Стена копий - Брэдли Бэлью

Такая долгая жизнь – проклятье. А все же не так давно он размышлял о том, как чудесно быть Королем Шарахая. Глупые мальчишеские мысли.

Солнечный свет иссяк, луны продолжили подъем. Впереди показались цветущие сады – огоньки среди великой тьмы, светло-голубые звездочки в чернильной ночи. Нет, не звезды – цветы адишар, распустившиеся в свете лун-близнецов.

– Якорь бросать готовсь! – крикнул рулевой.

– Якорь бросать готовсь! – эхом откликнулась команда.

Корабль замедлился и постепенно остановился как раз неподалеку от каменистой пустоши, окружающей цветущие сады. Для Шукру опустили длинные сходни, по которым он осторожно спустился на песок.

– Идем, мальчик!

Дауд послушался, и вдвоем они подошли к ближайшей купе деревьев. За ними на почтительном расстоянии следовал Зандр в черном кожаном доспехе и стражник из Серебряных копий в белом панцире и кольчуге. Не успели Дауд с Шукру подойти к деревьям, как вновь раздался вой – так близко, что у Дауда волосы на шее встали дыбом. Он невольно остановился, а Шукру, достав из-за пояса кнут, хлестнул им шипастые верхушки. Щелчок прокатился по пустыне раскатом грома, и вой тут же прекратился. Зашуршал песок, ветви адишар разошлись, и наружу выскочила угловатая фигура. Упав на четвереньки, она поскакала к Шарахаю.

– Идем, – сказал Шукру, шагнув в просвет между ветвей. – Они обычно в куртинах.

Они прошли по тропинке, змеей обвивавшей деревья. Цветочный аромат стал так силен, что у Дауда засвербело в носу. Порой они проходили сквозь арки, деревья тянулись к путникам, но стоило Шукру приблизиться, как они тут же, будто испуганные дети, отдергивали «руки». Дауд съежился и постоянно оглядывался: не нападет ли какая-нибудь шипастая ветвь.

– Вот. – Шукру остановился и ткнул пальцем в особо запутанное сплетение.

Сперва Дауд не понял, почему он выбрал именно это место – остальные были ничуть не лучше. Но, приглядевшись, увидел, что здесь ветви двигались иначе: подергивались, словно лапки умирающего жука, неспособного перевернуться.

Цветы, слабо светившиеся в ответ лунам, были необычного оттенка – не бледно-голубые, а бледно-лиловые. Они все еще источали аромат, но к нему примешивался запах гнили и разложения.

Шукру склонился над ними, внимательно заглянул в корни дерева.

– Первое такое дерево я нашел много лет назад. Подумал, что это случайность, и велел его уничтожить. Но через несколько месяцев нашел еще одно, а потом еще и еще. Их полно в цветущих садах.

– Что с ними произошло?

Шукру глянул на него через плечо.

– Я тебя привел как раз затем, чтобы ты это выяснил. – Он повернулся к Дауду. Даже в свете лун тот видел, что Шукру его оценивает. – Весь этот разговор только между нами.

– Разумеется, ваше величество.

– Я думаю, что ты верен нам, законным Королям Великой Шангази. Иначе убил бы тебя здесь и сейчас. В Обители Королей мало людей с твоим талантом, и я никому из них не доверяю. Но Кэлира считает тебя достойным, Зандр тоже. И твои преподаватели из Училища, и жители Розового квартала, и торговцы на рынке, которых мы тоже опросили. Их слова убедили меня, что вместе мы сможем разрешить эту загадку.

– Ваше величество, это честь для меня. Я счастлив буду помочь любым способом…

– Раскрой уши, а не рот. – Он указал на больную адишару. – Много поколений асиримы защищали наш город. Не стану читать тебе лекций о том, как каждый из них добровольно принял это бремя, ты и так все знаешь. Но бремя это было поистине тяжело, и не каждый смог его выдержать – некоторые сломались. А некоторые предали Королей. Они боролись с нашей волей, даже убивали Дев. Мы избавлялись от таких асиримов, но Месут изо всех сил старался узнать причину их безумия. Он так и не докопался до правды. Но что, если асиримы чем-то заражены? Могли ли адишары свести их с ума? Ведь именно под их корнями покоятся асиримы в ожидании нашего зова. Что, если сама земля отравлена?

Шукру обвел рукой рощу.

– Мало кто знает, но души, взятые во время жатвы Бет За’ир, возвращаются сюда. Их кровь питает деревья, деревья питают асиримов. Кровь, мальчик. Без нее тут ничего не делается.

Дауд задумался.

– Вы полагаете, что адишары болеют, потому что их заразила кровь жертв?

– Да, я об этом размышлял. А может, деревья просто умирают в свой срок. Или тут замешана иная магия. Это мы и должны выяснить. – Шукру распростер руки, словно хотел объять все цветущие сады. – Ты прикоснешься к адишарам, выяснишь, что сможешь, и расскажешь мне.

– Тогда… начнем?

– Тебе понадобится кровь.

Дауд помедлил.

– Вы… дадите мне свою?

Шукру зло расхохотался.

– Ты правда думал, что я доверю тебе собственную кровь? Не держи меня за дурака, Дауд Махзун’ава.

Дауд подумал о крови, которую Шукру выудил из него и Анилы и спрятал для одному ему понятных целей.

– Я бы рад использовать свою, но эффект будет не так силен…

– Ни моя, ни твоя не понадобится. – Он кивнул в сторону дерева. – Возьмешь кровь умирающих, которых принесут, чтобы напитать адишары.

– Ваше величество? – Дауд прекрасно понимал, о чем говорит Шукру, но стать свидетелем такого…

– Асиримы вернутся через час. Начинай готовиться.

– Я… Слушаюсь и повинуюсь, ваше величество.

Боги всемогущие, Шукру действительно хотел заставить его смотреть! Дауд мысленно взмолился, чтобы все несчастные, отмеченные Королем Жатвы, умерли к этому моменту, но возбуждение Шукру подсказывало: молитвы его не будут услышаны. Король старательно готовился к этой ночи, и ему необходима свежая кровь. Живая кровь.

Повинуясь приказу, Дауд опустился на колени и принялся по памяти рисовать знаки – не те, что показала ему огневка, – но те, которые нарисовал в книжке Шукру. Он делал это не только для успокоения Короля, но и для собственного: нужно было хоть немного успокоиться перед жертвоприношением и сосредоточиться на чем-нибудь.

Закончив, он стер рисунок и начал заново, но медленнее. Желудок крутило от одной мысли о том, чему предстояло случиться, но песок, щекочущий пальцы, напоминал о детстве, о том, как они с сестрой рисовали картинки на дюнах. Постепенно он смог затолкать свои страхи подальше и подняться, взглянуть Шукру в глаза.

– Ваше величество, вам не нужно никого убивать, – уверенно сказал он. – Моей крови будет достаточно.

Шукру неловко повел плечом и взглянул на Дауда так, будто тот выплюнул предложенную еду.

– Если ты думаешь, что твоя кровь равна крови тех, кто предназначен напитать корни адишар, значит ты идиот. Жди,