Как не умереть в Хэллоуин - Хейзел Бек

Они ждут. Заинтересованы. И главное – верят мне.

Я смотрю на карту. На проклятую часовую башню, которая преследовала меня всю жизнь. Она действительно существует, значит, я не такая сумасшедшая, какой всегда себя считала.

Меня просто… преследует не только башня, но и весь потусторонний мир.

– Сколько себя помню, мне снилась часовая башня, – говорю я. – Я вижу ее в темноте. Слышу хлюпанье. А когда часы бьют, из нее появляются… существа. Хлюпающие.

Я озираюсь. Инстинкты и опыт буквально кричат, что мне надо готовиться к общему хохоту. К закатыванию глаз. К притворному беспокойству – это самое худшее.

Я жду, что все окажется обманом. Меня выманили сюда, чтобы послушать безумные истории от Лекси Дарлинг, а потом уже вонзить нож в спину. Мне не впервой.

Но Джек, Нора и Клео кивают, дескать, я… права.

В своем уме и права, поскольку знаю, о чем говорю. Меня здесь воспринимают всерьез, что для меня – невероятно странно. Причем настолько всерьез, как будто я излагаю простые, общеизвестные истины.

А затем… разговор продолжается как ни в чем не бывало. Меня не спрашивают, принимаю ли я какие-нибудь лекарства и нужна ли мне помощь. Никаких допросов «чисто из любопытства», которые «мягко» подводят меня к пониманию, насколько далеко у меня уехала крыша.

Если это реальность, к ней надо будет некоторое время привыкать.

– Нора, ты никогда не рассказывала, что тебе снилась часовая башня и что она опасна! – вдруг восклицает Джек.

У меня внутри все плывет.

Нора качает головой.

– Мои плохие сны в основном связаны с территорией вокруг шахты. – Ее лицо становится жестче.

Как интересно, ведь в Норе нет вообще ничего жесткого. Но получается, что намеки имеются.

– А ты, Логан?

Все взгляды устремляются на Логана, в том числе и мой, потому что… брат не видит снов. За них в нашей семье отвечаю я.

Логан сурово смотрит прямо на Нору.

– У меня не бывает кошмаров, как у Лекси.

Что-то в тоне Логана меня… настораживает. Похоже, он врет. Хотя если бы ему тоже снилась всякая жуть, он бы в какой-то момент обязательно поведал мне о своих сновидениях. Но есть что-то адвокатское в его формулировке, словно он говорит правду, но не всю.

«Я просто параноик», – думаю я.

Ни за что не стану сомневаться в брате. Особенно сейчас, когда он – рядом со мной и помогает мне ориентироваться в новом мире, в который нас затащили против воли.

Кроме того, именно он настаивал, что мы должны сюда приехать. Он точно бы так не поступил, если бы тоже видел во сне эту дичь. Уверена, если бы у меня был выбор, я бы осталась в Нью-Йорке и увеличила дозу снотворного.

Логан и Нора по-прежнему пялятся друг на друга.

– Ладно, – непринужденно говорю я Норе, – значит, ты видишь кошмары, как я? Про хлюпанье, про демонов, но не ходишь во сне?

– Не хожу. В Мидасе небезопасно ходить во сне. – Нора помнит о моей прогулке прошлой ночью и добавляет к фразе извиняющуюся улыбку. – С годами в периоды между Пирами в городе становится все опаснее.

Мне не нравится, как это звучит, но она продолжает:

– Гаррисон всегда следил, чтобы я была… надежно зафиксирована. Он говорит, что, судя по информации, которую ему удалось собрать, найденыши всегда видят сны и склонны к лунатизму. Они больше… настроены на демонов.

– Найденыши? Кто они такие? – спрашивает Логан.

По-моему, для слова не требуется особых комментариев, но Логан никогда не любил ярлыков.

Джек показывает на карту.

– В истории Мидаса было немало пропавших детей. И найденных тоже.

От мысли о пропавших детях по коже пробегает холодок.

– Найденыши – всегда девочки. Одна на поколение. Всегда появляются в разных местах города.

Джек смотрит на Нору, ее глаза раскрыты чуть шире обычного. Клео тихо выдыхает.

– Часовая башня, – бормочут все трое в унисон.

– Меня нашли у башни, – говорит Нора после момента тишины, которую не решаемся нарушить ни Логан, ни я, ведь мы оба чувствуем, насколько сгустилась атмосфера в ангаре.

Нора прижимает руку к груди, как будто у нее ноет сердце.

– Но мы с Логаном не найденыши, – возражаю я, надеясь, что ее ответ вызовет у меня облегчение. – У нас всегда был папа. Всегда.

– Но ваша мать – найденыш, – тихо говорит Нора.

Логан цепенеет. Я, впрочем, реагирую иначе. Меня бьет озноб.

– Вы тоже наполовину найденыши. Так или иначе, но вы связаны с нами. Кровными узами.

Отчасти найденыш. Отчасти потомок основателя. Дихотомия почему-то кажется мне совершенно логичной, при этом ничего не объясняя. Все, что я узнала, напоминает мне маленькие кусочки огромного пазла, из которого состоит моя жизнь.

И я уже почти вижу полную картину.

Только вот мне не понравилось, каким тоном Нора произнесла слова «кровными узами».

– Нашу мать нашли у часовой башни? – спрашивает Логан. Его голос резкий, без единой адвокатской нотки, но понятно почему.

Все-таки о говорит о маме.

Нора прикусывает губу и качает головой.

– Нет. Если… если мне не изменяет память, ваша бабушка обнаружила ее у шахты.

Информация меня совершенно не успокаивают. Увы. И могу сказать, у остальных присутствующих в ангаре реакция похожая. В том числе и у Логана, которого так неудержимо тянуло к шахте, что я до сих пор вспоминаю это с ужасом.

– А есть еще найденыши? – спрашиваю я. – Если они видят сны, то должны понимать, что происходит. Или, может, они такие же, как я, и…

– Нора – единственный найденыш после вашей матери, – бесстрастно отвечает Клео. – После нее их уже не было, а девочка, которую нашли до вашей матери, умерла бездетной несколько лет назад. Если другие потомки и существуют, мы потеряли их где-то по пути.

Снова повисает тишина. У меня голова идет кругом, я встаю, иду к походной кухоньке, открываю переносной холодильник и ищу что-нибудь выпить. Унылый маленький винный кулер – напиток на основе фруктового сока и алкоголя – подойдет.

В итоге я беру кулер для себя и пиво для брата. Протягиваю ему бутылку.

Логан берет ее, разглядывает, но не открывает.

– Пир проходит во время Хэллоуина, – говорит Джек, возвращаясь к делам насущным. – Традиционно в Мидас съезжаются люди со всей округи, чтобы посетить наши осенние фестивали, кульминацией которых становится Хэллоуин, и демоны наедаются до отвала. Я надеялся, что у нас будет еще хотя бы несколько лет.

Он не смотрит на меня, но, конечно, именно я виновата в том, что у нас нет нескольких лет.

– К счастью, мы с Норой исследовали эту тему вместе с дедушкой, – продолжает он. – У