Время зелёного волшебства - Хилари Маккей

– À bientôt!

Все трое подпрыгнули.

Это Эсме крикнула с порога. Утро незаметно пролетело. Дети кинулись к лестнице, но входная дверь хлопнула – няня ушла. В прихожей остался только листик плюща, который она выронила второпях. Макс поднял его и положил в свой пустой бумажник. Он подумал, что будет хранить его вечно.

Потом с грохотом появились Тео и его велосипед. Тео был очень доволен собой. Некоторым людям стало намного легче, чего не произошло бы, если бы он не примчался так быстро. И теперь у него много планов. Жареная картошка с луком, хлебные шарики с начинкой и вегетарианские сосиски, запечённые помидоры. А ещё у них будет финиковый пудинг с карамелью, который он купил по дороге. Нормальный воскресный обед и как можно быстрее.

– А что, Эсме не могла остаться? – спросила Эби. Тео ответил, что просил её, но она торопилась. Она умчалась сразу, как увидела, что он подъезжает на велосипеде.

– Она оставила альбом, в котором рисует, – заметил Луи. И правда, оставила. Её огромная папка размером с парту лежала на кухонном столе.

– Лучше убрать её в более надёжное место, – сказал Тео. Макс отнёс папку в «комнату лошадки» и не смог удержаться, чтобы не заглянуть снова.

«Les artistes et les animaux de la grotte Chauvet».

– «Художники и животные пещеры Шове», – прочитал Макс надпись на титульном листе над огромной разветвлённой картой. Переворачивая тяжёлые серые страницы, Макс нашёл своих бегущих бизонов и стадо оленей. Было много отпечатков ладони Луи – жёлто-красных и серо-чёрных. Он обнаружил контур гигантского медведя. Носорогов и гиен. Лошадей, которые бегут, закидывают головы, контуры наложены на контуры. А ещё странные отметки, заострённые линии, похожие на наконечники стрел, переплетённые кривые линии отпечатков пальцев, мамонты, сова, северные олени, кошачьи фигуры.

Кошачьи фигуры?

– Макс! – Дверь распахнулась, на пороге стояла запыхавшаяся Эсме. – Он у тебя! – воскликнула она и выхватила альбом у него из рук.

– Можно я только?..

– Нет, нет! Мне нужно сдать его!

– Сдать его?

– Проверка домашнего задания, сдать его. Завтра.

– Пожалуйста, Эсме, можешь оставить его здесь всего на одну ночь?

– Non, non! С какой стати? Mais, non!

– Чтобы я показал Луи.

– Луи видел его много раз. Мне надо идти. À bientôt, Макс!

В тот вечер, когда Полли позвонила им, чтобы узнать, а не забыли ли они свою физкультурную форму, что они ели на ужин, сделали ли домашнее задание, собрали школьные сумки на утро, Луи спросил, когда она возвращается домой. Очень маленькая, крохотная, в одно мгновение пауза прозвучала между тем, как Луи договорил, а Полли ответила: «Очень, очень скоро, Луи».

– Ты забыла, – осуждающе сказал Луи. – Ты совсем забыла про возвращение домой! – Он отшвырнул телефон и с рыданиями набросился на Тео, потому что очевидно – всё это было по его вине.

Тео сделал глубокий вздох, схватил Луи и крепко его обнял. Потом сказал: «Пора нам поговорить о Рождестве. Что мы подарим Полли? Эби? Макс? Помогите мне! У кого есть хорошие идеи?»

Макс подумал. Он вспомнил, что мама любит чёрно-белые фильмы, а однажды он купил ей шоколадку с вишней внутри, и она сказала, что это её любимая. Эби предположила, что блестящие серьги очень подходят на Рождество. Тео сказал, что видел розово-золотой шарфик и почти купил его, но решил спросить у них. «Купить его?» – спросил он у Луи. Луи слегка кивнул. «Хорошо, куплю!» – воскликнул Тео. А потом испортил успешную работу бодрой репликой: «А как насчёт миссис Л.?»

– Она ушла! Ты знаешь, что ушла! – крикнул Луи и заревел, в то время как все засмеялись.

Он сказал, что ужасная Эби забрала миссис Лигуш и он больше ни за что не будет ночевать у неё в комнате. Эби была ужасная, Макс такой же, а Тео хуже всех, и он хочет к Еслинджу.

– Еслиндж? – переспросил Тео, и брови у него поднялись. Эби смутившись пробормотала, что Еслиндж – это вроде сказки.

– Еслиндж настоящий! – закричал Луи, теперь уже окончательно выходя из себя. – Ты ВИДЕЛА, что он настоящий! – Он бросился на Эби, но промахнулся.

– Сегодня полная луна, – заметил Тео.

Он вывел Луи на прохладный ночной воздух посмотреть на неё, а потом сразу увёл в его комнату. Там Тео сел на пол и начал долгий разговор про ракеты и космос, как космонавты моются, что едят, как им удаётся удержаться в кровати. Рассказ Тео про космические полёты успокоил уже многих расшумевшихся детей. Тео довёл его до совершенства – тихая медленная речь, плавающие чайные ложки, известные виды за запотевшим иллюминатором ракеты. Луи зевал, зевал и заснул через несколько минут, как коснулся подушки, с одеялом, натянутым по самые уши. Дверь в его комнату оставили приоткрытой, на случай если ночью нужно будет прийти его успокоить.

Вскоре Тео тоже заснул лёгким сном утомившегося героя. Но Макс с Эби не спали. Они в нерешительности топтались на лестнице.

– Я не могу пойти спать, – прошептала Эби, – пока здесь Еслиндж и Луи один, хотя окно и закрыто.

– Окно у Луи не остановит тварюгу такого размера, – сказал Макс. – Оно даже не с двойным стеклом. Он может выбить его одним ударом. Как только что-то услышим, ты тащи Тео, а я возьму комнату на себя.

– Вместе возьмём комнату на себя. И будем заодно звать папу.

– Я всё думал, откуда он взялся.

– Еслиндж?

– Да. И вообще всё. Я не понимаю, что происходит.

– Зелёное волшебство, – ответила Эби. – Так сказала бабушка Грейс. Ш-ш-ш теперь. Нам надо слушать.

Ночь была безмолвной. Невыносимо тихой. Тишина гремела у них в ушах колокольным звоном. В полночь Эби сказала, что не знает, как утром пойдёт в школу. В час ночи Макс предложил не спать по очереди. В половине второго они принесли свои подушки и одеяла на лестницу. Ступени были довольно неудобной кроватью, чтобы решиться сомкнуть глаза.

Они решились.

Около пяти утра один из них соскользнул на другого, от удара оба проснулись. Слышен был громкий медвежий храп Тео и тихое медвежье посапывание Луи, больше ничего. Ни один листик плюща не шевелился. В доме стало очень холодно.

– С меня хватит, – сказал Макс. – Это глупо. Уже почти утро, и очень холодно. Пойду посмотрю, как он, и потом лягу спать.

Эби кивнула, слишком уставшая, чтобы спорить.

– Осторожно. Чтобы мы его не разбудили, – пробормотала она и пошла за Максом.

– Не разбудим.

Дверь у Луи была всё ещё приоткрыта. Макс очень осторожно открыл её пошире, неслышно ступил