Тактик 15 - Тимофей Кулабухов

За долю секунды до столкновения Гивсар поглотил направленные в него потоки заклятия разрушения и магии Ньёрда.

Древний боевой молот врезался в самую середину каменного монолита Соббека.

Удар прошёлся по ушам, заставляя вибрировать кости.

Воздух разорвало чудовищным грохотом, будто прямо в центр площади ударил грозовой разряд небывалой силы.

Мощнейшая ударная волна разошлась концентрическими кругами от алтаря и до стен лагеря.

Камень монолита издал жуткий, низкочастотный скрежет, поразительно похожий на предсмертный стон живого существа. Энергетическая архитектура божественного узла связи начала стремительно рассыпаться прямо на глазах, утрачивая способность удерживать накопленный резерв.

Из образовавшихся разломов наружу ударил ослепительный, выжигающий сетчатку свет.

Колоссальные объёмы дикой, неконтролируемой маны больше ничто не удерживало. С нарастающим низким гулом, от которого вибрировали кости, чистая божественная мощь начала яростно выплескиваться в окружающее пространство. Запущенная цепная реакция уверенно перешла точку невозврата.

Это не было похоже на обычный магический выброс, как при ритуале.

Может быть, это самый странный и сильный ритуал из возможных, сильнее только жертвоприношение бога. Не богу, а если самого бога положить на алтарь, чего тот никогда не позволит.

Дневной свет померк. Температура резко упала, а ветер сорвался в вой.

Я стоял в эпицентре этого нарастающего хаоса, ощущая, как воздух пытается сорвать кожу с лица.

Отбросив в сторону раскалённый Гивсар, я раскинул руки, открываясь навстречу бушующему шторму. Мое ядро полубога, выкованное из энергии мёртвых и наследия войны, перешло в режим управления и поглощения.

Я стал администратором этого разрушения, запушенного мной самим.

Поток яростно сопротивлялся. Он бился в невидимые барьеры Доспеха Ньёрва, обжигая ауру, пытаясь раздавить меня своей массой, но я жёстко подавил этот бунт. Подчинив себе первобытный хаос, я начал менять его геометрию. Растекающаяся во все стороны буря остановилась, сжалась и свернулась в тугие, пульсирующие жгуты концентрированной силы. Я выковал из них жёсткие, направленные каналы, соединяющие эпицентр разрушения с каждым из присутствующих на площади магов.

Шум ветра перекрыли нестройные крики боли. Маги падали обратно на песок, их тела выгибались дугой, не рассчитанные на подобные объёмы прямой божественной трансляции.

Это была беспрецедентная операция по принудительному возвышению, игнорирующая любые законы постепенной эволюции.

И это было чертовски больно. Я это понимал, потому что не так давно меня возвысили до полубога.

Львиную долю спрессованного потока я направил в Фомира. Главный маг Газарии, принимал на себя самый чудовищный удар этой мощи. Его тело билось, вены на шее вздулись, грозя лопнуть, а кожа приобрела болезненный, перенасыщенный светом оттенок. Энергия ломала его внутренний резервуар, стирая старую архитектуру ауры, чтобы выстроить на её руинах нечто в тысячи раз более объёмное.

Если бы кто-то из богов зафиксировал, как простой смертный поглощает такой объём чистой силы, Фомир стал бы приоритетной мишенью на всем континенте.

Но война… Из-за войны они были заняты. Из-за войны они отменили старые законы и запреты, в том числе некоторые очень важные.

Я балансировал на острие бритвы, управляя этой хирургической процедурой в полевых условиях.

Мой разум отрезал любые эмоции, превратившись в вычислительный центр. Процесс требовал ледяной, нечеловеческой концентрации.

Одно неверное движение, малейший неконтролируемый скачок давления в каналах — и кровь моих парней просто вскипит.

Они сгорят заживо, превратившись в обугленные куски мяса из-за элементарной передозировки. Каждую долю секунды я считывал их физиологические показатели, дозируя поток с ювелирной точностью и продолжая выкачивать умирающий гранитный монолит досуха.

Вражеский терминал стал для меня лишь удобной батарейкой для форсированной модернизации личного состава.

Истощённый гранит не выдержал. Когда последние крупицы полезной энергии перетекли в сформированные мной каналы, фундаментальная структура алтаря окончательно рухнула. Божественный терминал, служивший якорем для Соббека в этой точке континента, лопнул на десятки фрагментов.

Глава 14

Нарушители правил

Вспышка абсолютно чистого, стерильно-белого света стёрла все тени в долине Мооф. За ней последовал оглушительный взрыв. В нём больше не было магии — лишь грубая, колоссальная отдача от произошедших процессов.

Ударная волна прошлась по лагерю невидимым катком.

Я устоял, мне помог доспех и нечеловеческие силы, но для моих подчинённых это стало последней каплей.

Сто с небольшим человек, гоблинов, эльфов, гномов и орков, включая до краёв переполненного силой и новыми способностями Фомира, одновременно попадали на землю, как озимые под ударом стихии.

Они потеряли сознание, так и не успев осознать масштаб изменений в своих телах.

Алтарь был разрушен, превратившись в разрозненное скопление камней.

Я плавно опустил руки, рассеивая остаточные энергетические каналы. Пространство над долиной Мооф начало медленно успокаиваться, ветер уже не творил хаос, хотя и дул беспокойно, но постепенно ослабевал.

Чертыхнувшись, я не стал ждать, пока они придут в себя.

Сила переполняла меня, поэтому я сначала переместил портальное кольцо, потом одним махом всех до единого мага.

И уже на новом месте стал терпеливо дожидаться, пока мои прокачанные маги начнут осознавать себя в полной мере.

Новым местом была база магов около магической башни на краю Цитадели. Место, куда маги никого не допускали и сейчас тут не было посторонних. По сути — просто большая площадка со следами подпалин от огненной магии. Территория была прикрыта стенами и тут было не особенно ветрено.

Через десять минут сначала один, потом другой шальной маг стали приподниматься на камнях.

Маги выглядели так, будто только что отработали две смены в шахтах Туманных гор Оша без перерыва на обед. Их дорогие, расшитые серебром мантии превратились в изодранные, пропитанные едким потом и пылью тряпки. Лица осунулись, покрылись испариной и копотью.

И это при том, что они в сражении действительно почти не принимали участия!

Никто из них не пытался встать. Большинство даже не могли приподняться.

Фомир лежал на спине, раскинув руки, и протяжно с натугой дышал.

Новая энергетическая ёмкость и структура, целая личная Вселенная, построенная в нём, громадные способности, завязанные сразу на нескольких стихиях, всё ещё бушевали внутри его хрупкой человеческой оболочки.

Ауры магов вспыхивали всеми цветами радуги, границы искрились от микроразрывов, которые тут же затягивались новой, плотной тканью. Физические тела не поспевали за этой стремительной эволюцией, отвечая острой тошнотой и мышечными спазмами.

Один из молодых магов в стороне сдавленно застонал, перекатился на бок и зашёлся в тяжёлом приступе рвоты. Из его желудка выходила лишь желчь.

Никто не пришёл ему на помощь. Остальные были заняты попытками просто не помереть от болевого шока. Никакого триумфа от победы, лишь инстинкт выживания, сработавший на пределе возможностей.

Я не стал их торопить. Медленно прошёлся вдоль распластанных тел, внимательно