Боги, забытые временем - Келси Шеридан Гонсалез

об этом знала. Хотя она и доверилась Маре, рассказав о своей полной потере памяти, но не могла доверять ей до конца. Ей надо было узнать о Морриган и адской пасти на собственных условиях, безотносительно к мотивам Мары, какими бы они ни были.

– О лорде Даноре? – Мара широко распахнула глаза. – В этих книгах?

Руа открыла самый большой фолиант.

– Я ищу упоминания о его родословной.

– С чего вдруг такой интерес?

– Я не уверена, что он тот, за кого себя выдает, – сказала Руа, словно это была уважительная причина.

– А почему тебя это волнует?

– Меня не волнует. – Руа подняла голову. – Просто мне любопытно. Меня раздражает его самодовольство. И мне не нравится, что он вечно лезет в мои дела. Хочу отплатить ему той же монетой, это будет лишь справедливо. Ты не знаешь, из какого он графства? – Она вроде бы слышала, что Флосси упоминала графство Мит, но была не уверена.

– Ты действительно будешь копаться в чужой личной жизни? – спросила Мара.

– И что это значит? – Руа не понравился явный намек, что она делает что-то не то. Как же ее утомляет, что ей приходится отвечать за проделки Эммы Харрингтон!

– Ты сама знаешь, что это значит. – Мара огляделась по сторонам и еще больше понизила голос. – То, во что мы с тобой верим, считается ересью. Все и так обсуждают каждый твой шаг, и это только на основании слухов. Не надо давать лишний повод для сплетен.

– О чем еще сплетничать? – фыркнула Руа. – Все и так думают, что я поклоняюсь дьяволу.

– А если вдруг выплывут доказательства, что так и есть?

– Какие доказательства? – с беспокойством спросила Руа.

Мара снова огляделась по сторонам и наклонилась поближе к ней:

– Настоящая причина, по которой тебя исключили из Девоншира. Неужели ты правда не помнишь?

Руа проглотила вставший в горле комок.

– Тебя застали за ритуалом с кровавой жертвой. Ты устроила в лесу алтарь, и кто-то из преподавателей тебя выследил. Их уже давно настораживало твое поведение. Им претило смотреть, как послушная кроткая девушка превращается в уверенную в себе женщину, которая ничего не боится.

У Руа голова шла кругом. Неужели Эмма своими руками убила какого-то бедного зверька в качестве жертвы богине? А потом и попалась по собственной глупости?

– Посмотри на ладони. Неужели ты не задумывалась, откуда у тебя эти шрамы? – Мара кивком указала на руки Руа.

Руа посмотрела на свои ладони и ничего не увидела. Она быстро сжала кулаки и спрятала руки под стол, надеясь, что Мара не успела заметить, что никаких шрамов нет и в помине.

– И почему же об этом никто не узнал? – спросила она.

– Во-первых, деньги решают все. Во-вторых, в интересах обеих сторон держать все в тайне. Если станет известно об этом случае, пострадает репутация школы. Они сами хотят все замять.

Руа сделала глубокий вдох. Ей было непросто это переварить. Если сплетен о происшествии в Конлет-Фоллс было достаточно, чтобы сделать ее изгоем, то истинная причина ее исключения из школы разрушит ее репутацию уже окончательно.

Руа не понимала, почему Эмму не отправили в лечебницу еще тогда. Зачем было возвращать ее домой? Возможно, именно в то время Харрингтон начал вести дела с Фицджеральдом, и Флосси боялась объявлять дочку душевнобольной, чтобы не испортить реноме семьи.

– Ну ладно… – Руа нахмурилась. – Все равно здесь нет того, что мне нужно. – Она сложила книги в аккуратную стопку.

– Я знаю, что ты еще привыкаешь, – сказала Мара вполголоса. – Переезд в город случился быстрее, чем мы ожидали, но здесь тоже есть адская пасть. Мать всегда рядом. Мы поможем тебе вернуть память.

– Здесь есть адская пасть? – Руа наклонилась к Маре через стол. Она была в полном смятении, уезжая из Конлет-Фоллс, как будто в тамошней адской пасти хранились не просто ответы на ее многочисленные вопросы, а нечто большее. Но если все эти пещеры взаимосвязаны, как написано в книге, обнаруженной в тайнике Эммы, значит, не все потеряно.

– Совсем рядом с домом, – сказала Мара. – В северном уголке парка есть подземная каменная пещера. Так просто ее не найдешь. Надо знать, где искать.

Руки Руа покрылись мурашками. Почти дикий лес в Центральном парке; странный гул в воздухе. Должно быть, она была где-то рядом с адской пастью.

– Но войти туда можно только в дни древних праздников? – уточнила Руа, вспомнив названия и даты, которые она видела в дневнике Эммы. Значит, она правильно поняла, что это был календарь каких-то священных дней.

Мара кивнула.

– Я понимаю, тебе не терпится. Но пока лучше туда не ходить, даже чтобы просто посмотреть. Ты должна вести себя безупречно. Если твоя мама узнает, что ты выходила из дома без сопровождения… – Мара замялась. – Не хочу даже думать, что будет.

– А если мы скажем, что просто гуляли в парке? – предложила Руа.

– И до нее дойдут слухи, что нас видели далеко за пределами тех мест, что приличествуют прогулкам?

Например, в чаще леса, где Руа уже застал лорд Данор.

– Да, наверное, ты права, – согласилась Руа. Было видно, что Мара искренне переживает о благополучии Эммы. Интересно, давно ли они подружились. – Тогда, может быть, ты войдешь в адскую пасть вместо меня? Вдруг получится поговорить с Матерью и узнать, как вернуть мне память?

– И очутиться неведомо где? – Мара покачала головой. – Нет, я туда не полезу. Но могу подойти посмотреть издали. И все происходит совсем не так. Надо молиться Матери, заслужить ее уважение.

– Что значит «очутиться неведомо где»?

– Согласно преданиям, есть дни и часы, когда можно войти в одну адскую пасть, а выйти совсем из другой, – сказала Мара.

Руа кивнула. В той большой книге тоже написано, что пещеры связаны между собой. Она нутром чуяла, что именно это и произошло с ней и Эммой. Но оставался вопрос: куда делась Эмма?

– Что бы я без тебя делала, – улыбнулась Руа. – Значит, сейчас нам надо затаиться?

– По крайней мере, на время, – сказала Мара.

К ним подошла Эбигейл.

– Библиотека закрывается.

Руа поднялась из-за стола, а Мара передала книги библиотекарше.

– Спасибо.

Эбигейл пробормотала что-то себе под нос и удалилась.

По дороге домой Руа все думала об Эмме Харрингтон. Где она, чем занимается? Тоже ищет пути обратно к своей прежней жизни или радуется наконец обретенной свободе?

Ей не хотелось бы думать, что Эмме придется вернуться в то место, откуда ей, видимо, очень хотелось сбежать. Но Руа не собиралась жертвовать собственным счастьем ради какой-то другой женщины, с которой даже не была знакома. Это жизнь Эммы Харрингтон, и Руа не станет за нее держаться.

10