Студент: Перевод Стрелок - LikanTrop

из его подельников проболтался о мероприятии и о фуре, загнанной в Лобне на склад. Проболтался Жуку — правой руке Митяя. Жук, в свою очередь, в тот вечер отправился на катран к Тяпе, где и проговорился местному смотрящему об угнанной фуре.

— После чего Тяпа сразу же набрал Журику, — закончил эту нехитрую комбинацию Гия, — чтобы приподняться в моих глазах.

— Не знаю, зачем он это сделал. Но ни Митяй, ни Жук, ни тем более Тяпа о нычке знать не могли. А Журик приехал ближе к обеду в Долгопу уже на следующий день, где в цвет сказал, кто увел фуру, — я развёл обезоруживающе руки в стороны. — После чего была стрелка, и я лично отогнал фуру на заправку и проследил, чтобы Журик её забрал.

— Ты намекаешь, что из всей твоей цепочки одновременно и про нычку и про местонахождение фуры знал только Журик? Я правильно понял? — Гия уже откровенно хмурился, и от его радушия не было и следа.

— Я не намекаю. Я рассказываю, что узнал, а выводы, повторюсь, делать вам, — сделав паузу, я добавил: — Только вот сразу после нашего разговора, прямо на следующий вечер, к Митяю пришёл тот самый Жук, который воткнул в спину Митяя перо. И уверенный, что сейчас загасит Митяя, признался, что его отправил Тяпа. И если бы покушение вышло удачным, узнать у Митяя про то, кто передал Тяпе информацию о фуре и ее местонахождении, я бы, как вы понимаете, не сумел бы. Да и с доставкой следующего груза были бы проблемы.

— Митяй твой у Тяпы рынок пытался отжать. Я в курсе. С чего ты взял, что это не за рынок была ответка? — задал резонный вопрос Гия, немного удивив меня своей осведомлённостью новостями из Лобни.

— Потому что с рынком у Митяя ничего не вышло. На следующий же день его людей на рынке на горячем повязали менты. А замначальника ГОВД без затей сказал, что в Лобне всё поделено, и если он ещё раз на рынке Митяя увидит, тот на свободе не задержится. А значит…

— … угрозы со стороны Митяя для Тяпы не было. Мстить, да ещё когда вопрос закрыт только что — только перед мусорами палиться, — за меня закончил предложение Гия. Размышляя о чём-то своём, он поднёс стакан с виски ко рту и сделал глоток. — Это серьёзные слова, Слава. Очень серьёзные, — покачал он головой. — Но ты же понимаешь, что по факту ты взялся решить вопрос с деньгами и его не решил? Ты парень хоть и молодой, но умный, нехорошо выходит, если я своё не получу. Перед людьми неудобно.

— Я всё понимаю, Гия, и от долга не отказываюсь, — я взял пакет и положил на стол, развернув его, достал немецкую валюту и положил сбоку от себя. Совать деньги в руки Вора было бы верхом идиотизма.

— Сколько там?

— Двадцать тысяч дойчмарок. По реальному курсу — в районе пятнадцати тысяч долларов, — озвучил я. — В дальнейшем мы вернём вам все сто шестьдесят тысяч долларов, но, с вашего позволения, частями в течение года. Будем завозить вместе с деньгами на общак.

— Долго, — задумчиво покачал головой Гия.

— Долго. Но, во-первых, может, к тому времени деньги будут найдены, — с намёком сказал я, внимательно посмотрев на Вора. — А во-вторых, этот долг я на себя мог бы и не брать.

— Но ты УЖЕ его на себя взял, — кивнул на деньги мужчина.

— Взял. Из уважения к вам и для возможности в дальнейшем с вами работать. Эти деньги — мой жест, чтобы завоевать ваше доверие и показать уровень на котором со мной можно работать, — спокойно произнёс я. — Следующие поставки вашего груза мы так же можем принимать прямо в Лобне, под боком у Шарика. Чтобы не гнать машину с баблом через весь город. А после изъятия, привозить деньги — лично вам. Куда и когда вы скажете.

— Хитрый, хитрый волчонок. Долг берёшь, а сам старика в долги сладкими словами норовишь вогнать, а? — улыбнулся мне лукаво мужчина, которого разговор со мной явно начал забавлять.

— Никаких долгов. Исключительно деловое предложение.

— И в чём же твоя выгода, сынок? — прищурился мужчина. — Я ещё могу понять, если бы Паша это говорил. Дабы от моего имени на городе дальше сидеть. Но твой какой интерес?

— Во-первых, сам факт, что мы с Митяем работаем с вами по грузам, уже большое подспорье, — начал я. Гия согласился — это он понимал. Возможность прикрыться его именем для нас и правда была бы неплохой защитой от посягательств на Шарик со стороны уголовного мира. — А во-вторых, я бы хотел попросить вас увеличить поставки алкоголя. Долгопа готова брать больше. Рады будут заработать на водке и Митяевские с Лобни. Вы позволяете нам заработать — мы помогаем зарабатывать вам. Так что как я и сказал — исключительно взаимовыгодное сотрудничество. К тому же и долг погасить я так смогу куда быстрей.

— И сколько же ты водки хотел бы брать? — подумав немного, спросил Гия.

— Четыреста пятьдесят ящиков раз в две недели. Помимо тех ста пятидесяти, что уже есть сейчас.

— Итого шестьсот ящиков. Губа не дура, паренёк! Виски налей, — кивнул мужчина на бутылку, громко хмыкнув.

Я с радостью разлил нам шотландского напитка, предварительно кинув в стаканы кусочки начавшего таять льда. Гия отпил и задумчиво ответил:

— Ещё сто пятьдесят ящиков к тому, что есть сейчас. Раз в две недели, — подумав, Гия продолжил: — Я проверю твои слова на счёт Журика. И на счёт Тяпы тоже. Если подтвердится… в общем, тогда подумаю, чтобы добавить ещё сто пятьдесят. И на счет груза подумаю. Пока же вместе с долей в общак ты будешь заносить мне по двадцать тысяч долларов. Восемь месяцев подряд.

Я прикинул про себя: выходило сто шестьдесят тысяч — то есть марки я Гие выходит просто подарил. Неприятно, но терпимо. А грузин тем временем продолжил:

— Когда будешь нужен или деньги найдены — я приглашу тебя через Пашу. Пусть кстати не расслабляется — это не только твой долг, но и его тоже. Спрос с вас обоих. Пока плата идет — Паша сидит в Догопе.

— Хорошо, — кивнул я, соглашаясь. —