Обратный отсчет - Токацин

Гедимин неопределённо пожал плечами. «До сих пор всё шло по плану. А что будет дальше — не знаю. Но, в целом, он прав. Если без непредвиденных случайностей, за четыре дня закончим.»

— А тебя там, наверное, ждут, — сказал Шесек, когда ниша, наполненная однотипными «образцами», закрылась. — Со всеми этими штуками. Если они по частям, так надо же собирать.

— Угу, — отозвался Гедимин. — Сами себя не соберут.

«Четыре дня,» — думал он. «А потом пойдёт монтаж… Hasu! Это всё ещё нужно довезти. Три-четыре дня в один конец…»

— Вот именно, — сказал Шесек, пристально глядя на сармата. — Скажи своим — пора собирать караван. Чтобы тебе тут не застрять на лишнюю неделю. Обернуться до плохих дней.

— Когда следующие? — насторожился Гедимин. Шесек неопределённо шевельнул ухом.

— Это Кайшу надо спрашивать. До конца недели вроде будет спокойно. А дальше — кто его знает. Скажи своим — пусть собирают караван. Путь-то неблизкий.

Гедимин оглянулся на спокойно светящуюся печь и развернулся к закрытому спальному отсеку. «Не люблю говорить заранее…» — он недовольно сощурился. «Но — Шесек прав. Караван за пять минут не добежит. А сидеть тут лишнюю неделю не хочется.»

Он вспомнил ночную попытку просканировать печи и поморщился. «Фонило» в этом помещении всё, и расплести клубки излучений никак не получалось, сколько защитных полей сармат ни ставил. «Если бы вытащить один агрегат наружу, где фон ниже…»

Додумать он не успел — под потолком загудело. Потом ворота затрещали, и Шесек подпрыгнул на месте.

— Стражи, чтоб им всем! Так и знал — не дадут работать!

«Стражи…» — Гедимин, угрюмо щурясь, приспустил с плеча сфалт — так, чтобы удобнее было перехватить за сопло. «Явно не союзники. Союзники ворота не ломают.»

— Тахушсу! — услышал он сердитый голос Шесека. — Ладно, этим троим заняться нечем. Ты-то куда⁈

— Кому нечего бояться, тот не скрывается, — отозвался щёлкающий, скрежещущий голос. Шесек отступил, пропуская существо, похожее на моток белой проволоки. Следом, оглядываясь по сторонам, вошёл инсектоид с массивными жвалами. Из-под его ног, волоча за собой посох, вышмыгнул многолапый ящер.

— Что ты тут делаешь, когда двери закрыты? — Тахушсу поднял палку и посмотрел на цех сквозь навершие. Шесек фыркнул.

— Что делают в литейнях? Ты тут не первый год — пора бы и запомнить!

— Я помню, что литейни Пламени — не для чужаков, — тяжёлый взгляд стража остановился на Гедимине. Тот сощурился в ответ.

— Я тут работаю. А вот ты…

— Помолчи, убийца городов, — существо ударило посохом об пол, высекая белые искры. — Покажи свою работу, литейщик. Что вы сделали за закрытыми дверьми?

— Ничего не трогать — ни пальцем, ни палкой! — сердито фыркнул Шесек, доставая ключ от склада. Стражи, переглянувшись, пошли за ним. У ворот осталось существо, похожее на тихоходку. Оно устроилось поперёк проёма, будто хотело помешать кому-то выйти. Гедимин, нехотя вернув сфалт за плечо, двинулся за стражами. «Инспекция, мать моя колба… Что-то испортят — переломаю все палки. Плазме, небось, поддадутся.»

«Моток проволоки» сунулся на заполненный склад, выставив посох поперёк двери. Белые световые пятна заскользили по полу, накрывая одну за другой готовые детали.

— Металл и Воздух. Металл и Вода. Металл и Камень. Огонь. Молния. Что это? Для чего?

— Для дома Пламени, — отозвался Шесек. — Видишь? Тут только литой металл. Что ты думал найти⁈

— Akksoyi, — белое пятно коснулось ипрона и погасло, будто втянутое в жёлтую поверхность. — Священный металл. Зачем?

Он резко развернулся. Стражи, замершие у двери, расступились, как по сигналу — и навершие посоха почти упёрлось в грудь Гедимину. Сармат мигнул.

— Отвечай! — на скафандре вспыхнул белый блик. Гедимин сердито сощурился.

— Это для… — он едва не сказал «магнитных катушек», но вовремя опомнился. — Для защиты от излучения. У вас тут его много.

— Лезвие? Для защиты? — «проволока» зашевелилась, разматывая витки. — Это что? Лист? Для чего такой тонкий?

Навершие повернулось к мотку фольги. Гедимин убрал руку за спину — так и тянуло закрыть ворота защитным полем.

— Сказал же — для защиты.

— От чего он защитит? От дыхания?

— Сказал же — от лучей, — буркнул Гедимин. — Было бы больше металла — сделал бы толще.

— Оружие? Вон та вещь — оружие? — ящер (вроде бы его звали «Илчак») сунулся в отсек. Белый блик упал на сопла и внутренние экраны бластеров.

— Металл и Лучи, — бесстрастно сказал Тахушсу. — Чтобы убивать.

— Защищаться, — отозвался Гедимин, недобро щурясь.

Шесек хлопнул себя по ушам.

— Оружие! На Равнине — такая редкость! Никто его не носит! Никто не делает! Так, что ли⁈

— Открой вторые ворота, — проскрежетал страж, отводя посох в сторону. На склад тут же сунулся инсектоид.

— Броня! — он посветил на металлические листы. — «Они без панцирей» — вот что все говорили. Теперь панцири будут. Тут хватит на город.

— Для Джагулов, — ящер приподнялся, заглядывая ему в глаза. — Для трёх племён. А эти штуки, круглые? Чтобы выдувать громовые семена?

— Иди сюда, — оглянулся на него Тахушсу. Он уже стоял на пороге второго склада и светил на фрагменты ворот.

— Вот это броня. Части брони. И ещё вон там. Листы тхелена.

Инсектоид сунулся в ворота и заскрежетал жвалами.

— Два слоя! Против оружия и против чар. Но кто такое поднимет⁈

— Сааг-туул, — отозвался ящер. Он успел прошмыгнуть мимо Шесека и теперь стоял посреди склада, вертя посохом.

— На кой сааг-туулу броня? — литейщик двинулся к ящеру, вытесняя его со склада. — Куда он дел свою⁈

— Кто откажется от защиты… — пробормотал Тахушсу, направляя посох на Гедимина. — Вот зачем ты здесь. Вооружаешь орду…

Сармат ошалело мигнул. Только теперь фразы стражей сложились в одно целое, и он помянул про себя спаривание «макак».

— Это части ворот, — процедил он, недобро щурясь. — А там — части цистерн для воды. Трубы — для водопровода. Орде всё это ни к чему.

— Так ты говоришь, — отозвался страж. — Кто тебе поверит?

— Хранящее Сердце, — бросил Шесек прежде, чем Гедимин успел открыть рот. — И мы, литейщики. А вот тебе, Тахушсу, пойти бы в сказители!