Тайна третьей каюты - Александра Гусарова

— Надо же быть такой тупой! — Эмма нервно передернула плечами, сосредоточив внимание на буфетчице. А слова капитана словно не слышала. — Ты где до корабля работала?

— В турагентстве, — машинально ответила мисс Стармер. — У мистера Орбис.

— Я тоже в агентстве, — лицо Эммы свело в болезненной судороге. Казалось, что эта сухая железная мисс сейчас расплачется. — Только у мисс Фицу. И только искренне любящий мужчина может взять к себе женщину из этого агентства.

Адам с помощницей снова переглянулись. До них еще не дошел смысл всего сказанного. А Бэкхэм недоуменно потряс головой и добавил шепотом:

— Если бы я еще рекомендательные письма перед рейсом читал…

А буфетчица тут же вспомнила, как сама оказалась на этом месте.

— Так вы меня не любите? — глаза хэдрумпотускнели и налились слезами. А Агата подошла к ней и интуитивно решила погладить по плечу:

— Разве несчастная любовь — повод для убийства?

Эмма пробормотала что-то нечленораздельное. Но интересным было не это. Мисс Стармер снова пожелала услышать ее мысли. И в голове тут же зазвучал голос хэдрум:

— Я его все равно сумею разжалобить. Или заласкать. Не зря же я десять лет была лучшей работницей у Жанетт! Только бы они ненадумали проверить красный чайник в горошек. Если проверят, то сразу поймут, что это я ее отравила. А доктор подтвердит, что давал мне травы с мышьяком, чтобы избавиться от крыс в каютах.

— Адам, можно тебя на секундочку! — Агата отозвала мужчину чуть в сторону под неприязненным взглядом Эммы. — Кажется, у нас еще одна кандидатура в убийцы миссис Скот появилась.

Брови капитана взмыли вверх. Но он сразу взял себя в руки. Агате лишь кивнул, мол, она услышана.

— Мисс Форсман, должен вас огорчить или разочаровать, это как вам будет угодно. Я никогда вас не любил и полюбить точно не смогу, — покачал головой капитан. — Простите, но вы совершенно не в моем вкусе. Я не приветствую повальную моду на чрезмерную худобу. Мне больше нравятся женщины в теле. Вы нафантазировали себе невесть что, сделали абсолютно неверные выводы и попытались убить ни в чем неповинную девушку.

— Я? Убить? — взвизгнула хэдрум. — Эта хамка насочиняла невесть что, а вы ей поверили?

Глаза старшей горничной округлились, а лицо приняло очень забавное выражение, неудачно изображающее невинность.

— Я не ей поверил, — поморщился капитан. По всему было видно, что подобная формулировка его не устраивала, но была единственно правильной. — Я стоял за шторкой, прикрывающей умывальник, и все слышал собственными ушами.

Глаза Эммы зло сверкнули, губы обиженно сложились в букву «о».

— А вы с ней заодно! Решили свести счеты с бедной женщиной. И чем это я вам насолила, капитан? Я честно выполняла работу, держу девушек в строгости. Ни одна из них ничего лишнего себе не позволяет. И вообще, нужно проверить, что это за агентство мистера Орбиса, — затараторила вдруг она со скоростью, превышающей мыслимые пределы человеческой речи. Словно этим самым пыталась доказать собственную невиновность.

— Я принимаю ваши возражения! — капитан вдруг покорно склонил голову, чем привел в полнейшее замешательство Агату. Он доверяет этой, работавшей на миссис Фицу? Хотя, следует признать, что работа в публичном доме совершенно ничего не значила. Разве что кроме некоторых специфических навыков, в которых мисс Стармер была несильна. Пути, которые привели туда девушек, могут быть разными.

Эмма тут же расправила крылья и гордо посмотрела на Агату. А та удивилась ее двуличности и изворотливости.

— Бен, выходи! — приказал Бэкхэм. И из-за этой же шторки показался матрос, который был отправлен за хэдрум. — Еще один свидетель вас тоже не устроит, мисс Форсман?

— Вы его тоже подговорили! Я думала, вы честный мужчина, а вы такой же, как и все! — кричала Эмма с пеной у рта. Агата даже начала сомневаться в ее адекватности.

— Даже если он врет, мои слова подтвердит любой член команды. Как вы думаете. Эмма, кому поверит суд, бывшей работнице публичного дома или всей команде корабля во главе с капитаном? — Адам задал последний, самый убийственный вопрос. Эмма то ли поняла, что проиграла, то ли задумала еще какую пакость. Она замолчала, сжавшись в комок. А когда Бен подошел к ней, вдруг сорвалась с места и выскользнула за двери. И, изогнувшись, словно пантера в полете, сиганула за борт.

Мисс Стармер успела лишь охнуть и зажать рот ладонями. Однако капитан не растерялся и тут же отдал команду:

— Человек за бортом!

Матросы, наученные многому за годы хождения по морям, стали готовить спасательную шлюпку. Агата поняла, что живая хэдрум очень сильно отличалась от покойной леди Смит. Та мерно покачивалась на волнах, словно большая кукла. Пока ее не накрыло волной. А Эмма точно хотела жить. Онаусердно барахталась и отплевывалась.И оставалась все еще видной с борта корабля.

— Разворот восьмерка! — отдал команду капитан. И члены экипажа тут же полезли на мачты убирать паруса. А другие завели мотор. Агата лишь успела пожалеть, что не успела насладиться величественным видом «Фемиды», летевшей, словно на крыльях.

Когда паруса убрали, а мотор заработал, корабль действительно совершил маневр, напоминавший цифру восемь, подойдя к Эмме боком. До нее было довольно далеко. И матросы кинули пострадавшей спасательный круг.

Она же проявила желание жить тем, что поднатужилась до него доплыть, несмотря на тяжелые юбки форменного платья, и вцепилась в круг мертвой хваткой.

Экипаж, уже не торопясь, спустил шлюпку на воду. Судя по тому, с какой ленцой они это делали (в сравнении со спасением леди Смит это была легкая прогулка), особой любовью у членов экипажа старшая горничная не пользовалась.

Капитан же подошел к Агате, продолжая одним глазом следить за спасательной операцией, и заинтриговал девушку:

— А вы знаете, почему моряки носят широкие клеши? Такой формы нет больше ни у одного вида войск. Хотя мы вполне мирное гражданское судно.

Агата, потрясенная всем произошедшим, лишь безмолвно покачала головой. А капитан невозмутимо продолжил:

— Чтобы, попав в воду, их легко было снять. Так увеличивается вероятность выжить. А ваши многочисленные юбки лишь способствуют скорейшей отправке на дно.

— Вы предлагаете переодеть всех девушек в брюки? — охнула Агата, сразу же отвлекшись от хэдрум.

— Нет, что вы. Наше общество к этому совершенно пока не готово. Но думаю, что в будущем