Гражданская война - Виктор Сергеевич Мишин

не могли. Откуда им знать, когда и где будет Колчак, чтобы у нас появилась возможность его «уработать». У меня в голове есть один план, но вот сработает ли он, пока неизвестно. При встрече с людьми, что находятся в городе и якобы служат в армии Колчака, узнал главное для себя. Адмирал в городе и живет именно там, где жил и в моей истории. И живет, и работает Верховный правитель в особняке на Набережной, а значит, шансы его достать есть. Достать именно моим способом, так, как я умею, но будет очень сложно.

Как это ни странно, но все это – размышления из будущего. Я не раз исследовал эти места вживую и по картам, когда увлекся изучением этого временного отрезка применительно к моей «профессии». Оттуда и знаю, где жил, что делал, как передвигался Верховный правитель России. И вот я вновь говорю спасибо своей любознательности и памяти. Будучи снайпером в той жизни, не раз представлял, как смог бы «сработать» ту или иную персону. Будь то Кеннеди, Гитлер, да хоть сам Сталин. Думаю, у многих спецов есть такая «фишка», это профессиональная шизофрения. А если ты еще и немного историю изучаешь… Тут поневоле начинаешь думать над тем, как можно было бы повернуть историю одним махом, ну или одним выстрелом. Кстати, я этим и занимаюсь уже несколько лет, и результаты, по крайней мере пока, мне нравятся. Я уже сейчас с уверенностью могу сказать, что здесь не будет того Красного и Белого террора, печально известного в моем времени. В таких объемах точно не будет. Террор идет, но даже близко к тому, что мне известно, не доходило ни разу.

Мы разошлись со Старым, он забрал часть людей и ушел навстречу преследующему нас отряду солдат. Где-то мы наследили, и нам упали на хвост. Километров за двадцать отсюда видели последнее большое скопление войск, вроде и шли там ночью, но, видимо, кто-то все же нас заметил. Я с остатками отряда, которые мне понадобятся на охране позиции и при отходе, двинул дальше. Мой путь лежит к берегу Иртыша, далее по льду. Ледоход начнется со дня на день, выход на лед очень опасен сейчас, но это шанс. Можно отработать и с берега, но, судя по картам генштаба, которые мне выдал Деникин, расстояние уж больно велико. Не для винтовки и тем более собранных вручную патронов, а для прицела. Восемьсот метров, с таким примитивным прицелом – это лотерея. Тем более что тут сейчас довольно сильные ветра.

Флажок-ориентир мне на набережной вывесить должны, но, во-первых, не факт, что человеку удастся это сделать, а во-вторых, флажок не даст гарантии попадания, лишь позволит более или менее определить силу и направление ветра. Ну и придется сделать не один выстрел. Для помощи со мной и идет сейчас Семен. У него прекрасное зрение, опробовано уже не раз, а новый шестикратный немецкий бинокль поможет нам обоим. Задача Семена – точно зафиксировать попадание и выдать мне точную поправку, на это у него две-три секунды, дальше не имеет смысла, цель уйдет.

– Командир, довольно далеко… – прокомментировал свои наблюдения Семен.

– Выбора нет, Сем, пошли, – скомандовал я. – Ребята, ваша задача, как и договорились ранее, все, выходим!

Группа прикрытия и, чего уж там, помощи будет ждать на берегу километром ниже, с лошадьми. Бежать придется очень быстро, а потом долго скакать. На бумаге у меня все отработано на ять, а вот как пойдет…

Мы шли по льду Иртыша медленно, местами его уже подмывает и появляются промоины. Провалишься в полынью и, считай, все – затянет, выплыть нереально. Для страховки даже обвязались веревкой с Пашковым, на всякий случай.

Это не двадцать первый век, но и сейчас город Омск светился неслабо, по крайней мере та его часть, где располагались органы власти созданной Колчаком Директории. Набережная и стоящие на ней дома красиво подсвечивались в темноте тусклыми лампами, смотреть на это было интересно, но, блин, холодно. Оделись мы серьезно, несмотря на апрель месяц, здесь, в этой местности, довольно холодно, особенно по ночам. Мы лежали на льду, одетые поверх теплой одежды в маскировочные костюмы белого цвета, такие же, как использовали в армии. Разглядеть нас, даже днем, думаю, нереально, даже если знать, куда глядеть.

Наблюдая в бинокль, нужный дом было не определить, поэтому просто разглядывал все строения на набережной, представляя себе, как расположен нужный нам особняк. Темно, блин, флажка не видно, да и повесили ли его наши помощники? Вздремнули чуток по очереди, иначе утром глаза будет резать. Судя по пасмурному небу, день обещает быть хмурым, это, в принципе, на руку, лишь бы снег не пошел.

Остановились мы на расстоянии, по моим прикидкам, метров в четыреста, это оптимально для моего прицела и возможностей. Звук выстрела на реке, несмотря на лед, разносится во все стороны, и сразу понять, откуда он произведен, очень трудно. Маскировка и медленное движение должны нам помочь на первом этапе отхода, а вот затем… Бегом, галопом и как можно быстрее. Мы, можно сказать, в самом логове врага, войск здесь столько, что кажется, они везде. Различные палатки, юрты, чего только нет у сибирских казачков, но главное – их тут много.

– Ворон, – шепчет справа Семен, – уверен? Ветер очень сильный, да еще и с порывами!

– Выбора нет, больше суток мы здесь не сможем пролежать.

– Понял, – грустно так заметил Семен.

Лежим пять часов, солнце встало, чуть теплее уже. Снежок, мелкий, редкий, но все же тихонько падает, внося дополнительный дискомфорт. Я смотрю в прицел каждые пятнадцать минут, чаще нельзя, зрение «уйдет», поэтому лежу и жду команду от второго номера. Сема весь внимание, сосредоточен, практически не двигается, лишь изредка меняя руки, делает гимнастику. Ноги у нас обоих работают одинаково, постепенные сокращения мышц, путем нехитрых манипуляций, не дают крови застаиваться.

– Суета какая-то, около двенадцати часов, – привлек мое внимание напарник.

– Где именно?

– Большое здание за заливом, слева.

– Вижу. Да, чего-то происходит, – соглашаюсь. Какие-то гражданские толпами, солдаты, казаки верхом, народа очень много. Чего у них там, праздник, что ли? – Наш объект?

– Тихо. За последний час трое вошло, столько же вышло. На «цель» не похожи совсем…

Это, кстати, слабое место. Семен может просто не узнать Колчака, видел он его только на фото, причем на одном, мало ли, как может измениться человек с годами, да и фактор одежды играет не последнюю роль. Нам предъявляли фото довольно молодого Александра Васильевича, еще в звании капитана второго ранга. Хорошо, я сам помню, как