Оскоров в ЦРБ 2 - Валерий Александрович Гуров

Но Ваську этого было мало!

То, что он заставлял врачей направлять людей в свою поликлинику, мне уже было известно. Но он не остановился и на этом.

Среди бумаг я обнаружил список «инвалидов» и «больных сахарным диабетом», которым требовались льготные лекарства. Дальнейшие поиски показали, что эти лекарства регулярно запрашивались и… после перефасовки направлялись в подконтрольную аптеку. Исходя из тех бумаг, что были у меня в руках, более половины населения района получали «льготную помощь»!

Неужели он подделывал заключения? Это необходимо было проверить.

Постепенно вырисовывался план действий: сначала я посещу некоторых пациентов из списка на дому или, возможно, вызову их в поликлинику под предлогом диспансерного наблюдения. Под запись соберу анамнез и сделаю обследование. А после с помощью мисс Вальжан сформирую запрос в прокуратуру.

И господин Балаболов пойдёт по этапу. Как говорил самый известный в стране работник МУРа Глеб Жиглов: «Вор должен сидеть в тюрьме». И я это обеспечу. Он это заслужил. Мир несправедлив, и в нём часто совершается зло. К сожалению, очень часто оно остаётся безнаказанным. Но в этот раз получится наказать преступника за его злодеяния.

Почему-то от этой мысли стало спокойнее.

С лёгким сердцем я продолжил перебирать бумаги, чисто механически ксерокопируя одну бумагу за другой. Довольный и расслабленный, я перестал читать попадающиеся под руку документы, лишь изредка пробегая по ним взглядом. Но вот мне в руки попалась бумага под плотной зелёной папкой.

Любопытство пересилило усталость, и я достал документ. В заголовке значилось: Решение № 1 единого учредителя ООО «VV-Аптека».

Важная бумага, раз она отложена отдельно. Я побежал по ней глазами: «Я, гражданка РФ… принимаю решение: 1. Создать коммерческую организацию в форме Общества с ограниченной ответственностью…»

Я читал и не верил своим глазам. Нет! Этого не может быть! Почему всё так?

Теперь становилось понятно, почему Васька так аккуратно и бережно обращался с дочерью. Я знал его вспыльчивый и неконтролируемый нрав. Знал, что больше всего в жизни он любил деньги и власть. И всегда удивлялся, почему этот подлец позволял своей дочери такие вольности. Тот Васька, которого я знал ещё с начала девяностых, проявил бы свой деспотический характер и силу. И принудил бы родную дочь к послушанию.

То, что я видел нынче, всегда удивляло меня. Я думал, что всё дело в родстве — даже богомолиха не поедает своих детей. Может, и в Ваське проснулось что-то человеческое — думал я.

Как показала эта бумага — я ошибался. В ней значилось:

«Подпись учредителя: Балаболова Наталья Васильевна».

Глава 12

Всю ночь я не мог сомкнуть глаз. В очередной раз судьба подбросила мне непростой выбор — наказать преступника и вместе с ним невиновного человека. А в невиновности Наташи я был уверен — я жил с ней, работал, общался. Она не была человеком, который ради комфорта пойдёт на преступление. Или ради её безопасности закрыть глаза на злодеяния Васька?

Но в этом случае пострадает целый район. Почему всё всегда так сложно?

Надо было придумать какой-то иной выход из этой ситуации. Выход, приемлемый для людей и Натальи. Даже если этот подлец выйдет сухим из воды.

Я прошёл к пациенту в 308-м кабинете — мужчина после операции спал. Я аккуратно провёл осмотр. Всё хорошо. Утром на анализы, а после можно домой. Моего активного участия здесь более не требуется — дальше с этой ситуацией справится и Света.

Выйдя на улицу, я направился домой. Жутко хотелось спать, но ещё сильнее мучил голод. Что же делать с документами? А главное — как теперь помешать Ваську провернуть сделку с арендой территории ЦРБ под гостиницу? Расчёт был на то, что я обличу его в мошенничестве и злоупотреблении служебным положением. Но теперь эта дверь закрыта…

Или нет?

Если я буду бездействовать, уже в этот понедельник Балаболов и Голиус подпишут договор об аренде. Если я буду защищать Наташу, тысячи жителей Района лишатся возможности получать стационарную медицинскую помощь, а государство продолжит финансировать обогащение Васька.

Я шёл домой, ветер обдувал моё лицо, моросил противный холодный дождь. Гусиная кожа крадучись расползлась по всему телу. Зубы стучали, а кости трещали. Но я не чувствовал холода, не улавливал его.

Я сокрушался этой непростой ситуацией.

А что, если не усложнять? Возможно, если я попрошу Виктора Александровича перенести решение по Стационарам для ЦРБ на неделю вперёд, он согласится? Почему бы нет? Что ему помешает?

Надо попробовать!

Я вынул из кармана телефон, полный решимости разобраться с этим вопросом прямо сейчас. Вдалеке прокричал петух: «Ку-ка-ре-к-у-у-у». Пернатый постовой приветствовал солнце, осторожно выглядывающее из-за туч.

Что же это я? Сейчас же совсем рано. Небось и шести утра ещё нет. Я проверил время в телефоне — без пяти минут шесть. Рановато для звонка в Минздрав. Зато сейчас буду дома и сделаю яичницу.

Но на самом крыльце я столкнулся с Ириной Леонидовной — девушка выбегала из подъезда и невольно влетела в меня. Я еле успел её поймать, предотвратив падение.

— Оскоров? — начальница выразила неподдельное удивление. — Что Вы тут делаете в такую рань?

Я пожал плечами и, не имея желания выдумывать какие-либо оправдания, честно признался:

— С работы иду… Думал перекусить…

Это признание вызвало в заведующей шквал эмоций. Она не могла поверить, что человек так предан своему делу, что готов ночи напролёт помогать людям. Девушка не знала, как на это реагировать, и я пришёл ей на помощь:

— А Вы решили стать адептом здорового образа жизни? — перевёл я разговор в более привычное русло.

— Подумала, что мне нужна перезагрузка, — не без гордости ответила Ирина Леонидовна. — И надо отметить, что решилась я на это во многом благодаря Вам, Пётр Иванович.

Девушка кокетливо улыбнулась, сопроводив это признание нежным прикосновением к моему торсу. В очередной раз мне пришлось устанавливать дистанцию: сделав полшага назад и давая даме проход, я напутствовал:

— Всегда рад помочь. Вперёд к свершениям!

Как ни странно, этот эпизод напомнил мне о Марии. Она так и не ответила мне на сообщение. Прочитала, но не ответила.

Что с ней происходит? Я начинал волноваться за девушку. Не дожидаясь «правильного времени», я написал ей ещё одно сообщение:

«У тебя всё нормально?»

После секундного обдумывания я решил продублировать это сообщение:

«Привет. Скажи, у Маши всё хорошо?»

«Она не отвечает»

«Переживаю за неё»

Одна за одной полетели сообщения для Даши.

Программа подсказывала, что девчата последний раз были в сети в два ночи. А значит, сейчас они спали. Придётся отложить