Второе дыхание - Ольга Кобзева

Житар только головой качал, да кланялся.

— Не расплатимся, глава, — зашептал он, дергая корта за рукав. — Айсхи за свою работу не монетами берут. Не надо нам такого! Сами другие семена закупим, али соседи помогут.

— Успокойтесь, айли Житар, — преувеличенно уважительно обратилась к мужчине. — Насколько сил хватит — помогу. Готовьте землю для посевов. Проращу столько, сколько смогу. А вы мне взамен мужиков дадите на несколько дней.

— Да какой я айли? — зарделся Житар. — А мужиков свободных нет, все на работах.

— Так я вам время сэкономлю, вот и освободятся работники. Так что, согласны?

— Согласен, — вместо Житара ответил Корт.

Поля готовили под посадки, а я занималась семенами. Сепариса — овощ, корнеплод. Семена крупные, шипастые. Их обычно раскидывают, а после пропалывают. Я же предложила прочертить борозды на поле, куда уложить семена на равном удалении друг от друга.

— Так ежели не взойдут, пусто будет, — развел руками Житар. — Всходят-то, уважаемая айсхи, только два зернышка из пяточка.

— Житар, делай, как Виктория говорит, — вмешался Корт.

— Не переживай, Житар, все взойдут, на сколько моих сил хватит. Живые семена, я их чувствую. Все живые.

— Ну коли так…

Шайлас, наравне с другими детьми, радостно помогала укладывать семена в бороздки. А мне оставалось идти по полю и вести рукой над землей, делясь своим теплом, побуждая растения к росту. Закончили поздней ночью. К выматывающей усталости прибавился ощутимый холодок в груди. Но радость от проделанной работы перевешивала. Затраченные усилия того стоили, без сомнения!

На следующее утро я первым делом пошла посмотреть, что вышло. Поле радовало равномерными красноватыми всходами.

Шайлас еще спала, а я свернула к речке. Вчера перед сном обмылась, конечно, но вещи не постирала. Нужно с этим что-то делать, нельзя же ходить в одном и том же, еще и в грязном! Думаю, я вполне могу принять несколько комплектов в подарок, вроде как отработала вчера с лихвой.

Сидя на берегу, мне думалось лучше, чем где бы то ни было. Этой ночью я ждала, что увижу Рея, готовилась к разговору, но он не пришел. Проснувшись утром, даже самой себе запрещала думать, что разочарована этим фактом. Нет, это не разочарование, я не скучаю по нему. Просто… просто он единственный, кому я почему-то доверяю. Рассчитываю на него. Из-за клятвы, очевидно. Погладила огненный лепесток на запястье, легко, едва касаясь, чтобы невольно не активировать. Понятия не имею, как это работает, но пока к личной встрече я не готова.

Вдруг спиной почувствовала взгляд. Злой, агрессивный, ненавидящий. Резко оглянулась, но никого не заметила. Тем не менее поднялась, двигаясь в сторону кустов, высматривая того, кто мог уже второй раз подглядывать за мной из-за спины. Не знаю, что заставило меня насторожиться. Дальше все случилось так быстро, что даже не сразу успела понять, что произошло. Испугавшись, я неосознанно образовала вокруг себя прозрачный золотистый кокон и тут же краем глаза увидела летящую к голове оглоблю…

Глава 28

Ощущение удара по голове так и не наступило, я даже успела вся съежиться и закрыть голову руками. Но нет, палка словно спружинила сантиметрах в пятнадцати от меня и отскочила.

— Мальярис? — увидела ту, что с перекошенным злобой лицом пыталась опустить мне на голову дубину второй раз. — Да какого черта! — не выдержала я, выхватывая орудие у обезумевшей девушки.

Отбросила оглоблю в сторону, надвигаясь на напавшую на меня идиотку. В груди зарождался огонь. Не знаю, что увидела на моем лице Мальярис, только она стала пятиться, пока не споткнулась и не рухнула на землю. Тогда она принялась отползать, глядя на меня со священным ужасом. Губы ее дрожали, она что-то бормотала, а что я не разбирала, оглушенная собственной злостью.

— Зачем? — стараясь успокоиться, выдохнула я. — Что я тебе сделала?

— Он тебе не нужен! — все еще дрожа и отползая, выпалила она. После увидела, видимо, что-то у меня за спиной, потому что поведение ее резко изменилось. — Помогите! — заверещала вдруг девушка. — Не надо, не убивай! Умоляю, айсхи, не убивай меня!

— Что?

Недоумение уняло злость. Я остановилась, нахмурилась. И тут заметила, что к нам торопливо приближаются Корт и взрослая женщина. Глава смотрел на меня с изумлением, а на Мальярис с жалостью. Женщина первым делом бросилась к жалкой актрисе, упала перед ней на колени, грудью заслоняя от… меня?

— Умоляю, айсхи, не трогайте мою дочь! Она — хорошая девушка, никому не сделала дурного! Глава, молю о защите! — разорялась женщина.

— Успокойся, Ишдира, твоей дочери ничего не грозит. Ведь не грозит? — повернулся вопросительно ко мне.

— Да вы спятили тут все? Корт, она напала на меня! Вон видишь палку? Вот ею собиралась огреть меня по голове. Дважды!

— Мальярис, это правда? — мгновенно переменил тон глава.

— Нет, глава! Клянусь великой заступницей Горхой, она лжет! Да отсохнет мой язык, коли так…

И тут над девушкой пронесся ветерок, опрокидывая и ее, и прикрывающую ее мать навзничь.

Поднявшись, Мальярис пыталась что-то сказать и не могла. С вытаращенными глазами она открывала и закрывала рот, махала руками и сипела. А по щекам ее текли слезы отчаяния. Мальярис бросилась в ноги главе, заглядывая ему в глаза, но мужчина небрежно оттолкнул девушку, виновато глядя на меня.

— Прости, Виктория, я должен был тебя защитить.

— Ты не можешь говорить? — наклонилась к девушке, помогая подняться. Нет, мне не стало ее жалко, мне было любопытно и… немного жутко.

Мальярис отчаянно трясла головой и указывала себе на рот. Зрелище было отвратительное. Вкупе с размазанными по лицу слезами и глупым выражением лица.

Интересный опыт, — присвистнула про себя, в очередной раз отмечая, что стоит думать, прежде чем что-то говорить. Расправа, оказывается, может быть очень и очень скорой.

— Чем ты думала? — рыдала Ишдира, пытаясь успокоить дочь. — Ведь великая Горха — покровительница всех айсхи!

Мальярис еще пуще разрыдалась. Вывернулась вдруг из рук матери и бросилась ко мне. С выпученными глазами и растопыренными пальцами, увенчанными грязными ногтями, девушка попыталась напасть. Шаг назад, взмах рукой, и Мальярис застыла, обвитая за щиколотки плотным вьюнком. Мгновенно обездвиженная девушка не удержала равновесия и снова рухнула на землю.

— Тебе лучше увести свою дочь, Ишдира! — грозно рявкнул Корт. — Нападение на айсхи карается смертью, неужто тебе то неведомо? — перевел он внимание на Мальярис. — Еще до заката ты должна убраться из поселения. Я тебя изгоняю! Изгоняю! Изгоняю! Изгоняю!

Мальярис бледнела с каждым веским словом главы. Она уже не плакала, застыла, неверяще глядя на мужчину, словно ожидая