Пожар войны - Мстислав Константинович Коган

всего, конечно, врал с три короба, но для того, чтобы впечатлить и ещё больше запутать баронессу, этого должно было быть, более чем достаточно, — Но насколько я знаю, что-то пошло не так. Давление в котле превзошло возможности металла его сдерживать. Может клёпаные швы были непрочные или сами листы некачественные. Как бы там ни было, котёл взорвался, разнёс всю установку, убил своего изобретателя, и правда, наделав шуму на всю округу.

Уловка вновь сработала. Баронесса перевела взгляд на меня. В нём отчётливо читалось удивление и… непонимание. Похоже, я всё-таки сумел её окончательно запутать. Северный варвар, который должен был рыгать, блевать на стол, извергать потоки ругани и вести себя максимально непристойно, сначала демонстрирует навыки обращения со столовыми приборами, которыми брезгует даже часть местной знати. А потом устраивает ликбез по ньютоновской физике, превращая мифического «железного зверя» в обычный физический процесс. Впрочем, если местные поняли хоть слово из моего рассказа. Судя по такому же удивлённому взгляду барона — совсем не факт.

— Позвольте поинтересоваться, вы получили образование в столичном университете? — кашлянула баронесса, отложив вилку в сторону позволив одному из слуг наполнить свой кубок.

Я лишь отрицательно покачал головой.

— Много читал между заказами. И общался с умными людьми. Надо ж было как-то убивать время. А кроме того, — я отрезал ещё кусочек от куропатки и покрутил его на своей вилке, — Наёмнику мало просто уметь махать мечом, чтобы хорошо делать свою работу. Тем более, порой, она бывает крайне специфическая.

Над столом повисло напряженное молчание. Очевидно, что подобного подхода придерживались далеко не все капитаны наёмников. Вернее, подавляющее большинство их начисто игнорировало, предпочитая провести свободное время с бутылкой вина и трактирной девкой. Впрочем, я тоже откровенно преувеличивал. Большая часть этих знаний была предзагружена в мою память. Но грех было этим не воспользоваться и не спутать баронессе карты ещё раз. В конце-концов, интриганы, подобные ей, больше всего терпеть не могут именно неопределённость. А я сейчас именно таковую из себя и представлял. Только на ножках и с жутким оскалом.

— В таком случае, я даже не знаю, чем именно смогу вас удивить, — баронесса театрально развела руками, в одной из которых по-прежнему был зажат полупустой кубок, — Разве что, быть может вас заинтересует новость, что не так давно султанат купил целую бочку яда древолазов у имперских алхимиков. Ума не приложу, зачем, но золота, говорят эти южане выложили прямо по её весу.

А вот это уже и правда оказалась интересная новость. По правде сказать, на месте здешних дворян я бы серьёзно занервничал. Впрочем, яд это ведь не только отравленное вино. Это отравленные колодцы, павшая скотина, погибшие посевы и чёрт знает что ещё. А в первую очередь — армия. Когда у тебя две трети войска дрищет кровавым поносом, можно считать, что войска у тебя нет вовсе.

— Откуда ж они наскребли целую бочку, если с одной такой твари дадут боги, ложку получается нацедить, — нахмурился Байран. Похоже, барон первым сумел оценить всю серьёзность этой новости.

— Не знаю, — Луиза пожала плечами, — Но ходят слухи, что они разводят и сцеживают яд. Вроде как во владениях бывшего князя, а ныне имперского губернатора Валериуса Фон Штрауба выстроили несколько таких вот паучьих ферм.

— У самой границы, — барон грохнул кулаком по столу, — Вот ведь паскуды! Чтоб, когда эта мерзость у них сбегала, она расползалась не по их, а по нашим землям, — он повернулся ко мне, — Вот откуда на тракте появились эти твари. Мы то думали они переползли с зелёного, когда тот обезлюдел. Вашу ж мать, только этого геморроя под боком не хватало для полного счастья.

— Я уже обо всём позаботилась, дорогой, — в голосе Луизы было куда больше яда, чем в той самой бочке, — Конечно, еслиб я знала, что ты приведёшь своих гол… — она осеклась и внимательно посмотрела на меня, явно наблюдая за реакцией. Вот только подобные шпильки меня давно уже не задевали, так что тут её ждал очередной облом, — Своих бойцов, то, конечно, не стала бы тревожить железных лилий. Тем более, что для отряда убивавшего самозванных лордов и обезумевших магов, такое дело должно быть сущим пустяком.

Я равнодушно пожал плечами. После заварушки в урочище, что угодно могло показаться пустяковым занятием. Впрочем, настало время в очередной раз перевернуть доску и спутать Луизе все карты.

— Когда мы ехали сюда, — я пригубил вино и отставил кубок в сторону. Нужно было сохранять ясный ум. Опьянеть, я, конечно не мог, в силу своей природы, но разболевшаяся голова тоже соображает хреново, — В степи нас настиг отряд Арнычаров. Три сотни голов. Мы увидели их издалека и успели выстроить вагенбург, прежде чем они на нас налетели. Но и этим ублюдкам, нашлось, чем нас удивить. Они закидали моих людей перечными бомбами. Дряная штука. Глаза слезятся, дышать тяжело, врага рассмотреть невозможно. Недолго, но этого им хватило, чтобы растащить несколько повозок в стороны и ворваться внутрь.

— Занимательная история, — кивнула баронесса, — Но я всё ещё не понимаю, к чему…

Я поднял руку в жесте, который можно было трактовать единственным способом: замолчи пожалуйста и дай мне закончить. Баронесса удивлённо уставилась на меня, и тем не менее — замолчала. Похоже, мой блеф и запутывание наконец-то начали приносить свои плоды. Хрен его знает, кого именно она в моём лице себе вообразила. Но этот кто-то явно был такого статуса, что мог позволить себе отдавать ей приказы. Уж точно посерьёзнее простого наёмного меча.

— Сейчас всё будет понятно, — я улыбнулся. Как сумел. Правда от моей улыбки Арчвальд Бесстрашный, опять начал покрываться холодным потом, — Так вот, перечные бомбы — штука, конечно, неприятная, но не смертельная. Однако, как мне поведал наш отрядный алхимик, яд древолазов куда опаснее обычного перца. Эта мерзость обладает нервно-паралитическими свойствами, — заметив непонимание во взглядах я тут же пояснил, — Парализует человека так, что он не может даже вдохнуть. И умирает от удушья. А теперь попробуйте сложить два и два. Перечные бомбы, которыми нас закидывал отряд налётчиков. И целую бочку паучьего яда, на которую султанат не пожалел денег. Они готовятся к войне. Причём к такой войне, где весь цвет рыцарства юга… — я пристально посмотрел на Арчвальда. Тот отвёл взгляд в сторону, — Да что там юга, всего Эйденвальда, может