Только бы зеркало уцелело - Анна Викторовна Дашевская

– Да? А как?

– Зеркало в Риме, в бальном зале отеля «Сен-Реджис». Зал сейчас свободен, так что мы спокойно пройдём до лобби и выйдем на улицу, а там такси и аэропорт. Остаться в Риме мама не захотела, – и он чмокнул её в макушку.

– Ну да, понимаю, – Макс повесил на плечо оба наших ноута. – Мне тоже некоторое время не захочется думать о Римской империи. Долго не захочется. Ну что, пошли?

Через час с хвостиком мы были в аэропорту, а ещё через два сидели в креслах бизнес-класса рейса Аэрофлота на Москву.

Конечно, работать они не бросили. Не прошло и недели после нашего возвращения, как отцу позвонил один из постоянных клиентов, отрекомендовал своего делового партнера, тому нужно было кого-то проверить… И жизнь вошла в обычную колею.

Мы с Максом, естественно, проверили, что делается у нас с магическими способностями здесь, в Москве, и порадовались – всё на месте! Да, резерв заполняется медленнее, но тренироваться это не мешает. И мы ежедневно тратили время не только на разминку, но и на медитацию, и на выполнение упражнений, которые нам посоветовал мессере Василис. Я своими способностями почти не пользовалась…

Ну да, почти! А кто удержался бы от того, чтобы узнать, что на самом деле думает о тебе лучшая подруга или самый красивый мальчик в школе? Зря я это сделала, кстати, потому что ничего радостного не узнала. Повторять не захотелось.

На второй день мама заметила, что я хожу, словно в воду опущенная, и выпытала, в чём дело. Выслушала, вздохнула и погладила меня по голове, словно маленькую. Я вырвалась и убежала в свою комнату, и дверь закрыла. Поплакала, позлилась, а потом решила, что о ментальной магии временно забуду. Нет, не так: буду помнить, что она у меня есть, только дома, с Максом. И тренироваться на нём. Что бы ни думал обо мне брат, это будет правильно.

Время шло.

Макс закончил одиннадцатый класс и поступил – неожиданно для всех, – в университет на физику. Я перешла в другую школу, с углублённой математикой, так что лучшая подруга стала однозначно бывшей. Учиться было сложно, дико сложно, если бы не брат, я б не вытянула. Но он помогал, так что дело пошло.

«Ah! ça ira»[14] – говорила я сама себе, когда было совсем паршиво, и тут же вспоминала бал в Париже, зеркало, его растворившуюся стеклянную гладь и то, как шагнул в это окно мужчина в чёрном камзоле и кружевах, мессере Авгурион. Было ли это на самом деле? Было, говорил мне дар, певший в крови. Ты можешь, и дело пойдёт.

Закончила школу, сдала экзамены в университет, и даже на бюджетное отделение, спасибо золотой медали. Хоть я и сама над собой посмеивалась, сравнивая с породистой выставочной собакой, но медаль-то помогла? Вот именно!

Правду говоря, и ещё кое-что напоминало о тех нескольких днях, что мы провели в другой реальности. Во-первых, несколько раз в родительское агентство обращались люди по рекомендации мессере Авгуриона, а один раз – лично от доминуса. Предки хорошо поработали, заказ был выполнен даже с некоторым блеском, и оплачен не хуже, чем то страшноватое расследование убийства.

Во-вторых, после возвращения домой за нами всеми следили. Попытались следить, я это просекла почти сразу и пожаловалась отцу. Не знаю, что он сделал, но слежка исчезла, чтобы возобновиться через полгода… через год… и ещё через год…

Нет, мне-то всё равно: если кому-то хочется знать, пойду ли я в кино на премьеру, и если да, то с кем, так спросить у меня было бы проще. Но однажды – в Москве, в центре города, среди бела дня! – на маму попытались напасть, и тут, ясное дело, отец испугался всерьёз.

К нам приставили охрану, родители начали обсуждать варианты нашего переезда в другую страну… В общем, стало совсем кисло, пока в один прекрасный момент я не поглядела в окно и не увидела в переулке возле нашего дома знакомое лицо.

– Макс! – позвала я.

Видно, голос у меня был такой странный, что братец поднял голову от учебника.

– Что тебе, мелкая?

– Макс, посмотри в окно, пожалуйста.

– Ну?

– Вон там в арке напротив, видишь, парень стоит?

– И что?

– Ты его не узнаёшь? Это один из… как их… преторианцев доминуса.

Он всмотрелся в фигуру, полускрытую тенью арки, хмыкнул и слегка щёлкнул меня по лбу.

– Не выдумывай.

Но зерно сомнения было заронено. Если у слежки и прочего ноги растут из Ромеи, то переезжать можно хоть в Нью-Йорк, хоть в Тель-Авив, хоть в Тимбукту, найдут где угодно. Ну, может, в Тимбукту отыщут не сразу, там зеркала не везде…

– Ты как хочешь, а я сегодня же всё расскажу родителям, – я посмотрела на брата; по его мрачному лицу безо всякой ментальной магии можно было прочесть, что он со мной согласен.

Родители пришли поздно, даже очень поздно, но мы оба их дожидались.

– Вы чего не спите? – спросила мама. – Завтра что, занятий нет?

– Ма-ам, во-первых, у нас сессия, – протянул Макс. – А, во-вторых, поговорить надо.

– Ладно. Сейчас руки вымоем… Еда есть в доме?

– Есть. Варвара Николаевна приготовила всё, как ты велела. Могу разогреть, – вскочила я.

Мама поглядела на отца – вид у него был замученный до невозможности, аж лицо казалось серым.

– Миш, есть будешь?

– Чаю выпью, еда в глотку не полезет. Но давай сперва поговорим, а то меня срубит.

Мы с братом переглянулись, и он еле заметно кивнул: излагай. Я и изложила – мол, возле дома караулят, узнала выходца из Ромеи. Отец вздохнул еле слышно.

– Ромея… Н-да. Я надеялся, что обойдётся без этого.

– Ты считаешь, это может быть месть? – мама покачала головой. – Четыре года прошло, что-то они подзадержались.

– Ну, во-первых, мы ж не знаем, какие там были обстоятельства. Двоих убийц заключили в магическую тюрьму, а Гай Валерий Басс дрался с братом на дуэли. Как мне сказали, он был так тяжело ранен, что мало отличался от мёртвого. Возможно, он выкарабкался и пришёл в себя, или стал взрослым сын Афрания, или что-то ещё их… торкнуло. Во-вторых, опять же, нам неизвестно, у власти ли на сегодняшний день Август Асперус, или правитель сменился. Или Август решил, что он переплатил.

– Короче, может быть всё что угодно… Зря мы тогда на эту работу согласились.

Маминым тяжким вздохом можно было бы погасить пару больших шандалов.

– Поздно уже метаться, – отец встал. – Я завтра с утра попробую кое-что предпринять, получится или нет – не знаю. У вас когда экзамены? – повернулся он к нам.

– У меня два осталось, послезавтра и в понедельник на следующей неделе, – отчитался Макс.

– У меня один, в пятницу, – сказала я. – Консультация в четверг, но я могу не ходить.

– Лучше пойти, но охрана чтоб тебя