Мельница 3 - Михаил Васильевич Шелест

Я вздохнул.

— Эта песня хороша. Начинай сначала, — подумал я.

— И у тебя есть свои песни? — продолжила пытку русыня. — И стихи?

Я вздохнул и пожал плечами.

— Не прочтёшь? Раз уж у нас так пошёл урок…

— Про лето? — спросил я.

— У него шикарная песня по майский дождь, — сказала Людка Соловьёва.

— Ну, да, — замялся я. — Это не стихи, а песни. Читать их я не умею.

— Тогда спой, — крикнул Гребенников издеваясь.

— А, действительно, спой, — сказала Лидия Фёдоровна. — Если не страшно.

Я усмехнулся.

— Ну смотрите, сами напросились, — сказал я почти беззвучно хлопая в ладоши, отбивая ритм, запел:

— Вся земля, вся земля теплом согрета

И по ней я бегу босиком

Я пою, и звезды лета

Светят мне даже днем, даже днем

Я так хочу, чтобы лето не кончалось

Чтоб оно за мной умчалось, за мною вслед

Я так хочу, чтобы маленьким и взрослым

Удивительные звезды дарили свет

Лето, ах, лето

Лето звездное, звонче пой!

Лето, ах, лето

Лето звездное, будь со мной!

Дождь грибной, играет в прятки

С ручейком и со мной, и со мной

Ветерок, ветерок, надев крылатку

Манит в лес за собой, за собой

Я так хочу, чтобы лето не кончалось

Чтоб оно за мной умчалось, за мною вслед

Я так хочу, чтобы маленьким и взрослым

Удивительные звезды дарили свет

Лето, ах, лето

Лето звездное, звонче пой!

Лето, ах, лето

Лето звездное, будь со мной!

Выше птиц, лететь хочу я

Чтоб взглянуть с голубой высоты

На страну, на страну мою большую

На леса, на луга, на цветы

Я так хочу, чтобы лето не кончалось

Чтоб оно за мной умчалось, за мною вслед

Я так хочу, чтобы маленьким и взрослым

Удивительные звезды дарили свет

Лето, ах, лето

Лето звездное, звонче пой!

Лето, ах, лето

Лето звездное, будь со мной!

[1] Мускулюс глютус — Большая ягодичная мышца (лат. musculus gluteus maximus) — самая большая и массивная мышца в теле человека, наиболее поверхностно расположенная среди ягодичных мышц.

Глава 14

Последний припев пел весь класс, и Лидия Фёдоровна тоже тихонько подпевала.

— Вот это песня! — заорал, как белый медведь в тёплую погоду Ерисов. — Настоящий шлягер!

— Тихо Андрей! Ты чего так возбудился⁈ — воззрилась на него русыня.

Она вообще-то была строгим учителем и к тому же — завучем, а это всё-таки статус, и то, что происходило сейчас на уроке — был нонсенс. Невероятное событие!

— Эту песню нужно срочно опубликовать в газете! — сориентировалась Наташа Терновая. — В «Комсомольской правде».

— Комсомолка не печатает таких стихов, — сказал Юра Алексеев. — Ей патриотичные подавай.

— Правильно, Наташа. Попробовать надо. Но начать лучше с наших газет. В «Рыбаке Приморья» с удовольствием возьмут, я думаю.

— Или «Тихоокеанский комсомолец», — вспомнила Терновая.

— Во! Правильно, Наташа, — поощрила учительница. — Очень хорошие стихи и песня. Молодец, Миша. Всегда у тебя хорошие сочинения получались.

— Писателем станет, — сказал Варёнчик.

— Поэтом-песенником, — добавил Грек.

— Да у него уже песен, как у дурака махорки, — сказал Лисицын.

Русыня поморщилась, как от зубной боли.

— Валера! Что за… вульгарность? Учишь, вас учишь…

Прозвенел звонок.

— Ладно! Странный у нас был урок, но интересный, — сказала Лидия Фёдоровна. — А ты, Миша, зайди сейчас к директору.

— Зачем? — удивился я.

— Про песни твои поговорим. Я только журнал занесу в учительскую и тоже спущусь.

— А давайте, я журнал отнесу, — предложила Ирина Новикова.

— А? Отнеси, Ира. Пошли, Миша.

Мы пошли. Светлана Яковлевна встретила нас удивлённым взглядом.

— Что-то натворил? — спросила директриса.

Русыня улыбнулась.

— Как сказать… Я по поводу той афиши Высоцкого, что мы обсуждали вчера. Вот полюбуйтесь. Это он. Повзрослел как, да?

— Шелест⁈ А ведь, точно, он. И в тех же джинсах, наверное. Они там как близнецы-братья с Высоцким.

Я даже обиделся за себя, что сам не видел плаката. Не видел, и не имею.

— И сейчас на уроке, Миша исполнил прекрасную песню собственного сочинения.

— Под гитару⁈ — удивилась Светлана Яковлевна.

— Да, нет, — улыбнулась Лидия Фёдоровна. — До гитары дело не дошло, но предлагаю, чтобы дошло. Предлагаю устроить творческий вечер.

— Чей творческий вечер? — не поняла Светлана Яковлевна.

— Его, — русыня показала пальцем на меня.

— Вы, Лидия Фёдоровна, извиняюсь, — директор школы, что-то хотела ещё сказать, но посмотрела на меня и нахмурилась.

— Иди, Миша на урок. Мы с Лидией Фёдоровной сами этот вопрос обсудим.

Я кивнул и вышел. Сам же отошёл к окну напротив кабинета и включив все средства коммуникации, какими владел, стал смотреть и слушать разговор директора и завуча.

Сначала директриса постучала себя по голове средними костяшками пальцев правого кулака.

— Вы, Лидия Фёдоровна, совсем с ума сошли? — тихо спросила завуча Светлана Яковлевна. — Какой творческий вечер? Ученика нашей школы? Он, что, лауреат премии Ленинского комсомола? Член союза писателей? Известный поэт? Вы читали его стихи?

— Читала, — спокойно сказала русыня. — Увидела у Татьяны Зориной в тетрадочке-дневнике. Там, где они записывают пожелания всякие, стишки… Вот и прочитала я там стихи, подписанные Шелестом. Сами стихи Зорина переписала, а подписал Шелест. Очень хорошие стихи: «Майский Дождь», «Осень» и ещё несколько. Зорина сказала, что сначала он сказал, что стихи написал какой-то парень по фамилии Шевчук, но… Я уверена, что это его стихи. Но даже и пусть они будут не его, но другие…

Завуч сделала паузу и со скрытым значением показала пальцем куда-то вверх.

— Я когда позвонила в филармонию и спросила, какого Михаила Шелеста они ждут на сцене с Высоцким, знаете, что мне сказали?

— Что?

— Что знать не знают, кто такой этот Шелест, но за эти концерты просила сама дочь Андропова. И что один концерт на Шаморе — бесплатный — уже прошёл с очень большим успехом. И что они собираются приглашать этого Артиста на гастроли. Они предположили, что это не фамилия, а творческий псевдоним. Но я-то ведь видела афишу. А сегодня пришёл он… Вы видели сами, как он… возмужал… и это он, да. Он и про вертолёт рассказал. Они, оказывается, на Бикин летали