Удар скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

стопу, вписавшуюся в висок. Как вошло! Образина рушится на колени — башка открыта, можно вырубать! Но хонорка… отскакивает назад и победно вскидывает руки! Ой, дура! Нет, дурак как раз я — тут же спектакль: высокородная банна демонстрирует благородство, и трибуны снова восторженно вопят.

Поверженная встаёт в глухую защиту, и на неё обрушивается ураган, большинство ударов попадает в прикрывающие голову руки и плечи, но какие-то проходят… Уродка пятится, валится на сетку и… блондинка, оторвавшись от земли, улетает в центр круга. Пинок в корпус с разворота пришёл столь резко, что Аньела успела только поставить блок, но в неё врезалась не нога, а кувалда для забивания свай. Хозяйка которой в благородство играть не стала — мгновенно рванулась добивать.

Хонорка брыкается, только скорость уже не та, слишком мощно въехало. Вендка прорывается, пытается пробить в голову, однако блондинка уже пришла в себя, закрывается локтём, вяжет сопернице руки и обвивает давящее сверху тело ногами, пытаясь его сбросить. В реале страхолюдина однозначно вырвалась бы и добила, но сценарий расписан — выпутывается еле-еле… гонг! Зрители в экстазе, через ограждение летят цветы…

— Мойзи, это круто! Подумай о карьере режиссёра…

— Моя грандиозная мелодрама перед твоими глазами! Оцени вой десяти тысяч олухов и преклонись перед гением, неотёсанный варвар!

Оценил, конечно… Только ты, мой длинноносый друг, тут явно не единственный постановщик. Что-то наше чудище тыквой вертит да глазёнками по залу порскает? Похоже, ждёт отмашки… и пока не дожидается.

Четвёртый, предпоследний. Коротышка изображает усталость и осторожничает — только нас не обманешь. Грудь едва вздымается, она и вдвое больше раундов выстоит, не запыхавшись. Ноги в синяках — ей под сотню пинков по бёдрам и голеням влепили, — однако стоит уверенно, такие мышцы железным ломом пробивать надо. Ого, прижала блондинку к сетке и даже приподняла, чтобы бросить, та не теряется, вцепляется ей в предплечья и оплетает бедра ногой. Девчонки слиплись в узел, дышат друг дружке в затылки, но Аньела ухитряется влепить коленом в промежность и выскальзывает.

— Бан Марин, сколько бы хонорка продержалась, дерись они всерьёз?

— Вместе с тобой и Мойзи половину раунда — потом вынос трёх тел. Не для прессы: я не удержался и разок с Дреной в спарринг встал. Положил трижды, но маленькая дрянь всегда поднималась и на одну и ту же уловку больше не попадалась. Поработать бы с ней как следует…

Красотуля снова танцует вокруг образины и периодически попадает. Рожа у той разбита в хлам, клоунский грим перемешан с кровью из рассечённой брови и разбитого рта. Возле стула валяются уже два испачканных полотенца и, похоже, понадобится третье.

Аньела, словно подключив второе дыхание, взвинчивает темп. Обозначает ногой в голову, отскакивает и влепляет в живот, вернув подарочек, полученный в третьем раунде. Тут же тройка: кулаком в лицо, снова ногой, теперь под коленку и рисково, но как красиво — в прыжке коленом в глаз. Уродина свалится? Нет, удержалась, опять ушла в глухую, принимает очередную серию и даже огрызаться пытается. Интересно, каково это: огребать от соперницы, которую можешь порвать в любой момент?

Последний перерыв, секунданты обмахивают, обтирают и поят девок. Тренер Дрены тоже украдкой прикладывается к плоской фляжке, которую достал из кармана. Хоть бы для прессы сделал вид, что советует ученице — алкаш бесстыжий! Бан Марин спускается к рингу, Стано — за ним, слушает отрывистый разговор.

— Она может сейчас тебя вырубить! Работай только издали.

— Не посмеет! Её же кончат за такое!

— Это приказ! Не сближаться: ударила — отскочила. Конец, как и запланировано: правой ногой в голову, но без добивания. Ляжет — хорошо, нет — ты всё равно победила по очкам.

Если сигнал будет, то сейчас, но какой? Оп-па — есть! Сперва журналист увидел радостный оскал разбитой пасти Дрены, потом, перехватив её взгляд и обшарив глазами зал, нашёл причину. Коротенький человечек, теребя в руках огромный жёлто-красный зонт, вроде бы случайно раскрыл его на головы сидящим впереди и ниже. Один развернулся, схватил растяпу за воротник, тот в ужасе уронил зонтик, полетевший вниз. Буйного удерживают соседи, непутёвый зонтовладелец оправдывается, под общий хохот ему вручают пёструю драгоценность… Обострившиеся чувства словно затормозили текущее время, и дальнейшее Стано наблюдал, как на экране с медленно перематываемыми кадрами…

Глухо, словно со дна озера, плывёт звон гонга. Вендка зажимает хонорку у сетки, та, как уже не раз получалось, пытается вывернуться с ударом в голову на отходе и — вот оно! Соперница атаковала… судью! Уклоняясь от кулака банны, скакнула вбок, и как раз, когда гигант, перемещаясь, на секунду оказался на одной ноге, врезалась в неё увесистой попой.

Скошенный к виску глаз боковым зрением поймал идеальный момент, а ускорившееся тело сработало безупречно. Рефери плюхнулся задом на ринг, и один миг все — зрители, тренеры, пресса и даже Аньела смотрели только на него. Этого хватило: короткий страшный удар в печень, прекрасная блондинка обвисает на соперницу, та впивается ей в промежность, рвёт вверх, переворачивает вниз головой и со всей силы втыкает в пол.

Стано почти слышит, как хрустят шейные позвонки, поднявшийся арбитр отшвыривает победительницу, но поздно! Красавица распласталась на ринге сломанной куклой, и склонившийся к телу врач обречённо склонил голову. Страхолюдина не собиралась проигрывать, как планировал Прежильн, однако и не думала просто побеждать, как намекал мулат в баре. Она вышла убить — и убила.

Глава 7

Столица Орлеании город Лютеция

Врач ещё не успел спуститься в круг и подтвердить смерть, а убийца уже исчезла. Поднявшийся рефери попытался её задержать, но Дрена оказалась проворнее, да и побежала совсем не туда, куда тот ожидал. Провожаемая рёвом зрителей, победительница вместо коридора, по которому вышла из своей раздевалки, бросилась в противоположный, ведущий к раздевалке Аньелы.

Перелетевший в прыжке барьер ложи Давор оказался куда сообразительнее и мгновенно понял замысел убегавшей. Коридор заканчивался дверью чёрного хода, ведущей на задний двор. Мусорный, тупиковый, служивший складом для всякого хлама. Выйти из него можно было через две арки — одна вела прямо на улицу, вторая на неё же через соседний двор. Дрена опережала погоню, но путь к обоим выходам проходил под окнами первого этажа. Два из них глядели наружу из раздевалки убитой, в неё Давор и кинулся. Следом за ним метнулись охранник и жаждущий отомстить за любимую Дане.

Дрена, вылетев с ринга, в прыжке выдернула припрятанный за трубами рюкзачок. На ходу сорвала ошмётки дурацкого сарафана. Дверь во двор закрывается на амбарный замок, запирать