Удар скорпионов - Елена Анатольевна Прудникова

— …Приди ко мне с такой просьбой любая другая девка, и я бы велел спустить её с лестницы. Но ты… — худой, лысый, большеротый, с лицом, усеянным веснушками, Картуш числился директором маленькой фирмы, торговавшей уксусом, и походил на грустного клоуна, этого самого уксуса глотнувшего. Только мало находилось в Лютеции людей, которые огорчали его больше одного раза и оставались живыми. — Четыре года назад ты пришла к Эрве Рваному, который тогда ходил под Ухогрызом, и попросила работу, не вызывающую слишком больших нареканий «синяков». Эрве увидел, как ты дерёшься, и научил тебя стрелять. Вскоре он ушёл в армию, а ты работала в транспортной компании Ухогрыза, сопровождала товар и, защищая его, убила двоих. По условиям найма, плату за охрану пришлось держать в ухогрызовском банке. Когда Ухогрыза завалили и банк лопнул, деньги пропали, но репутация осталась, а что может быть ценнее?

Картуш замолчал и надолго задумался.

— Двадцать девять тысяч лиардов? Серьёзная сумма… И всё же есть вариант… Знаешь, что такое «чёрная ставка»?

Дрена кивнула. В отличие от легального тотализатора дельцы, держащие «чёрный», не платили налогов и ставки принимали отнюдь не только на победу одного из бойцов, а на всё, что угодно.

— Ты понимаешь, что должна сделать?

— Понимаю…

— Не совсем понимаешь… — Бандит осуждающе вздохнул, дивясь девичьему легкомыслию. — Ты не просто сделаешь это, а не попортив её нежного личика. И обязательно в том раунде, перед которым подаст сигнал мой человек из зала. Не раньше и не позже. Уверена, что сумеешь? Когда я дам деньги, обратного хода не будет. Иди погуляй и подумай. Через час жду ответа.

Дрена вышла во двор, села на лавочку. Условие — проще некуда. Убить смазливую блондинку, когда укажет посланец Картуша. Он сорвёт на смертельной ставке не менее сотни тысяч и многократно вернёт потраченное. Подходит ли ей такая сделка?

Аньелу она ненавидела и за красоту, и за постоянные оскорбления, и за то, что бани её день за днём безнаказанно лупила. Сценарий Ковасевича и Мойзеса предполагал, что хонорка превратит лицо противницы в отбивную, завершив поединок столь же прекрасной, как и начала. На репетициях приходилось безропотно подставлять голову, а единственный серьёзный ответный удар — ногой в солнечное сплетение в третьем раунде, наносить в четверть силы и в заранее подставленные руки.

Безмозглая сучка словно специально доводила Дрену и добилась своего. Разменять её жизнь на здоровье Ивко? Да как вошь раздавить! Только вот не просто раздавить, а именно тогда, когда отмашку дадут. Вошь-то не одна ползает: тут же рефери может влезть, да ещё и тренеры с ассистентами подскочить… Ладно, прорвёмся!

Продавец уксуса тоже успел прикинуть как возможный навар, так и последствия, и перспективы. Он даже пообещал помочь, поскольку совсем не желал, чтобы Дрена оказалась в руках Прежильна. Такой бриллиант самому нужен. Значит, лучше убрать парочку подальше — в день боя его люди заберут Иво из клиники и будут ожидать вместе с ним в условленном месте, откуда молодых людей переправят на другую планету с помощью контрабандистов. С документами на чужое имя и некоторой суммой на жизнь в новом месте.

Когда всё утихнет, можно будет подумать либо о возвращении на ринг, либо ещё о чём-нибудь… Но это — потом! А если Дрена… в общем, если она выполнит условие, но не придёт в кафе, то молодому человеку отдадут все обещанные деньги, накинут ещё тысячу, чтобы было на что жить первое время, и переправят его, куда пожелает. Пока же Картуш получит заложника их договора.

Выбирать не приходилось, и на следующий день девушка перевезла любимого в клинику, где оплатила обе операции. Больше они не виделись, но по телефону ей сказали: ходить будет нормально, и с глазами порядок. И те мысли, которые она столько лет гнала от себя, обрушились с новой силой. Что увидит прозревший Иво? Смесь обезьяны с ящерицей, да ещё ободранную и в синяках. И как потом жить? Каждое утро читать в его глазах еле скрываемое отвращение вперемешку с жалостью? Да и действительно ли в машине Арклан, а не Тарантос знает кто с непонятными планами насчёт них обоих? Дрена хотела сказать, чтобы ехали без остановки, приподнялась… От неловкого движение ногу словно пронзило раскалённой иглой, а вернувшееся на несколько мгновений сознание снова рухнуло в жаркую тьму. Уже на дне этой тьмы лучшая курьерша банды Ухогрыза почувствовала, что в машине появился кто-то ещё, и этот кто-то смотрит на неё с ужасом. И вспомнила, как отец настоятель на проповеди грозил самыми суровыми карами нечестивцам, дерзающим строить своё счастье на чужом горе…

Пират за рулём был самым молодым из четвёрки Арклана, но хвост заметил именно он. Таксомоторов до небесного порта шло много, как и от него. Только вот этот почему-то притормозил, не доезжая сотни метров до «Маравельи», а когда серый автомобиль забрал оттуда нового пассажира, снова увязался за ним. Предпочитающий простые решения Дайко предложил выйти за поворотом на лесную дорогу и прострелить нахалу колесо. Капитан отрицательно мотнул головой:

— Мы проехали мимо двух полицейских постов, он легко мог нас сдать, и всё же не сдал. Давай в порт, там и поговорим…

Увидев бегство Дрены, Стано решил кинуться вслед, но, вскочив, заколебался. Первое побуждение показалось ему глупым, да впридачу и опасным. Заметив преследователя, она может подумать, что тот хочет её задержать, и тогда… Хорошо, если просто вырубит, а не пришибёт насмерть!

О, из ложи бана Прежильна в погоню пустились трое? Это же совсем другое дело! Можно рвануть следом, из-за их спин увидеть финал шоу и остаться невредимым.

Обзор из окна раздевалки Аньелы и вправду оказался замечательным. И когда вожак тех четверых приказал подать машину в соседний двор, а ему ответили: «Есть, капитан!» — сразу вспомнились газетные сплетни о связи девицы с Аркланом. Или это не сплетни? И тут он вспомнил встречу в небесном порту, мысленно убрал бородку с всплывшего перед глазами лица… А ведь похож, пощекастей только! Но приём с ватными шариками журналист знал.

Едва предполагаемые пираты скрылись из виду, Стано тоже выскочил из окна. Краем глаза глянул на поверженных хонорцев. Хоть и без сознания, банство смотрелось величественно даже среди гнилых фруктов, пустых бутылок и обломков старой мебели. Порода!

Действительно, на улицу вела ещё одна арка из двора рядом. Соваться туда Белич