Поднебесная - Алекс Хай

Принц улыбнулся.

— Мне сообщили, что вы приобрели много подарков.

— Полагаю, меньше, чем хотели продать торговцы.

— И книги.

Вот мы и подошли к настоящему разговору.

— Путеводитель по Пекину, — продолжил наследник. — К сожалению, устаревший. И целое Тринадцатикнижие… Хороший выбор для человека, который недавно признавался, что не способен прочитать смысл китайской вещи. Однако должен предупредить вас, что чтение сложное. Даже нам, жителям Поднебесной, требуются многие годы, чтобы его осмыслить.

— Как ваше императорское величество могли заметить, Дом Фаберже не страшится сложностей, — ответил я.

Принц повернул чашку в пальцах и жестом велел слугам исчезнуть.

— Я позвал вас не ради книг, господин Фаберже. Появилась информация о составе, найденном в жёлтом алмазе, который должен был навредить моей семье.

Я поставил чашку. Принц посмотрел на пруд. По воде прошла рябь, хотя ветра я не чувствовал.

— Вещество такого типа могли изготовить только в трёх местах Поднебесной, — продолжил он. — В Императорских мастерских, в закрытой лаборатории одного из Министерств и в одном из военных институтов.

Что ж, Никольский действительно знал, что показывал.

Принц снова взглянул на меня.

— Несколько месяцев назад небольшая партия исчезла.

— Давно? — спросил я.

— За несколько месяцев до вашего прибытия.

— То есть до официального заказа?

— Да.

Эта деталь меняла схему. Несколько месяцев назад никто не должен был знать, что государь пригласит именно Фаберже, потребует три артефакта и заставит нас расколоть пять материалов.

Возможно, кто-то заранее знал о решении императора. Либо алмаз был только удобной возможностью, а состав готовили для другого применения.

Чистая серая пыль, металлические нити, готовность связаться с живой силой. В алмаз её ввели через естественную трещину, но камень не был единственным возможным носителем. Порошок можно спрятать в металле, эмали, лаке, механизме. В любой вещи, которую будущая жертва будет держать рядом.

— Ваше императорское величество, для чего разработали этот состав? — спросил я, не особо надеясь услышать честный ответ.

Наследник посмотрел на книгу.

— Он не предназначался для ювелирного искусства. Большего я не могу вам рассказать.

— В образце было связующее, — сказал я. — Оно удерживало мёртвую пыль внутри алмаза. Если найдёте лабораторию, ищите не только сам порошок. Ищите человека, который умеет вводить его в камень, не расколов поверхность.

— Мастер Лян?

— Я не называл имён.

— Он способен?

— Способен. Как господин У и, уверен, ещё немало резчиков. Но подготовить трещину мог один человек, а заполнить её другой…

Принц поднялся и прошёл к краю павильона. В пруду медленно плыли золотые карпы. Один всплыл, открыл рот и снова исчез.

— Расследованием занимаются люди, которым я доверяю, — сказал наследник. — Исчезновение партии будет проверено. Это не должно вас беспокоить.

Он повернулся ко мне.

— Важно другое. Через неделю государь желает увидеть обновлённые концепции всех трёх предметов.

Глава 13

На следующее утро я объявил в мастерской военное положение.

Формально войны, конечно же, не было. Императорская семья здравствовала, границы Поднебесной никто не переходил, а пушки молчали. Но через шесть дней государь желал увидеть обновлённые концепции трёх артефактов, каждый из которых в обычных обстоятельствах потребовал бы отдельной команды, мастерской и нескольких месяцев напряжённого труда.

Я поставил в центре помещения три больших стола.

На первом лежали латунный макет Печати Срединного Пути, расчёты отца и пять стеклянных сфер. Неподвижный дракон уже восседал в центре. Вокруг него проходила направляющая, похожая на орбиту планеты.

На втором столе разместился Сад Феникса. Пока он состоял из разобранной рыночной игрушки, четырёх веерных секций из латуни, картонного ларца и деревянной птицы. Феникс выглядел так, словно прилетел на стройку раньше срока и теперь сожалел о своём решении.

Третий стол принадлежал Звезде Наследника. Там лежали кольца разных диаметров, шарниры, листы с расчётами и стеклянные камни, имитирующие самоцветы.

Сюй занял место за отдельным столом. Перед ним лежали свитки, словари и листы с переводами.

Я распределил работу.

Отец отвечал за общий контроль и Печать. Я — за механику Сада и Звезды. Сюй проверял символику, переводил наши решения на китайский язык и китайские возражения на русский.

Лян оставался старшим над мастерами Императорских мастерских. Он выслушал моё распределение и не возразил. Это уже можно было считать маленькой победой. Видимо, и его напугал приближающийся срок показа обновлённых концепций.

— К показу нужны честные модели, — сказал отец. — Лгать не станем. Если узел не работает, мы не прячем его под корпусом. Если решение предварительное, так и говорим.

— Уверен, что государю понравится честность? — спросил я.

— Не знаю. Но неисправный механизм понравится ещё меньше.

Работа кипела сразу у трёх столов.

По нашему новому регламенту каждый старший мастер сначала повторял задачу. Это заняло почти четверть часа, зато спасло не меньше двух дней. Бао собирался делать корпус пробной Звезды из той же латуни, что и Печать, хотя мы выбрали другой материал. Господин У решил, что зелёный камень для сферы Дерева уже утверждён окончательно, хотя перед ним лежало крашеное стекло. Один из механиков получил два взаимоисключающих поручения от меня и отца и благоразумно ждал, кто из нас первым это заметит.

— Звезда, — сказал я. — Корпус пока из серебряного сплава. В Печати зелёная сфера только обозначает объём. И, повторюсь, любое указание отца отменяет моё, потому что он старший мастер.

— А если его решение покажется вам неудачным? — тихо спросил меня Сюй.

— Тогда я сначала докажу это ему, а не подмастерью. Регламент полезен ещё и тем, что семейные споры не повлияют на производственный процесс.

Через десять минут возле меня одновременно спросили о толщине золотой сетки Сада, радиусе внутренней орбиты Звезды и порядке сфер Печати. Сюй едва успевал переводить.

— Сад — четыре десятых. Звезда — сейчас посчитаю. Печать — Дерево, Огонь, Земля, Металл, Вода.

— Почему металл представлен корпусом, но движется между Землёй и Водой? — спросил Сюй.

— Потому что корпус неподвижен, а перед драконом проходит отражение металлической сферы.

— Но тогда металл существует дважды…

— Сюй, у нас шесть дней. Пусть пока будет с запасом.

Отец вмешался:

— Нет, господин Сюй прав. Государь непременно об этом спросит.

Мы передвинули белую сферу, заменили её полированной платиновой дугой и запустили макет.

Деревянная зелёная сфера медленно прошла перед драконом, а за