней.

– Но сейчас я понимаю, что не стала бы ничего менять.

При этом заявлении глаза Ромулина слегка расширились.

– Мы с тобой находимся в уязвимом положении.

– О чем ты говоришь?

– Я в курсе ситуации с мамой.

Слова явно шокировали Ромулина, потому что он попятился назад и тяжело опустился в одно из кресел. Затем провел рукой по лицу и покачал головой.

– Не ожидал, что она откроется тебе так скоро.

– Она и не планировала, все выяснилось совершенно случайно. – Ви понимала, что сейчас ей представилась возможность отчитать брата за то, что он скрыл от нее важную правду. Ей не нравилось, что ее близнец знал что-то, о чем она не подозревала. Но она руководствовалась логикой, которая подсказывала, что именно в этом их сила. Они обладали совершенно разными знаниями и, используя их, могли составить более полную картину.

Ромулин отказывался смотреть на сестру и все-таки наконец тихо спросил:

– Теперь ты понимаешь?

– Понимаю что?

– Почему я говорю тебе о необходимости сосредоточиться на настоящем. Нам нужно наслаждаться тем, что мы имеем: доступной нам любовью и радостью, потому что впереди нас ждет крайне сложный путь.

– Путь впереди полон сложностей и новых испытаний, но нам необходимо помнить о нем, принимая во внимание ведущую к цели дорогу. Нельзя полностью растворяться в настоящем, упуская из виду будущее.

Наконец Ромулин взглянул на нее, смерив прохладным взглядом. Ви не дрогнула и не пошла на попятную. Она пришла не ссориться, но и отступать тоже не собиралась.

– Я отправлюсь на поиски отца, – тихо пообещала она. – И помогу ему найти лекарство для матери.

– Только не начинай снова утверждать, будто отец жив. – Ромулин резко встал и принялся мерить шагами палатку.

Ви остановила его, схватив за запястье.

– Брат, мне нужна твоя помощь. Ты всегда давал мне хорошие советы, помогал продумывать планы, но сейчас я хочу, чтобы ты услышал меня. Чтобы доверился мне, как и я буду доверять тебе. Пришла моя очередь дать тебе совет. Когда я уйду, ты понадобишься матери, а также всей остальной Империи. Ты сделаешь то, что должен. Ты всегда знал, как надо поступать: доверять своей интуиции и следовать ей.

– Ви… Перестань предаваться фантазиям о побеге и играм в героя.

– Меня не волнует героизм моих поступков, я лишь делаю необходимое, потому что только я одна способна на это. – Ви убрала руку, ища в лице брата, которого она всегда знала по письмам, знакомую близость. И все же заметив ее, Ви потянулась к нему, обвила руками шею Ромулина и крепко обняла. – Мы еще поговорим. Если тебе нужно время. У тебя есть еще один день, но в Перекрестке я покину вас, а до этого хочу, чтобы ты знал две вещи. Я люблю тебя. А еще ты должен заботиться о маме и хранить все, что я тебе открыла, в тайне, делясь этим лишь когда сочтешь нужным. Я доверяю тебе как себе, так что если до моего побега у тебя найдутся некие полезные советы, с радостью их выслушаю.

Затем Ви отпустила его и ушла, оставив наедине со своими мыслями. Она точно знала, Ромулин никому не расскажет о ее планах. Возможно, их взгляды на ситуацию разнились, но Ромулин оставался ее братом, а значит, переживал о ее благополучии.

В считаные минуты Ви снова оказалась наедине с собой в своей окутанной полумраком палатке.

– Нарро хаат хуло, – прошептала Ви.

Снаружи донесся звук доспехов Джейми, подруга заняла привычный пост у входа в покои. Несмотря на необходимость сохранять тишину, у Ви имелось одно важное дело.

Перед ней появился Таавин, эмоции Ви оживляли каждый призывавший его символ. Ви наблюдала, как его черты становились четче, обретая форму, и она нерешительно шагнула вперед.

– Что случилось? – увидев выражение ее лица, мягко спросил Таавин. Его глубокий голос проникал в самую душу.

– У моей матери Белая смерть.

– Ви, свет Йарген, как же мне жаль. – Таавин быстро перекрестился и сжал ее руки.

Ви покачала головой.

– Я отказываюсь скорбеть о живой матери. О той, кто не умер и кого можно спасти. – Она посмотрела ему в глаза. – Скажи, что ее можно спасти.

– Я не…

– Скажи, что на Меру есть лекарство или что как только мы изгоним Распиана, Белая смерть исчезнет. Как только он уйдет, болезнь перестанет распространяться, и мы сможем ее вылечить, – быстро прошептала Ви.

– Хочется в это верить. – Он тихо вздохнул. – Но боюсь, все будет не так просто, и я не хочу ранить тебя, давая обещания, в выполнении которых сам не уверен. – Он погладил большими пальцами ее щеку. В темноте палатки был только он, и его заостренные уши слегка поблескивали по краям.

– Тебе никогда не ранить меня, ты подарил мне силу.

– Ты все еще едва знаешь меня. – Таавин печально посмотрел на нее. – Ви, я совершал ужасные поступки. И еще более ужасные вещи случаются с людьми, которых я осмелился полюбить, – он понизил голос до задумчивого шепота, а потом снова погладил пальцем ее щеку. Ви почувствовала, как подушечкой большого пальца он провел по ее подбородку, но важнее сейчас были его слова, а не прикосновения.

– Люди… которых ты любил?

Его губы слегка приоткрылись, на лице отразился шок. Значит, ей не послышалось. Но Ви не испугалась, она лишь крепче сжала его руку, теперь ни за что на свете не собираясь отпускать его.

Осторожно потянув его, она наклонилась вперед, а ее сердце бешено колотилось. Опыт был для нее в новинку, и, судя по словам Эллин, она вряд ли действовала правильно, ведь подруга подчеркивала, что мужчина обязательно должен сделать первый шаг. Вот только этот совет подходил для тех, кто жил спокойной, стабильной жизнью, а Ви словно балансировала на краю обрыва – один неверный шаг, и ее мир рухнет.

Ви честно не знала, любовь ли это, однако понимала, что чувства, которые она испытывала к этому мужчине, были сильными и отличались от того, что она знала