Овертайм для чемпиона - Дмитрий Валерьевич Иванов

На самом деле это я от Власова слышал, и пока официальной повестки нет.

— Так и есть, — кивнул Шенин, доставая из внутреннего кармана пиджака аккуратно сложенный листок. — И меня туда сватают. Власова тоже, кстати. Ходят слухи, что его даже в замы Горбачёва прочат.

Он развернул бумагу и зачёл:— «Поручить Бюро координацию деятельности областных и краевых партийных организаций РСФСР, направленной на реализацию политики КПСС; осуществлять контроль за выполнением решений съездов, конференций, пленумов и Политбюро ЦК КПСС».

— И ещё вот, — поднял он палец вверх, — «В практической деятельности Российское бюро ЦК использует существующий аппарат ЦК КПСС».

— Ого, — присвистнул я. — Это бюро, считай, всем РСФСР рулить будет! Однако… Отодвинуть Политбюро, что ли, хотят?

— Я бы обратил внимание на второе, — сказал Шенин, складывая бумагу. — Ты ведь как раз в этом аппарате работать будешь. А значит, и возможность появится помочь краю. Я потому и не сильно сопротивлялся, когда тебя, можно сказать, нагло выменивали на трактора.

— От себя, для края и лично для вас, Олег Семёнович, обещаю помощь и поддержку, — заверил я своего теперь уже почти бывшего шефа.

— Верю тебе, Толя. Мы ведь давно друг друга знаем. А у тебя самого проблемы-то есть какие? — спросил он, наливая себе чай.

— Да нет особых, — пожал я плечами. — Квартиру вот… даже не знаю, что с ней делать.

Про КраМЗ и его новые цены рассказывать Шенину не стал — сам с руководством потолкую. Да и квартира — дело десятое. Пусть стоит пустая. Мне ведь в Москве жильё дадут служебное, не личное.

Вечером беру продуктовый заказ, вернее, их два накопилось за время моего отсутствия, и иду к служебной машине через вестибюль крайкома.

У нас уже холодновато, примерно плюс пять, и я, надвинув на уши кепку с меховым верхом (как её не украли в аэропорту, когда сумку потрошили?), чуть не проскочил мимо знакомого голоска:

— Толя, Толь… ау! Могу тебя подвезти?

Глава 16

Глава 16

Иногда они возвращаются. Нет, я не про фильм — про моих бывших.

Выхожу из здания крайкома, никого не трогаю, а меня на улице караулит Люда. Вот же прилипла! Хотя, если честно, неприязни к ней не чувствую. Стоит — вся такая уверенная в себе, из тех, кто точно знает, что на неё смотрят. Одета не по погоде: джинсы, облепившие ноги и бёдра, как вторая кожа, да тонкая кофточка. Ни куртки, ни полушубка. Видно, в машине оставила, а тут мёрзнет, лишь бы казаться эффектнее.

— Давай! Только водиле скажу, — киваю я на стоящую рядом «Волгу». — Ты садись в машину, а то простудишься. Ветра хоть и нет, но прохладно.— Ты как папа, — фыркает Людмила, но послушно лезет в салон.

— Ну что, ко мне? По дороге вина купим, а то у меня ничего нет. Или ты чего покрепче предпочитаешь? — невинно спросил я, садясь на переднее сиденье её машины.

— Что-о-о? Э! Ты себе там чего выдумал! Какое вино? Нужен ты мне! Совсем обнаглел, смотрю. Баб не хватает, что ли? Как был кобелём так и остался. Не зря тогда папа…

— Всё? Выдохлась? — усмехаюсь я. — Да я так и подумал, что ты просто мимо ехала.

— Не мимо… — обиженно буркнула Люда. — Сказать тебе кое-что хотела. А теперь не скажу.

— Ну и славненько! — протянул я, откинувшись на сиденье. — Тогда добрось до дома, будь ласка, раз уж обещала. А то своего водилу я уже отпустил.

Люда закусила губу, завела мотор и тронулась с места чуть резче, чем стоило бы. А я молчу. Знаю: чем тише я, тем сильнее она злится.

— Хорошо, скажу, — наконец заговорила девушка. — Шубу хочу, чтобы мужа перевели в столицу… Масло вот поменять пора… Резину зимнюю поставить…— Стоп! — поднимаю ладони. — Это всё я? Зачем мне этот поток сознания? Люд, времени мало, говори по существу.— Почему это мало? Ехать минут пятнадцать, — поправила Людмила и, выдержав паузу, добавила: — Ну, вообще… денег хочу занять. Нужны две тысячи. Папа не даст, а у мужа нет. Сразу не смогу вернуть, но… ну скажем, до конца года рублей семьсот точно…

— Хорошо, — прервал её я и с облегчением вздохнул.

Деньги как раз то, чего у меня сейчас в избытке: только с трёх видеосалонов вчера притаранили пять тысяч.

— Остальное тоже отдам! — не унимается Люда. — Толя, ты же знаешь, я честная девушка. Мне подружка вернёт четыреста рэ до марта, и свои доходы есть, плюс у папы подрабатываю… Есть, значит, из чего, если ты переживаешь…

Она, похоже, моего «хорошо» просто не заметила и вдохновенно продолжает уверять, что отдаст.

— На год займу легко! Тебе, может, больше надо? — уже громче спросил я и, для верности, сжал аппетитную коленку — давно рука чесалась.

— Ты это в каком смысле? — фыркнула Людмилка, спихивая мою руку. — Займёшь, правда? Больше не надо, хватит.

— Дома есть, вынесу, — зевнул я. — А на что тебе, если не секрет?

— Я ж сказала: шубу, масло менять, резину зимнюю…

— А-а… — протянул я. — Я думал, это так, женский бзик, из разряда «хочу всё и сразу».

— Э…, а что, вина и в самом деле дома нет? — прищурилась Люда. — Я, в принципе, и водку могу. У таксистов купить на вокзале можно…

— Я ж спортсмен, не пью, — напоминаю ей.

— Ну, а мне можно, пока не беременна, — хихикнула девушка. — Очень хочется посмотреть, что там у тебя за квартирка. Вино купим, ладно? Только… чур не приставать!

— Да есть у меня, что выпить, — бурчу я, досадуя, что пошутил зря. Теперь ведь точно придётся терять вечер на ненужные разговоры…

— Ничё так у тебя, — Люда проходит вглубь квартиры, медленно, как будто принюхивается к жизни — моей жизни.— Так… холодильник на месте, телевизора