Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

мы остановились на постоялом дворе, который раньше был борделем. Алые врата. Не самое приятное место, но когда тебе нужно встретиться с несколькими важными людьми, не привлекая к этим встречам особого внимания, лучше место не сыскать. В конце-концов, что такого, что вельможа пошёл поразвлечься в бывший бордель?

Похоже, девушка решила добавить парочку «подробностей» от себя, не став говорить, что на двор получше у нас просто не было денег в тот момент. С другой стороны — оно и правильно. Пусть Луиза думает, что за нами стоят серьёзные силы и серьёзные связи. Это избавит нас от лишних вопросов в будущем.

— Но, к несчастью, а может и к счастью, прежде чем нам удалось выйти на контакт с нужными людьми, это заведение решил посетить Ольрих. Он принял меня за одну из его работниц и повёл себя неподобающе. Супруг был вынужден вмешаться, но отпрыск барона усомнился в его статусе и вызвал его на дуэль.

— Ситуация выросла из обычного недоразумения, но к сожалению зашла слишком далеко, чтобы спустить всё на тормозах, — добавил я, отрезав себе ещё ломоть куропатки, — В конце-концов речь шла о нашей чести, так что я был вынужден принять вызов.

— Честь? — баронесса удивлённо подняла бровь, — На какую честь может претендовать бастард? Если эта грязная кровь вознамерилась поднять руку на благородного, её следовало немедля отсечь, вместе с головой.

— Из-за недоразумения? Не думаю, — покачал головой я, начиная внутренне закипать. Не сумев справиться с нами эта старая сука решила отыграться на самом забитом участнике ужина. Который, как она была уверена, не сможет дать ей сдачи. Что ж, если она продолжит в том же духе, её ждёт ещё один неприятный сюрприз, — К тому же Ольрих чертовски хорошо дрался. Еслиб не его самоуверенность, то из дуэли он бы вышел победителем, — я скосил взгляд на барона. Его ухмылка превратилась в хищный оскал. Он знал свою жену лучше нашего, и, похоже, уже догадывался к чему именно идёт дело. И этот исход его более чем устраивал.

— И тем не менее победил мой Генри, — едко улыбнулась Айлин, сделав упор на слово «мой» — Победил и в качестве трофея взял ваш фамильный меч.

— Не совсем трофея, — поправил её я, — Просто отобрал опасную игрушку у того, кому ещё рановато было её носить. Владел то он ей превосходно, но вот в кого можно было тыкать, а в кого нельзя — ещё не соображал. Но по молодости лет, такое простительно. Сам когда-то таким был. Но меч всё-таки отобрал, и сказал что верну только законному владельцу, пока он им ещё чего не набедокурил.

— Ты позволил ему коснуться нашего фамильного меча? — Луиза повернулась к барону, — Скажи, что это неправда. Скажи, что честь нашего рода не запятнана и пальцы этого выблядка не коснулись рукояти меча моего отца.

— Он его украл, — отмахнулся барон, — И уже понёс за это наказание. И вообще, не делай из этого трагедии, женщина. Ситуация разрешилась, и ничья честь при этом не пострадала.

— Это и правда так, — поспешила добавить Айлин, — Когда ваш супруг узнал об этом он пришёл за мечом сам. Собственно там мы и познакомились.

— И сколько ты был вынужден отдать за тот позор, что твой ублюдок навлёк на весь наш род? — в голосе баронессы появились истерические нотки. Похоже её несло. Но и я тоже начинал закипать всё сильнее. Единственное, что старую суку отличало от того, кого она называла «ублюдком», так это тот факт, что ей посчастливилось родиться с золотой ложкой в жопе. Хотя нет, было ещё одно. Ублюдок нашёл в себе смелость встретить Алерайцев с оружием в руках. А старая сука обмочила юбки лишь услышав об их возможном вторжении.

— Нисколько, — я перехватил инициативу, — Говорят, конечно, что в этих краях за такие вещи принято требовать выкуп. Но мы не здешние, и не знали местных порядков. А там, откуда мы родом, слова ценятся куда выше, чем деньги. Своё слово я сказал — верну эту вещь законному владельцу лично в руки. Просто чтоб с её помощью в запале не наделали ещё больше глупостей. И я своё слово сдержал. Подозреваю, что именно в этот момент, ваш супруг и понял, что с нами — можно иметь дело. И решил завязать знакомство.

— Да, — коротко кивнул Байран, — Людей слова сейчас не так-то просто найти. А кроме…

— Ну хватит! — Луиза повысила голос, — Я долго терпела то, как ты таскал за собой нанесённое мне оскорбление. Но после того, как он навлёк позор на весь наш род, я больше не намерена терпеть его в своём доме. Он, не то, что за одним столом с нами находиться не достоин, ему вообще тут не место. Стража! Немедленно выкиньте это дерьмо отсюда! За ворота, в чём есть! И…

Стражники дёрнулись было к маленькому столику в углу комнаты, но заметив поднятую руку Байрана, встали как вкопанные. Луиза посмотрела на них расширившимися глазами. Затем перевела взгляд на мужа. Открыла было рот, собираясь исторгнуть из себя очередную порцию яда. Вот только в этот самый момент моему терпению тоже пришёл конец. Возможно, я собирался сделать самую большую глупость в своей жизни. Быть может, даже последнюю глупость. Но если бы я её не сделал, то перестал бы уважать сам себя.

Я встал и грохнул донышком кубка по крышке стола, привлекая к себе внимание. В зале тут же повисла тишина. Напряжение, разлившееся в воздухе, можно было резать ножом. И я начал резать.

— Там, откуда я родом, к человеку принято относиться сообразно его заслугам, а не тому, в какой семье ему посчастливилось родиться. Я считаю это обычай правильным. И по нему, у Ольриха, прав за этим столом сидеть больше, чем у половины из присутствующих здесь. Именно Ольрих вместе со мной наводил баллисту, когда на нас напали Алерайские корсары в море. Именно он стоял на соседней телеге и пытался удержать вагенбург, когда мы встретились в степи с Арнычарами. Он же сражался с восставшими мертвяками, когда мы пробивались по зелёному тракту, пытаясь добраться до Торбруне живыми. Да, он бастард. Но этот бастард дрался защищая вашего супруга и вашу страну, пока вы прятались за крепостными стенами отгородившись от всего мира и заботясь лишь