Темный Властелин идет учиться. Том 2 - Павел Барчук

— Как вы узнали, под чьей личиной…

— Я тебя умоляю! — Лилит перебив меня взмахнула рукой, — Тоже мне конспиратор. Ни один Чернослив не способен быть неприметным. В любом теле. По Десятому миру пошла такая волна слухов о неком Сергее Оболенском, который внезапно из забитого нюни превратился в настоящего мачо. И потом… Этот элексир, который ты продаёшь. Неужели думал, никто из нас не поймёт, что в нем присутствует капля крови Темного Властелина.

Я скрестил руки на груди.

— Тебя Морена прислала?

Лилит фыркнула. В этом фырканье было больше досады, чем гнева.

— Морена беспокоится. А когда Морена беспокоится, это плохо для всех окружающих. Особенно для тех, о ком она беспокоится.

Я рассмеялся. Искренне, громко.

— Беспокоится? Морена? Да она может беспокоиться только об одном — почему я до сих пор жив, здоров. Она тебя прислала, чтобы ты выяснила, не сломался ли я окончательно и не пора ли начинать готовить запасного наследника из Виктора или Морфеуса?

Лилит на секунду задумалась, затем пожала плечами, на её губах появилась та же циничная усмешка.

— Ну, возможно. Мотивы Морены — её дело. А моё дело — посмотреть, что ты тут устроил. И передать, если будешь и дальше светиться, как новогодняя ёлка, используя семейные… ресурсы, то мало не покажется. Не от неё. От остальных. Семейка наша, ты знаешь, ревнивая. Если «Чёрная Слеза» здесь — значит, ты либо притащил рецепт, что возможно, но проблематично из-за особых ингредиентов. Либо врёшь, что глупо. Либо решил позлить всех разом, что очень похоже на правду. Любой из вариантов кончится для тебя плохо.

— Ничего не притащил и не болтал, — отрезал я. — Это был спектакль. Для местных. Чтобы поднять цену на другой товар. Верчусь, как умею. Вашими стараниями.

Лилит внимательно посмотрела на меня, затем её взгляд скользнул по застывшим Звенигородскому и Строганову.

— Эти кто? — она кивнула в сторону друзей. — Ты завёл себе… питомцев? Как мило. Надеюсь, они хотя бы умеют развлекать. — В её глазах вспыхнул привычный огонёк голодного любопытства.

— Не тронь их, — сказал я ровно, но так, чтобы было понятно. — Это мои смертные.

— Ого, как ревниво, — Лилит улыбнулась, но настаивать не стала. — Ладно, ладно. Твои игрушки. Просто знай, племянничек, Морена следит. Через портрет. А если следит Морена, то рано или поздно об этом узнают все. Так что, если не хочешь, чтоб твоих смертных навестил Виктор с его «тихими беседами» или Морфеус — притормози хоть немного свою прыть. Веди себя потише. А то, — Повелительница Страсти облизнула губы, обернулась и посмотрела на дверь, — Здесь такие… сочные эмоции. Для всех Чернославов. Могу не только я наведаться.

Она повернулась и направилась к выходу. Взялась за дверную ручку, обернулась.

— Пробуду тут пару дней. Устроюсь в самом дорогом отеле. Если что — ты знаешь, как связаться. Но лучше не связывайся. Просто веди себя прилично. Мне велено проверить, насколько ты успел засветиться. И поверь, я очень хорошо это сделаю. Нет ни малейшего желания задерживаться в мире смертных. После ритуала чувствую себя голой.

Лилит вышла, оставив за собой тяжёлый шлейф духов и лёгкое ощущение надвигающегося хаоса. А я ее знаю. Там где Повелительница Страсти, непременно возникает хаос.

Я взглянул на смертных. Поморщился. Подошёл к ним и щелчком пальцев снял тетушкино заклятие.

Звенигородский сразу же выдохнул:

— Чёрт… Оболенский, у тебя все родственники такие… э… яркие?

— Только самые лучшие, — мрачно усмехнулся я. — И запомните, когда эта «тётя Лилия» позовёт вас «на чашечку кофе»— бегите. Бегите, не оглядываясь. Если, конечно, хотите сохранить голову на плечах.

Я развернулся и уставился на портрет Морены. Ее физиономия была невыносимо довольной. Моя семейка что-то задумала. Это факт. Иначе Лилит никогда не согласилась бы на ритуал ради сомнительного путешествия в Десятый мир. Осталось понять, что именно.

Глава 13

Я не успел соскучится по тётушке, а мне уже сообщили, что меня у въезда в кампус ждёт родственница, дабы забрать на семейную прогулку. Прошел всего лишь день после ее фееричного появлению в институте. Я точно не был готов к очередной встрече. Надеялся, Лилит с головой окунется в развлечения и вспомнит обо мне где-то через неделю.

— Как на прогулку? — у Звенигородского моментально вытянулось лицо. Оно стало обиженное и даже оскорбленное, — Мы же наказаны. Нам нельзя выходить в город! Распоряжение Баратова.

— Не знаю ничего, — прогундел секретарь, мелкий парнишка, лет двадцати двух. Он явился за мной прямо на лекции, в перерыве между парами, — Вот, у меня тоже есть распоряжение. И оно тоже выдано князем Баратовым. Предоставить студенту Оболенскому два часа времени вне територии кампуса. Немедленно.

Секретарь развернул какой-то листок и ткнул его в лицо сначала Звенигородскому, потом Строганову. Хотя Никита вообще ни слова не говорил.

Трубецкая, Воронцова и Муравьева тактично отодвинулись в сторону. Им явно не хотелось рассматривать официальную бумагу, на которой виднелась личная печать князя.

— Ну зашибись… — Протянул Артем, — Кому-то, значит, сидеть на лекциях, а кто то пойдёт гулять по городу.

— Поверь, с огромным желанием поменялся бы с тобой местами, — я усмехнулся, — Только, боюсь, тётушка Лилия не оценит такой рокировки.

— Да… — ревниво протянула Воронцова, — Про твою тётушку мы уже наслышаны. Со вчерашнего дня все парни только о ней и говорят. У меня сразу отвалилось пять поклонников.

— Вот действительно, — усмехнулась Алиса, — Невелика потеря, если они сходу бросились на неизвестную красотку. Слушай… — Трубецкая с интересом уставилась на меня, — А правду говорят, что сам Баратов сошёл с ума от ее красоты? А ещё, что она явилась… Ну…

— Без белья. Ты об этом? — Помог я бедной Алисе, которая залилась краской и не могла договорить до конца свою фразу. — Не знаю. Она моя тетя, я, знаешь, под платье ей не заглядывал.

— Ага. — Поддакнул Звенигородский, — И насчет Баратова правда. Точно с ума сошел, раз отпускает Оболенского в город.

— Тетушка Лилия умеет быть очень убедительной, — я многозначительно посмотрел на Артёма.

Давал понять, что ему не мешало бы вспомнить, кем Лилит является на самом деле. Сейчас не время переживать за такие мелочи. Есть проблемы поважнее.

Так как мы находились в аудитории, рядом сидели девушки и другие студенты, я называл Повелительницу Страсти тем именем, которым она представилась князю.

— Погоди… — Строганов осторожно тронул Артема за рукав, намекая, чтоб тот угомонился. Потом посмотрел на меня, — Все будет хорошо? Или