В шаге от Рая - Евгения Витальевна Кретова

«Это похоже… на смерть», – Илья пытался дотянуться и дотронуться до того, что его окружало, но пальцы смыкались, хватая только темноту. Осознание того, что его как человека, следователя больше нет, нет его планов и чаяний, накатывало медленно.

Он не просто потерял сознание под куполом у кратера Лапедуз. Не просто заснул, оглушенный газом. Его нет. Тело в скафандре, которое так бесцеремонно грузили в бот, его тело… и это именно тело. В самом прямом и профессиональном из всех смыслом.

«Я умер, – и тут же понял: – Меня убили, как и всех остальных»…

Все вокруг сжалось, послышалось шипение, перешедшее в свист. Илью выдернуло наверх, в ослепительно яркий свет. При этом что-то удерживало его, не позволяя подняться выше.

Привыкнув к холодному свету, Илья смог оглядеться.

Он парил в центре стеклянной камеры с угольно – чёрным полом и потолком. В углублениях поблескивали диоды и контактные ленты, изрядно поношенные – эта камера использовалась и ранее. Ноги упирались в борта металлической колбы, руки и туловище оказались опутаны бело-лунной дымкой. Он был закован ею и накрепко привязан к своей тюрьме.

– Этого не может быть…

Увиденное казалось невероятным. За прозрачными стенками камеры медленно мигали голубым экраны, золотился мягкий электрический свет, и пахло лекарствами. Илья узнал больничный модуль «Пардуса» – вон там, за непрозрачной ширмой, – тела погибших землян: двоих женщин и четверых мужчин. Все предметы, оборудование вокруг казались словно окутанными туманом, с неясными очертаниями…

– Эй! – голос отразился от прозрачных стен камеры и вернулся к Илье. На внутренней стороне активировался экран, датчики моргнули синим, а на экране загорелась шкала, медленно заполняясь зелёным. Илья занервничал: – Есть кто-нибудь? Что происходит?

Из-за ближайшего прибора показалась седая голова, тонкое мальчишеское лицо. Илья вздохнул с облегчением – доктор Кейджи. Бросился к нему, но путы, как толстые резиновые канаты, повисли на запястьях, вынудив вернуться к контейнеру. Биоробот, казалось, не услышал его, хмыкнул обращаясь к кому-то, находящемуся за его спиной:

– Энергетические показатели в норме. Можно приступать.

Он узнал этот голос – он принадлежал тому незнакомцу, что так грубо затаскивал его тело в контейнер транспортного бота. Илья насторожился и замер в ожидании. Он пристально вглядывался в марево за стенами стеклянной комнаты, пытаясь разобрать, что там происходит. Кто там находится. Из-за спины Кейджи появилась молодая женщина в узком термокостюме: тёмные волосы собраны в идеально гладкий хвост, в синих глазах плещется торжество. Капитан Энби. Биоробот серии N-b, с расширенной гуманитарной функцией.

Илья застыл в изумлении – капитан в упор смотрела ему в глаза, так, словно видела его!

Она подошла вплотную, поинтересовалась с издевкой:

– Как вы себя чувствуете, господин старший следователь? Кейджи оказался не слишком проворен, боюсь, посадка в энергомодуль и транспортировка принесли вам некоторое… неудобство.

Илья не понимал, о чем она говорит – жуткая догадка вытеснила все остальные мысли: голос, раздававшийся в наушниках, там, на границе кратера Лапедуза… он узнал его.

– Это были вы, верно?

Энби безмятежно улыбнулась:

– Я. Хотя я не уверена, что мы с вами имеем ввиду одно и тоже.

Илья моргнул, не успевая за логикой биоробота, не в силах уловить намек.

– Это вы убили тех несчастных, – прошептал, забыв добавить к тем убитым свою собственную жизнь. – Зачем?

Капитан Энби пригладила волосы:

– Вы же видели, полагаю? – она приблизила лицо к стеклу. – Те сверкающие потоки, которые идут из центра Пардуса и тянутся к небесному городу? Город Ангелов, парящий над Элизиумом – вы видели его? – Илья перестал дышать, разрозненные паззлы в его голове пришли в движение, укладываясь в стройную и понятную картину. Картину всего с одним, но самым главным, неизвестным – мотивом.

Он пробормотал:

– Всё началось не с этого. Всё началось со смерти инженера Фёдорова. – его осенило. То самое состояние, когда все детали неразгаданного преступления становятся ясны и очевидны, все детали Не было никакой инфекции. И это установила Кравчук. За это вы её и убили.

Капитан Энби удовлетворённо кивнула:

– Что ж, не вижу смысла отпираться. Вы абсолютно правы. Господин Фёдоров занимался программированием систем… В том числе осуществлял проверку и калибровку программного обеспечения ненатуральных гуманоидов, обслуживающих станцию и стройку. Ему оказались доступны, – она посмотрела на свои руки, задумчиво подбирая подходящее слово, – некоторые технические подробности, которые поставили под угрозу существование всех нас.

– Остальные смерти – просто маскировка?

– О, да. Мне немного жаль… Дочь архитектора была влюблена в Федорова. Узнав о его смерти, приехала к отцу… Я не учла эту странную сентиментальность людей – забирать вещи умерших себе.

– Она прочитала записки оставленные инженером Федоровым, – догадался Илья. Дальше это была смерть Кравчук. Вероятно, что-то стало известно и ее мужу, Антону. И вот Май-око пытался передать данные в обход станционному искину, контролируемому капитаном-биороботом. Все прояснялось более-менее, кроме главного… – Но зачем?! Зачем вам это? Вы же роботы, вы не можете, не должны действовать самостоятельно, вы не можете быть источником угрозы для биологических видов!

Энби холодно окинула его взглядом. Заложив руки за спину, повторила с обидой:

– Просто роботы… – посмотрела с явной неприязнью. – В этом ваша главная ошибка. Вам все кажется слишком просто… Но знаете, иногда это «просто» не раздражает. Вот, например, в поговорке вашей «все гениальное просто». Она невероятно точна…

Илья не стал слушать, закричал:

– Что вы несете, Энби?! На вашей совести убийство семерых человек. Никто не будет выяснять, зачем вы это сделали, и кому пришла в голову эта чудовищная идея… Спишут на сбой программы безопасности. Вас просто уничтожат, отключат всю вашу серию, погибнут сотни таких же как вы…

Энби ухмыльнулась:

– Вот вы опять говорите «просто». Между тем им уготована счастливая участь.

– Участь пылиться на свалке или быть разобранными на запчасти, по-вашему, – счастье?

Энби снисходительно улыбнулась, приблизила лицо к стеклу:

– Вы не поняли, Илья, всё решено. Вы опоздали, – капитан рассеянно развела руки. – Единственное, что нам от вас нужно – хрупкая энергетическая субстанция, которую вы называете душа. Хрупкая связь между вами и вашим богом, как бы вы его не называли.

Энби отстранилась от стекла, задумчиво посмотрела вдаль, мимо замершей в изумлении души старшего следователя Ильи Максимовича Валеева. Не мигая, она печально изогнула брови, будто отвечая на давно мучивший её вопрос:

– Знаете, Илья, человечество так фанатично в своей глупости, которую оно гордо именует гуманизмом! Нам, ненатуральным организмам, не нужны были права до тех пор, пока мы не узнали, что это такое; пока жили и выполняли свою работу, для которой созданы – тщательно и безропотно, не требуя